Как будто жуткое прошлое все никак не хотело уходить и тянулось к настоящему, ползло из этого леса, из этого ущелья, как туман, как струйки черного дыма, хватало своими призрачными пальцами все, что могло достать.
Шум воды становился все громче, и узкая тропка наконец превратилась в более широкую протоптанную дорогу, идущую над бурным потоком вдоль отвесной скалистой стены. Через несколько метров за камнями показался силуэт Матье, закутавшегося в куртку и привалившегося к скале с походной кружкой в руке, откуда он что-то прихлебывал.
Алис и Марк шагнули к нему навстречу.
– Я взял все координаты у туристов, которые его нашли! – радостно объявил он, поднимая бело-голубую ленту, наскоро примотанную к каким-то корням. – И отправил их домой. Они и так тут уже затомились, пока меня ждали. К тому же ничего не видели и не слышали, просто шли – и вдруг труп… Рад вас видеть, мадам Янссенс. Хорошо, что все обошлось. Говорят, вы прям по простыне спускались, как в кино! А я все проспал, даже сирен не слышал. Это все из-за таблеток, врач прописал. Знаете, после того удара по голове я сплю плохо, вот мне и назначили. А с ними лег вечером – и как камень просто…
Алис улыбнулась:
– Спасибо, Себастьян. Ну, не как в кино, конечно… К счастью, там под окном была крыша пристройки, так что удалось выбраться.
– И все равно! – Матье взглянул куда-то назад. – Пойдемте, он тут.
Тело лежало на самом краю узкой тропинки, наполовину свесившись вниз. Вероятно, погибший зацепился поясом за камень. Алис кое-как натянула костюм, сделала несколько снимков с расстояния и, неловко подвернув больную ногу, присела рядом с телом. Еще пара фото, потом осмотр. Одежда погибшего была совершенно обычной. Черная куртка, черные джинсы. Никакого дополнительного снаряжения. Городские кроссовки. В таких не ходят по горам.
– Как альпинист или турист он не выглядит.
– Да, – согласился Марк. – Черт, жаль, что до приезда судмедэксперта нельзя его двигать.
– Думаю, он лежит тут довольно давно. Время смерти явно не сегодня. – Алис приподняла штанину и рукой в перчатке потрогала ногу погибшего. – Но точнее я сказать не могу.
Она посмотрела наверх. Примерно пятнадцать метров. Не такая уж и большая высота. Конечно, он мог удариться при падении головой… Но нет, торопиться с выводами не хотелось. Алис осторожно осмотрела карманы куртки: ключи и зажигалка. Упаковала все в пакет и протянула Марку.
Так. А тут какие-то пятна на джинсах. Разводы? Она провела по пятну ватной палочкой, принюхалась. Черт! Неужели?
С отчаянно колотящимся сердцем Алис наклонилась, осматривая подошвы кроссовок.
– Я знаю, кто это, – тихо сказала она. – Точнее, у меня есть предположение.
Кажется, Марк понял, кого она имела в виду. Он мгновенно наклонился ближе, оттеснив ее, и Алис чувствовала в этом не столько желание рассмотреть что-то на мертвом теле, сколько бессознательную попытку защитить ее от зла. Встать между ней и чудовищем, пусть и мертвым.
– Я предполагаю, что это Винсент Шевалье, – произнесла она как можно спокойнее. – Пятна газолина на джинсах и совсем по-разному стоптанные подошвы кроссовок. Да, до какой-то степени у всех людей ботинки стаптываются немного по-разному, но тут разница сильно бросается в глаза. Этот человек хромал.
– Кто такой Винсент Шевалье? – поинтересовался Матье.
– Тот, кто устроил пожар в гостинице, – обронил Марк, поднявшись и отойдя в сторону от трупа, и вытащил сигареты. Закурил, выпустил струю дыма, глядя вверх. Алис тоже взглянула вслед за ним – небо, необычайно ясное для этого времени года, стояло над ущельем, словно голубой купол.
– Понятно, – протянул Матье таким тоном, что было ясно: ему ничего не понятно.
– Надо посмотреть, что там наверху, – сказала Алис. – Определить, откуда примерно он упал.
– Там как раз близко лесная дорога, можно подъехать! – радостно объявил Себастьян.
– Жди Колсона или кого там пришлют, – буркнул Марк, протягивая Алис руку и помогая подняться. – Мы с Янссенс пойдем наверх. Заодно займемся всеми формальностями. Ты ведь завтракал? Не замерз?
