– Это был просто Форд и его игры. У Эрика оказалось что-то, что было нужно Форду, но он не мог это просто купить, нет, он убедил Эрика вступить в игру. Повысить ставки. Конечно, Эрик проиграл.
– Теперь ты ненавидишь и Эрика, и Форда, – подвела я итог.
Арчи отвернулся и полез в следующий сверток, достал еще одну слойку. Выражение его лица снова стало игривым – в последнее время я начала замечать, что это его самая убедительная маска.
– Форда больше, чем Эрика. Потому что он видел слабости брата и манипулировал ими. Как по мне, лучшая месть – разоблачение. При правильных обстоятельствах я знаю, что грейвсдаунская гниль полезет наружу и все вернется на свои места.
– А пока тебе приходится жить над пабом, страдать из-за ссоры с братом и мариноваться во всей этой ненависти, – сказала я. – Звучит ужасно, Арчи.
Он пожал плечами.
– Ну теперь мне есть чем заняться, и занятия эти гораздо приятнее, – сказал он и наклонился через меня – очень провокационно, в своем духе – за свертком, в котором лежали тарты с заварным кремом. Он выпрямился, держа один в руке, многозначительно на меня посмотрел и процитировал что-то, что я читала, но не узнала: – «Бывают ненависти взгляды, какие режут сразу сердце, но сердце даже крика не поднимет».
Он откусил угощение.
– Откуда это? – спросила я.
– Надо тебе чаще бывать в библиотеке, – ответил он и продолжил молча жевать, уголок его губ был вздернут в усмешке.
– Хочешь сказать, что иногда мы можем на что-то злиться, но нельзя позволять этой злобе управлять нами? – принялась допытываться я.
Он на меня красноречиво посмотрел.
– Нам обоим стоит об этом не забывать.
Арчи оттряхнул пальцы, спрыгнул и побрел к задней двери кухни.
– Это Джордж Эллиот, – сказал он, обернувшись ко мне. – Я думаю, что это про секреты. Все, пошли, поищем мою машину. Нам нужна капелька радости, и я точно знаю, где ее раздобыть.
Глава 22
Знание, что у Арчи были дневники Фрэнсис, грызет меня изнутри, так что я решаю заглянуть на ферму еще раз. Беру с собой кирпичик портативной зарядки телефона, закидываю в рюкзак – пусть заряжается, пока я еду на маленьком черном «БМВ» к ферме Фойлов.
Поворачиваю на длинную дорогу, ведущую к ферме Арчи, и не могу понять сразу, дома он или нет – вокруг куча машин. Невозможно запомнить, на какой из них Арчи ездит. С прошлого моего визита здесь появилось еще несколько старых автомобилей – безнадежно ржавых.
Утреннее солнце утонуло в подушке пышной серой тучи. Осенние лучики стали слабенькими и тоненькими. В таком свете дом выглядит как-то грустно, уставшим и поблекшим. На ферме Фойлов есть два больших сарая – в одном из них открыла ветклинику Миюки, а второй чуть перестроили, чтобы Арчи смог работать внутри с машинами. Я иду мимо брошенных автомобилей, мне становится не по себе. Тут будто кладбище авто, а я и так постоянно думаю об убийствах – каждая вмятина и царапина на старых машинах кажется следами насилия.
Я прохожу мимо накрытой брезентом кучи металлолома, как вдруг сердце чуть не выпрыгивает. Из брезента выглядывает треугольник металла, остатки краски на нем ржавого, выцветшего, но явно фиолетового цвета. Я оглядываюсь, проверяю, нет ли кого вокруг, только потом быстро приподнимаю брезент. Подозрения оправдываются, стоит увидеть багажник.
Это остатки «Бентли» Грейвсдаунов. А что еще это может быть? Машина необычного цвета, точно того времени. Я обхожу ее и понимаю, что капот помялся от столкновения, а багажник в целости и сохранности.
Телефон за время поездки успел зарядиться только на пять процентов, я быстро набираю Крейна, пока он снова не сел. Мне не хочется думать, что Арчи убил Пеони Лейн, но я должна подозревать каждого. От Дженни приходит сообщение – она вернулась в поместье от своей двоюродной сестры в Саутгемптоне.
– Энни, что такое? – спрашивает Крейн. В трубке его голос дублируется эхом, значит, он в машине. – Ты дома?
