Элоиза Харпер ждала на пороге и куталась в халат. Выглядела женщина не блестяще: красные, лихорадочно горящие глаза и мешки под ними, всклокоченные волосы, поникшая… Из квартиры пахло спиртом.
Маргарет внутренне скривилась. Ничего удивительного, что ее брат умер от пьянства. Женщина расцвела улыбкой, здороваясь следом за гарольдовским деликатным «мисс Харпер…».
– Добрый день, мэм.
– Результаты готовы? – нервно спросила Элоиза, переминаясь с ноги на ногу. Она могла бы выглядеть почти идеально, если бы немного больше за собой следила.
– Мы можем войти, мисс Харпер? – вежливо поинтересовался Гарольд. Впрочем, его тон не оставлял сомнений, что он и так войдет.
– Да, – посторонилась Элоиза Харпер. – Простите… – извинилась она за бардак в не так давно опрятном салоне: вещи, разбросанные по стульям как попало, не сложенные; на столе – горы скомканных бумажных салфеток и лекарства.
До Маргарет вдруг дошло: Элоиза Финчли-Харпер – не алкоголик. Пахнет лекарствами. И она еле на ногах стоит не от вчерашнего возлияния, а от усталости и стресса.
– У меня совсем не убрано… – проговорила Элоиза и тяжело опустилась на стул. – Расскажите, мистер… Кингстон? Не томите. У меня на игру в кошки-мышки уже не осталось сил.
Гарольд осмотрелся, выбрал диванчик, с которого пришлось только сдвинуть пару свитеров и пижамных штанов с вывернутыми штанинами. Элоизе было все равно. Кингстон жестом пригласил спутницу сесть, а затем рядом присел сам.
– О результатах вы узнаете в свое время, мисс Харпер. Я с несколько иным вопросом.
– Иным? – подняла Элоиза Харпер брови.
– Расскажите о своем брате, – попросил Гарольд. – Каким он был человеком?
– Зачем вы… – дрогнули губы Элоизы. – Ворошите прошлое? Он умер неделю назад…
– И вы запросили эксгумацию после медицинского заключения. Почему?
– Да потому что лентяи эти врачи! Его забрали на скорой, потому что он поскользнулся вот на этом самом полу! – вскипела вдруг Элоиза. – Ребра и хрустнули, от боли говорить не мог… Я вызываю скорую, а они…
Возмущение женщины потонуло во всхлипах. Она прикрыла глаза ладонью, покачиваясь.
Гарольд осмотрелся, встал, подошел к кухонной стойке, сполоснул стакан и, налив воды из кувшина, поднес его Элоизе Харпер.
Она, ничего не говоря, приняла стакан и выпила залпом.
– И что было дальше? – мягко спросил Гарольд, снова усаживаясь рядом с Маргарет. Она с замиранием сердца слушала. Здесь ничего говорить было не нужно.
Только… это совершенно не сходилось с результатом судмедэкспертизы. Сэл говорила, что исследования опровергли слова мисс Харпер.
– Он пил в тот вечер? – шепнула Маргарет Гарольду. И показала глазами на Элоизу. Он похлопал ее по колену: мол, спокойно, всему свое время.
– Забрали его на обследование… а через полчаса мне сказали, что умер… – покачала Элоиза головой. Снова всхлипнула и прорыдала: – После смерти мужа Джимми был всем, что у меня осталось…
– А племянник?
Мардж не ожидала, что скажет это вслух. Гарольд покосился на нее, но ничего не сказал. Девушка прикусила язык. Элоиза отерла щеки и, вытащив из коробки очередную салфетку, внушительно высморкалась. Ответила достаточно спокойно:
– Бренти хороший парень. Сын сестры моего Эшли. Но ведь не родная кровь, сами понимаете. Хотя согласился присутствовать на эксгумации, и за то ему спасибо.
– Присутствовать на эксгумации? – поразилась Маргарет, вновь подавая голос. И обернулась к Гарольду, тихо объясняя свое удивление: – Разве он там не должен был встретить Сэл?
Кингстон сжал ее ладонь, снова призывая успокоиться. Хотя странный огонек подозрений заворошился в душе.
– Тем вечером, до несчастного случая, мистер Харпер употреблял какой-то алкоголь? Как вообще у него с этим было?
– Да заладили, – зло отвечала Элоиза Харпер. – Ну, да, мы выпили по бокалу вина. Это что же, по-вашему, алкоголизм?
