– Я дал слово Коулу.
Понадобилось время, чтобы вернуться к реальности и вспомнить, о чём шла речь. Когда же осознание того, что он произнёс, догнало меня, я поняла, что мне сейчас в очередной раз станет очень больно.
– Что ты сказал? – голос предательски задрожал, – Ты знал Коула?
– Он спас меня от тюрьмы много лет назад, – проговорил Рэй, глядя на костёр, – И в нашу последнюю встречу попросил помочь тебе.
Взмолившись, лишь бы моя худшая догадка не подтвердилась, я рискнула спросить, – Это ты убил его?
Секунды растянулись в вечность, прежде чем он ответил:
– Да.
Правда ранила сильнее любого выстрела. Я вскочила и бросилась прочь от кофейни, проклиная себя за то, что впустила этого страшного человека в своё сердце. Боль разрывала душу, и мне хотелось взреветь в голос, но я просто гнала вперёд, не соображая ни куда иду, ни что теперь делать.
– Санни, – Рэй схватил мою руку, вынуждая меня остановиться, – Мне жаль, что с Коулом так вышло.
– Жаль? – я отпрянула, – Коул был хорошим человеком. Он собирался оставить службу, выйти на пенсию и заниматься рыбалкой. А теперь он мёртв! Мёртв!
– Дай мне объяснить.
– На протяжении всех этих дней я пыталась понять тебя. Понять, почему ты стал таким, и найти хоть какое-то оправдание твоим ужасным поступкам. Но я больше не могу и не хочу пытаться, – проговорила я и, яростно толкнув его в грудь, воскликнула, – Потому что никогда в жизни не смогу понять, что творилось в твоей голове, когда ты хладнокровно убивал спасшего тебя человека!
– Ты права, – голос Рэя оставался невыносимо спокойным, – Тому, что я сделал, оправдания нет.
Собственно, ничего другого я и не ожидала услышать, поэтому побрела дальше в неизвестном направлении.
– Но ты должна знать, что я дал Коулу шанс: рана не была смертельной, – донеслось мне вслед, – Он сам принял решение не бороться за жизнь. Это был его выбор.
Я остановилась. Слёзы одна за другой медленно скатились по щеке.
– Позволь мне помочь тебе, чтобы смерть Коула не была напрасной.
– Нет, Рэй, – обернувшись, я посмотрела на него и отстранённо усмехнулась, – За эти дни я позволила себе привязаться к тебе, и чёрт знает, как далеко это могло зайти. Но, к счастью, ты меня вовремя остановил и в очередной раз напомнил, что я совершенно одна и должна полагаться исключительно на себя, – усмешка исчезла с моего лица, – Так что мне не нужна ничья помощь, тем более такого безжалостного убийцы, как ты.
Рэй переменился в лице, и от его сурового вида кровь заледенела в жилах. Сердце ухнуло в бездну, когда он направился ко мне. Ни на секунду не сомневаясь, что сейчас он обрушит на меня всю скопившуюся злость, я попятилась назад и в очередной раз пожалела, что избавилась от пистолета. Но тут Рэй схватил меня и прижал к себе с такой силой, что кости едва не захрустели от его объятий. Застыв на месте, я побоялась вдохнуть или пошевелиться. Разгорячённое дыхание преступника обожгло кожу, в нос ударил запах его одеколона, и в голове помутилось.
– Я соврал… – прошептал он мне на ухо, – Дело не в обещании Коулу, дело в тебе. Я хочу быть с тобой. Хочу заботиться о тебе. Хочу…
Он запнулся, тяжело дыша, и нервно сглотнул. Его губы коснулись моего лица, и меня бросило в дрожь. Испугавшись, что сердце не выдержит, я взмолилась:
– Пожалуйста, отпусти, мне нечем дышать.
Рэй отступил. Его грудь вздымалась так, словно он только что пробежал марафон. Температура этим вечером близилась к нулю, но между нами было настоящее пекло.
– Прости. Это больше не повторится.
Старательно избегая его взгляда, я кивнула, – Вернёмся на остров.
В напряжённом молчании мы добрели до пирса, сели в лодку и добрались до дома. Рэй остался курить на веранде, а я вошла внутрь и закрылась в ванной. Умылась холодной водой и с минуту смотрела на своё растрёпанное отражение в зеркале. В ушах по-прежнему стоял горячий шёпот преступника, а от моего лица пахло его одеколоном. Закрывая глаза, я видела перед собой Рэя, и меня снова бросало в дрожь. Чёрт подери, ещё ни один мужчина не вызывал во мне такой шквал эмоций.
