На экране были уже посчитаны упоминания этой темы, и за те пару секунд, что я туда смотрела, их количество стало еще больше. Значит, если это было раскручивание ботами, оно шло в активной фазе.
– И что должна сделать я?
– Как будешь в офисе, проверь ключевые слова: Габон и «Даймонд Сур». Тебе нужно найти или инсайд, или стратегию, которая подразумевает шумиху вокруг этой ситуации. Сможешь?
– Габон и «Даймонд Сур», – повторила я. – Покопаюсь в базе.
– Если при этом ты заметишь хоть что-то подозрительное в Блэке, скажи мне. Сразу.
Сложно было вспомнить день, когда в Рэе не было ничего подозрительного.
– Конечно, – невинно улыбнулась я. – На этом все?
– В целом да. Повтори, пожалуйста…
– Сейчас-сейчас… – Я сползла на пол. – А ты пока запускай «Контр Страйк».
Мечты должны сбываться.
Глава 17 Гребаный тарт
– Не разговаривай со мной, умоляю, – бросила я, не отрывая взгляда от экрана, – у меня и без тебя плохое настроение.
– Вестминстер, мы пересекаемся по отчетам, – настойчиво повторил Хэмиш, – и мне нужна твоя помощь.
Я жутко не выспалась, страдала от головной боли и забыла позавтракать. Вокруг постоянно кто-то торчал, и это мешало мне поискать в базе, что происходит с Габоном. А задерживаться в таком состоянии не хотелось, и любое отвлечение…
– Хэм, отстань!
– Ты невозможна, – резко ответил он.
Хэмиш растрепал мне волосы, испортив прическу. Пришлось оторваться от отчета, чтобы осуждающе посмотреть на него, но за моей спиной уже никого не было. Вернее, там стоял Рэй Блэк.
По единственной проявленной эмоции – приподнятой брови – я поняла, что его тоже смутило поведение Хэмиша.
– Добрый день, мистер Блэк, – проскрипела я.
– Боннер, вы сейчас заняты?
– Да, у меня… отчет.
Рэй подошел поближе и опустился, заглядывая в экран. Я не удержалась от закатывания глаз: что ему было нужно и почему именно сейчас?
Его голос стал таким тихим, что слышала только я.
– Ты зацепилась за вот этот график? – моментально понял он.
– Да, он отличается от стандартного распределения в этой сфере.
– Бывает. Вернемся – посмотришь отчеты за прошлые периоды и сверишь их графики.
– Вер… что?
– Пойдем, – похлопал по спинке кресла Рэй. – Пообедаем вместе.
Предложение получилось настолько неожиданным, что я мгновенно забыла о собственном отчете. В последний раз, когда я и Рэй Блэк находились вне офиса вместе, мы делали ставки. И что случилось с его правилом уходить домой на обед?
Я не стала спорить. Молча взяла свою сумку, забрала телефон и вышла вслед за ним. Если бы вы видели взгляд, которым меня провожал Хэмиш… Им, наверное, можно было прирезать. Я губами произнесла слово «прости», получила в ответ такое же «отсоси» и закрыла за собой дверь.
В коридоре меня ждал новый сюрприз, но тоже не очень приятный. Лула махала мне рукой и улыбалась настолько приветливо, что даже бесила. Я бросила короткий яростный взгляд на Рэя, но тот не обратил внимания.
Лула оказалась чуть ниже меня и почти такой же по телосложению. И если я старалась быть похожей на настоящего офисного сотрудника, то эти драные джинсы и безразмерный худи намекали, насколько Луле насрать на чужое мнение.
– Мы пообедаем втроем, – заявил Рэй. – Здесь есть хорошее место.
Вместо цоколя с огромным фуд-кортом мы спустились на третий этаж и зашли в просторный, напоминавший джунгли ресторан. В центре зала стояло дерево, удивительно похожее на настоящее, его крона упиралась в потолок, а остальное пространство было заставлено большими горшками, в которых ютились деревца и кусты поменьше.
– Рэй считает, нам нужно подружиться, – с детской непосредственностью заявила Лула. – И я с ним согласна.
А вот меня никто не спрашивал, хотелось мне дружить с ней или нет… Хорошо, что я больше не любила Рэя, он явно не понимал концепции активного согласия, которую так доходчиво объяснял в постели Эрик. Ведь дружба без согласия тоже могла считаться насилием.