– Нет, я на ферме Фойлов, – говорю я. Сразу рассказываю ему про разбитый «Бентли», Крейн соглашается сделать крюк.
– Я поднял тот отчет. Там и правда не все так чисто. Мне еще кое-что надо с тобой обсудить по поводу камер.
Я кладу трубку, наклоняюсь, стараясь заглянуть глубже под брезент, как вдруг раздается хруст листвы под чьими-то шагами.
– Энни? – Я поворачиваюсь и вижу Бет. Меня охватывает облегчение. – А дедушка куда-то ушел, ты его ищешь? Я не знаю, куда он ушел, может, заглянешь попозже?
– Я с радостью подожду, – бросаю я. – У меня вопросы по машине. А эту ты узнаёшь? – Стараюсь не выдавать волнение голосом, и, кажется, получается.
– Не-а, но дядя Эрик в гараже, он помогает со всем этим дедушке. – Она поворачивается к гаражу и зовет его.
Оттуда появляется Эрик Фойл в рабочем комбинезоне, я его узнаю. Это он вчера подвез Саманту в участок.
– Здравствуйте, а я вас знаю. – Он улыбается и протягивает руку. – Мы официально вроде бы не представлены, но я вас видел вчера в участке.
– Да. Я Энни, – отвечаю я и пожимаю его руку. – Хорошо, что мы теперь знакомы, особенно раз вы работаете с Арчи. Я главный инвестор его бизнеса. Но я, если что, не проверять приехала, – поспешно добавляю я.
У Эрика очень твердая хватка, а руки и вполовину не такие натруженные, как у Арчи. Как и Пеони Лейн, он в отличной форме для человека, которому глубоко за семьдесят. Его белоснежные волосы аккуратно зачесаны. Он низкий, коренастый даже, сразу видно – человек, который всю жизнь был сильным. Эрик снимает очки, они падают, но виснут на шее, пойманные шнурком.
– Хотите – проверяйте, – говорит Эрик, лицо у него хитрое. – Если вы финансируете, то имеете полное право знать, куда деваются деньги.
Эрик подмигивает мне дружелюбно, но мне не нравится, что он выставляет меня начальницей. Арчи никогда не вызывает у меня такого ощущения, наверное, потому что я его дольше знаю, мы общались еще до того, как я начала инвестировать в его бизнес.
– Энни хотела задать пару вопросов про эту машину, – говорит Бет и машет в сторону «Бентли».
– Тут все плохо, – заявляет Эрик и поднимает брезент, оголяя багажник машины, – потрескавшаяся фиолетовая краска болезненно блестит в слабом свете. Вокруг замка видны царапины, ржавые, но отчетливые. – Ее пригнали вчера, но я уже сказал Арчи, что здесь никакой надежды, надо просто избавиться от нее. Особенно учитывая призраков ее прошлого. – Он морщится, смотря на разбитую машину, в глазах – море грусти. – Это машина Грейвсдаунов, представляете? В ней погибли три человека.
Его передергивает, и он снова накрывает авто брезентом.
– Если вы не против ответить, скажите, как машина попала к Арчи? Зачем ему в гараже такая страшная вещь? – спрашиваю я.
– Это вам надо спросить у него самого, я тоже не понимаю. Скорее всего, его мучит загадка, которую он так и не разгадал. Он и Фрэнсис играли в детективов по молодости. Сколько им тогда было… Девятнадцать? Они еще связались с моей бывшей, Эллен, пусть земля ей будет пухом, – это же она Пеони Лейн, вы знали? Была ею. И с Самантой. Собирались вывести на чистую воду Грейвсдаунов и их прошлое.
– У них получилось? – интересуюсь я.
Эрик протяжно выдыхает и трет заднюю поверхность шеи. Я видела, как Арчи делает точно так же. Тут же понимаю, что братья похожи.
– Какие-то секреты они и правда раскрыли, но сами натворили кучу дел, – загадочно изъясняется он.
В этот момент машина Крейна останавливается у дома. Он паркуется, приветственно кивает всем, огибая по пути к нам машины.
– Энни, Бет. – Крейн кивает нам. – Эрик, давно не виделись. – Он протягивает ладонь, они обмениваются рукопожатием. – Арчи не здесь?
– Он поехал на аукцион в Литтл-Димбер, – отвечает Эрик.
– Покажите, пожалуйста, нам эту машину, – просит Крейн.
– Хорошо, – соглашается Эрик и снова стягивает брезент.