– Мисс Харпер, я лишь задал вопрос о факте употребления алкоголя, не делайте поспешных выводов. Значит, бокал вина? Не больше?
– Может, два… – покачала женщина головой. – Я и не помню… Но Джимми никогда, никогда не напивался! Мне плевать на компенсацию! Пусть засудят этих врачей, что они с ним сделали!
Мардж сжала ладонь Гарольда. Заключение говорит совершенно противоположное. Только… неужели Элоиза просто играет роль, настолько убедительно? Да и разве хватило бы времени вот так разбросать салфетки, испортить себе лицо, навести бардак в период между звонком домофона и открытой дверью? Вон то полное жизни фото на стене вполне определенно подтверждает факт, что здесь жили благополучные люди. Пазл не складывается.
– Хорошее фото, – встал Гарольд, обращая внимание на то же самое. – Вы выглядите счастливыми. Это ваш брат?
– Он, – мягко улыбнулась Элоиза, тоже вставая и подходя к стене. – Джимми обожал устраивать семейные фотосессии. И сам был хорошим фотографом, несколько его фотографий даже можно найти в галереях…
– Примите мои соболезнования, – повернулся Гарольд Кингстон к Элоизе Харпер и поджал губы с сочувствием. – Надеюсь на скорый исход расследования.
– Спасибо, – кивнула Элоиза Харпер вполне искренне. – Побольше бы нам в правосудии таких людей, как вы.
Маргарет осторожно поднялась с захламленного дивана и тоже кивнула с робкой улыбкой. Какие-то штаны упали за ее спиной на пол.
– Спасибо, деточка, – тепло улыбнулась Элоиза Харпер и ей в ответ. – Простите еще раз, – обвела она руками беспорядок.
– Все в порядке, – заверил ее Гарольд Кингстон. – Берегите себя.
И они с Маргарет вышли из квартиры на Шеддон-стрит.
– Не понимаю! – наконец взорвалась Маргарет, пристегивая ремень безопасности.
Гарольд усмехнулся и повернул ключ зажигания.
– Чего?
– Дорого же тебе это стоило…
– Ты о чем?
– О молчании.
Маргарет надула губы.
– Ну, прости, что вырвалось про племянника и алкоголь… Но я честно старалась.
– Марджи, это была похвала, между прочим, – потрепал Гарольд ее по волосам со смехом и вырулил с парковки. – Говори, чего ты не понимаешь. Мне тоже нужно упорядочить факты и посмотреть на дело с иной точки зрения.
Маргарет устроилась поудобнее, довольная. И отогнула палец.
– Ну, первое. Рассказ Элоизы кажется убедительным – опять же, фото и все такое… Это подтверждает. Но ведь… он не совпадает с заключением эксгумации! Джеймс Харпер умер от алкогольного отравления. Кислородное голодание и все такое… Сердце не выдержало…
Гарольд нахмурился.
– Откуда такие познания?
– Сара говорила.
Гарольд нажал на тормоз, седан остановился у обочины с мигающими фарами.
– Что такое? Ты тоже обратил внимание?
– Я видел заключение, Мардж. В нем – подтверждение слов Элоизы Харпер. Гипоксия мозга, верно. Но из-за передозировки обезболивающего. Алкоголь ни при чем.
Маргарет округлила глаза.
– Но как…
– Боюсь, все намного сложнее… – Гарольд нахмурился сильнее. – Которое из заключений истинное? Ну, Брент… Верно! Ты сказала, что они не виделись на эксгумации?
– Думаю, нет… – проговорила Маргарет, не понимая, к чему клонит Кингстон. – Не похоже, она бы упомянула. Никто даже не знал, что он родственник Элоизы. – Мардж оживилась: – Потому я и влезла, понимаешь? Это слишком подозрительно выглядит, как ни крути.
– Как ни крути, – процедил Гарольд сквозь зубы и резко тронул с места. – Придется нам с этими голубками поговорить по душам. Чую, они натворили дел.
– О чем ты? – испугалась Маргарет, хватаясь за ремень безопасности.
Сейчас они точно в кого-нибудь врежутся, и ничто больше не будет иметь ровно никакого значения… Хотя слова «придется нам» не могли не радовать – Гарри, кажется, вовсе не собирался избавляться от «прекрасной леди»!
Эпизод 10
Маргарет постукивала телефоном по ладони. Вот же, «пять дам» (прекрасная леди, оказывается, даже туда вписывается, пусть будет)! То пишут не умолкая, а задашь нормальный вопрос, так никто и не откликается.