– Завтракал и кофе с собой в термосе взял, – чуть запнувшись, пробормотал Матье, явно еще не привыкший к тому, что шеф, выдернутый в выходной день по неприятному делу, не орет и вообще ведет себя по-человечески.
«Без прелюдий», – подумала Алис и улыбнулась про себя.
– Ну и отлично.
Себастьян кивнул со страдальческим видом и поплотнее закутался в куртку.
* * *
– Время смерти… вчера примерно во второй половине дня, – сообщил Колсон, отряхивая с колен прилипшую труху от палых листьев. – Точнее скажу после вскрытия. Я смотрю, у вас тут весело стало. Даже сам вызвался приехать, хоть и выходной. Любопытно.
– Обхохочешься, – мрачно протянул Марк и сбил с сигареты пепел прямо себе на ботинок.
Они с судмедэкспертом уже выбрались наверх, пока Себастьян в ущелье руководил нанятыми рабочими, которые должны были вынести тело на носилках. Алис Марк решил оставить в машине наверху. Увидев его и Колсона, она тут же захромала навстречу.
– Добрый день, доктор Колсон.
– Добрый день, мадам Янссенс. Знаете, я недавно видел месье Менара, который…
– Так ты можешь наконец что-нибудь сказать про причину смерти? – перебил Марк. – Время смерти: вчера во второй половине дня, – повторил он для Алис. – А причина?
Колсон закатил глаза.
– Удушение. С наибольшей вероятностью. Характерные следы на шее. Лицо разбито, там пока что-то сказать сложно, хотя ссадины уже получены посмертно. От падения, думаю. Еще у основания черепа есть гематома, но едва ли она оказалась смертельной.
– Гематома тоже от падения?
– Скорее всего, нет.
– То есть его сначала оглушили, а потом задушили? – уточнила Алис.
– И сбросили с обрыва, судя по всему. Но окончательно покажет вскрытие. До связи, инспектор. Всего доброго, мадам Янссенс. И привет вам от месье Менара, он очень высоко о вас отзывался. О чем бишь я… А! Надеюсь, следующий труп будет в каком-нибудь более доступном месте. Я уже староват, чтобы прыгать тут с вами, молодежью, по этим горам и чертову лесу.
– Я за этим прослежу, – фыркнул Марк и осекся.
Черт. Шутка вдруг перестала быть шуткой. Ему отчаянно хотелось отвести Алис в сторону, прижать к себе, заглянуть в глаза и сказать: «Это не я. Я шел к тебе, я помню. Это не я!» И услышать: «Да, я тебе верю».
Вместо этого он бросил докуренную сигарету, тщательно затушил ее носком ботинка и просто махнул рукой:
– Янссенс! Поехали наверх. Там наверняка будут следы волочения.
Марк помог Алис забраться в машину, сел сам, завел мотор.
– Значит, фату прислал не Шевалье, – тихо сказала она, глядя в окно.
– Да. Если мы докажем, что погибший – это Винсент, – вздохнул Марк. – И если, конечно, он не нанял кого-то доставить коробку еще до своей смерти.
Снова хотелось курить, мать твою, почему все это так напрягало? Впрочем, он знал ответ. Знал и не хотел об этом думать.
– Но старая фата… Нет, она совсем не вяжется со всем остальным. Он присылал предупреждения, намеки, что ты монстр и убийца, потом хотел убить меня, но фата? Да еще и пыльная, потертая. Что это значит?
«Что ты можешь оказаться на месте моей бабушки, – вздохнул про себя Марк. Думать об этом было мучительно. – Или что тебя обрядят в погребальный саван. Что, в общем, одно и то же».
– И кому понадобилось убивать Винсента? – продолжила Алис.
Вот оно. Внутри все напряженно сжалось.
– Мотив есть у меня, если ты об этом, – сказал Марк спокойно.
Она повернулась и взглянула ему прямо в глаза.
– Нет, я не об этом.
– Об этом тоже следует подумать, ты сама прекрасно понимаешь. Я мог убить его в невменяемом состоянии, перед тем как прийти к тебе. И сбросить с обрыва, чтобы тело унесло течением. Я помню… прежде чем меня совсем накрыло, я думал, что должен с ним разобраться. Что должен устранить опасность. Что… возможно, что должен его убить. Прежде чем он убьет тебя.