Нас проводили к столику в углу, где за панорамными окнами открывался вид на зимний Лондон, лишенный солнечного света, а в этом районе – еще и цвета. Холодные серые жители Канэри-Уорф из стекла, бетона и металла неприветливо окружали нас, но я начала привыкать к их суровому виду.
Мы находились в самом сердце мира плутократии и амбиций. Сложно было поверить, что я стала его частью, но единственным утешением была мимолетность этого состояния. Еще год – и я могла попросить о свободе.
– Ты же пойдешь на вечеринку в честь Рождества? – спросила Лула, как только нам подали меню.
– Да, это обязательно для нашего отдела, – ответила я.
– То есть Уне тоже можно? – тут же переключилась на Рэя та.
– Она из аналитики.
Телефон у меня в сумке завибрировал, отвлекая от их спора. Хэмиш прислал четыре гифки с задницами. Спасибо, дорогой, очень актуальная информация.
«Если бы тебя Блэк с места поднял, ты бы тоже не о дружбе думал», – быстро отправила я и положила телефон на стол экраном вниз.
Лула и Рэй продолжали обсуждать рождественский ужин, но с каждой секундой их разговор становился все напряженнее.
– Если я могу зарабатывать здесь деньги, значит, уже не ребенок, – выпалила Лула.
– Ты выглядишь как бунтующий подросток.
– Поэтому мать попросила тебя пристроить меня? – Боже, Лула едва не взрывалась. – Чтобы ты повлиял на подростка?
– Чтобы ты съехала от нее, – спокойно объяснил Рэй. – Но в таком виде ты точно никуда не пойдешь.
Мне стоило извиниться и уйти. Оставить эту ссору… Стоп. Так они были не любовниками? Судя по всему услышанному и особенно по тону, с которым Рэй отзывался о внешности Лулы, эти двое были скорее родственниками.
– Вы родные брат и сестра? – встряла я.
– Двоюродные, – ответила Лула. – Ой, подожди. Мне нельзя об этом говорить.
– Привел кузину на работу? – едва не рассмеялась я, переводя взгляд на Рэя. – Не переживай, я не буду трепаться.
– А в чем ты пойдешь на вечеринку?
Казалось, Лула отказывалась смириться с тем, что ее оставляют дома. Я бы с радостью поменялась с ней: возможно, напряжение между мной и Хэмишем было еще и из-за этого ужина. Фелисити предупреждала, что именно там они с Гауравом могут перейти в наступление.
Заметка для опытного читателя: вообще-то это не одна из тех историй, где красивую девушку (а я объективно красивая, чертов факт) хотят все мужчины в поле зрения. Гав и Хэм не хотели МЕНЯ, им нужно было еще одно очко в соревновании. Все, чем я заслужила их пристальное внимание, – наличие вагины и их идиотского спора.
А если они оба считали Рэя соперником, понятно, почему так злились.
– Присмотрела одно платье, – призналась я, – но пока не купила.
Потому что деньги на него Эрик обещал скинуть только после выяснения инсайдов по Габону. И прямо сейчас Лула не давала мне заработать их.
Эрик тоже был хорош – этот парень ничего не делал просто так. Хотя здесь я немного преувеличивала. Он не скидывал мне деньги просто так, но вообще-то мог, к бедным его точно не отнесешь.
– Если я переоденусь в платье, мне можно будет на ужин? – развернулась Лула.
– Если еще и пирсинг снимешь, – кивнул Рэй.
– Уна, а ты можешь помочь мне выбрать?
Господи, сколько ей было лет? Шестнадцать? Никогда не чувствовала в себе таланта няни, но под внимательным взглядом Рэя поняла: самое время попробовать. Как этот ассистент умудрялся управлять каждым сотрудником в офисе, словно своим подчиненным?
– Могу, – согласилась я. – Послезавтра поеду в магазин, если хочешь, сделаем это вместе.
– Заметано, – широко улыбнулась Лула.
Она действительно вела себя как чертов подросток. Заказала какую-то безумную башню из пасты, ковырялась в ней вилкой, огрызалась на большинство реплик Рэя. Я наблюдала за ними с ощущением, что Рождество уже наступило: мы сидим за большим столом с дальними родственниками, и двое из них скандалят, а остальные, включая официантов, вынуждены делать вид, что еда очень интересна.