Решив, что бесконечно отсиживаться в ванной не выйдет, вернулась в гостиную, но та, к моему облегчению, оказалась пуста. Выключив общий свет, легла и попыталась уснуть, прежде чем раздадутся шаги и Рэй войдёт в комнату. Однако он так и не появился.
Его не оказалось в гостиной, и когда я продрала глаза с утра. Услышав, как кто-то хозяйничает на кухне, заглянула туда и увидела Орсона.
– Блины печь умеешь? – спросил он.
Я кивнула.
– Тогда вставай у плиты.
Не став возражать, подошла к сковородке и, заметив, что края блина подгорают, деревянной лопаткой перевернула его на другую сторону. Вопрос про Рэя застыл на кончике языка, однако я так и не решилась его задать. Словно почувствовав это, Орсон отхлебнул кофе и произнёс:
– Рэй полночи провозился в гараже, а с утра завёл пикап и поехал в Ноксвилл.
– Зачем?
– В подробности он не вдавался, – он уткнулся в газету, – Сказал, что вернётся после обеда.
После обеда Рэй не вернулся. И спустя пару часов. И даже когда стемнело. Я разобралась с пиарской работой в кафе, которую обещала Лиане выполнить ещё до злополучного интервью с Гилсоном, помогла Орсону приготовить ужин, мы посмотрели пару боевиков, и лишь около одиннадцати вечера услышали, как во двор въехала машина.
Вышли на веранду и увидели перед домом сельский грузовичок с открытым кузовом. Окно с водительской стороны опустилось, и суровый бородатый мужик кивнул хозяину:
– Здорово, Кензи.
– Найджел.
– Принимай груз, – усмехнулся он, указывая большим пальцем на двоих, сидящих в кузове.
Спрыгнув с грузовика, Рэй обернулся ко второму пассажиру, в котором я с трудом узнала вчерашнего бармена.
– Жаль вашу старушку, – еле ворочая языком, сказал Джек.
– Бывай, дружище, – Рэй тепло пожал ему руку, махнул на прощание водителю и, пошатываясь, пошёл к дому.
Стало ясно, что он был пьян в… сопли, выражаясь словами местных.
– Какого чёрта, парень, где мой пикап?! – вспыхнул Орсон.
– Утонул.
– Как утонул? Ты что несёшь?! – дед схватил Рэя за куртку и хорошенько встряхнул.
– Оставь его, – посоветовал Найджел, – От него сейчас мало толку.
– А как же моя старушка?! – Орсон перевёл растерянный взгляд с внука на водителя.
Рэй поднялся по лестнице и, не удостоив меня ни словом, ни взглядом, вошёл в дом. Я направилась следом.
– Где ты был? Мы волновались.
Он шумно усмехнулся, пытаясь разуться и удержать равновесие одновременно, – Опомнись, детка, тебе ли волноваться за ублюдка, что всадил в тебя пулю, – ввалился в гостиную и плюхнулся на диван.
– Ты пожалеешь о своих словах, когда проспишься, – холодно ответила я.
– Завтра я их и не вспомню.
– Пора лечиться, Рэй, у тебя проблемы с алкоголем.
– У меня проблемы с жизнью, а алкоголь – единственное лечение, – перевернул тот мои слова и с головой накрылся одеялом.
Не прошло и нескольких секунд, как он уже спал. Я вздохнула. За окном послышался шум отъезжающего грузовичка, и Орсон ворвался в дом.
– Где этот засранец, чтоб я мог душу из него вытрясти! – он заглянул в гостиную и, обнаружив, что внук был вне зоны доступа, пробурчал себе под нос, – Ну я ему устрою.
Следующим утром я встала раньше остальных, спустилась к озеру, устроилась на причале и долго смотрела на горные пики, тянущиеся до самых облаков. Хотелось сполна насладиться этим видом. Узнав о том, что Альфред собирается избавиться от нас с отцом, я задумалась, как предотвратить это, и в моей голове зародился план, первым пунктом которого было возвращение в Дейтон.
Позади раздались шаги. Рэй прошёл по причалу и сел рядом. Судя по мокрым волосам и запаху кофе, он пытался привести себя в чувство с помощью душа и ударной дозы кофеина.
Закрыв в смартфоне сайт с авиабилетами, я иронично поинтересовалась, – Как самочувствие?
