«Ты уверена, что один из них не убьет тебя, если будешь играть против обоих?»
Я не была уверена. И конечно, услужливое воображение дорисовало все необходимые детали картины разной степени реалистичности. Они оба были на это способны: и Чесмор, и Блэк. А то, что мне выдалась возможность рассказать Эрику о ситуации с Рэем, а я ей не воспользовалась, потому что обиделась, не добавляло мне шансов на выживание.
– Сядь уже, – попросила Бренда.
– Не могу. Дай мне постоять на ногах, пока я жива.
– С тобой хоть не разговаривай. Сядь, а то я сама тебя вырублю.
Бренда могла, поэтому я послушалась.
– А теперь думай об меня, – так же невозмутимо предложила она. – Что ты обо всем знаешь? По порядку. Соберешь все детали и поймешь, как не спалиться.
– Эрик Чесмор – трейдер, который хочет поднимать деньги на том же, на чем это делает «Рид солюшнс». Он написал программу, которая работает на базе нейросети, а компания украла у него эту разработку. С ним есть две собаки, и они меня не съедят, но сам Эрик любит игру в охотника, где он бегает за жертвой. Пока в постели, но кто знает, что меня ждет в будущем.
– Еще что-то о нем?
– Мы спим, но без обязательств. Но он по мне скучает и сейчас хочет спать только со мной. Однако мы свободны.
– Пиздец, – подвела итог Бренда. – Надо позвонить Гидеону и сказать, что его тема со свиданием – нормальное предложение. Теперь я знаю, бывает хуже.
– Позвони, – закивала я. – Давно пора.
– Заткнись и переходи ко второму пункту.
– «Рид солюшнс». Зарабатывает на скачках рынка, которые сама придумывает и проворачивает. Поддерживает репутацию законопослушной организации с помощью целого отдела аналитиков, скорее всего, так и избегает обвинений в инсайдерской торговле. У нее есть много ботов, они запускают волну общественного мнения и качают его в ту сторону, которая нужна компании прямо сейчас.
– А ты в этом за пару месяцев разобралась, – уважительно поджала губы Бренда. – Для меня звучит как абракадабра.
– Компанией управляет барон Вустридж, которого обычно никто в офисе не видит. А фактически серым кардиналом является Рэй Блэк. Он вмешивается во все вопросы и отдельно следит за мной, подозревая в корпоративном шпионаже. И он подтвердил, что он не ассистент.
– А кто тогда?
– Не знаю, – нахмурилась я. – Наверное, заместитель.
– А зачем ему прикидываться ассистентом? Мог бы так и называться – заместителем.
– Бля, ты гений, – вырвалось у меня. – Наверное, это один из главных вопросов – кто он. Точно знаю, он в курсе про Эрика. И еще есть какой-то Чарльз, но я покопалась в памяти и не нашла ни одного упоминания этого имени.
– Все, что ты не знаешь о «Рид солюшнс», знает Рэй.
– Именно. Но пока он ничего особенного не рассказал, кроме того, что не ассистент и что мне не понравится с ним трахаться.
– У него проблемы? – вдруг улыбнулась Бренда.
– Знаешь, – решила я, доставая телефон, – а вот сейчас и спросим.
Последнее сообщение – благодарность по поводу Лулы. Самый странный диалог в мире.
«Привет. Остались вопросы, не могу спокойно спать. Ответишь?»
– А ты не ходишь вокруг да около, – заметила Бренда, подглядывавшая через стойку.
– Это неприлично, – ответила я. – Смотреть в чужой экран – неприлично.
– Ты однажды бухая завалилась ко мне в спальню и душила обнимашками, рассказывая, как тебе грустно спать одной, – напомнила она.
– Всего один раз.
– С тех пор мы с тобой далеко за рамками приличия.
Телефон на столе завибрировал от уведомления, и мы обе вытянули головы, чтобы увидеть сообщение.
«Ты в Лондоне?»
Как только я напечатала короткое «да», Рэй прислал геолокацию. Точка вела к турецкому ресторану в Кеннинг-тауне. Даже не знала, что там такие есть.
«Приезжай через два часа».
Я застыла, уставившись на его сообщение, пока голос Бренды не вырвал из ступора.
– Ты спишь? – потрясла она меня за плечо. – Два часа, а у тебя еще голова не вымыта.
– Ему плевать на мою голову.
– Мужчине, который трогал тебя за подбородок, плевать на твою голову? Этот сраный офис просто убивает твою телковость! Уна, не будь идиоткой, бегом в душ. И думай пока обо всех вопросах, которые хочешь ему задать. Потом запишем.
– Это еще зачем?
– Чтобы ты их не забыла. Мне весело смотреть на панику, но если сдохнешь от тревожности, кто будет вывозить все твои вещи?
Бренда была права. Она часто была права, но сейчас – особенно. Я подтвердила Рэю время и место встречи и убежала в душ. Каким бы мудаком тот ни был, не хотелось оставлять плохое впечатление.
Я успела все. Привести себя в порядок, накраситься – красной помадой, кстати. Это не был офис, так что ничего в мире не могло остановить меня от того, чтобы чувствовать себя той самой роковой женщиной с губами алыми, как кровь.
Когда я поймала себя на поэтичных метафорах, рождающихся в голове, на секунду застыла: это еще что за херня? Ничего особенного в моем теле не должно было происходить, чтобы позволять гормонам говорить вместо меня.
– Кажется, я его трахну, – с ужасом повернулась я к Бренде.
– Он уже видел тебя с красной помадой, и ничего не было, – отмахнулась та.
– Черт, только вчера вернулась от Эрика, меня не должно так эмоционально полоскать.
– Направь ему официальную претензию, что он тебя недотрахивает, – поморщилась Бренда. – Не кажется, что это уже наглость?
– Так, где мой блокнот… В чем именно наглость?
– У тебя есть парень, который готов приехать в Норидж, чтобы тихо трахнуть тебя в твоей комнате, а потом отвезти к себе и продолжить еще полночи.
– Он не мой парень.
– И при этом ты хочешь переспать с тем мрачным чуваком с работы.
– Это другое. От Рэя пахнет кофе, и он сам почти как секс.
– Надеюсь, что тебя посетит Робин Хуй, – мрачно вручила мне блокнот Бренда. – Который отнимает секс у тех, у кого его слишком много, и раздает нуждающимся.
– Позвони Гидеону, – посоветовала я. – Он явно будет не против отсыпать и тебе горсточку.
– В полночь закрою дверь на щеколду, постарайся вернуться к тому времени.
Конечно, я надела свои любимые новые сапоги. С учетом того, как Рэй без вопросов отстегнул мне денег на них, а потом на платье, ему точно нравится собственная щедрость. Так пусть посмотрит на ее плоды, не так ли?
Турецкий ресторан оказался мрачной забегаловкой, из которой на всю улицу несло какими-то восточными специями. Я зря представляла себе уникальные блюда и что-то с щепоткой таинственности: все, что меня ждало, заключалось в двух полноватых турках, теребящих фартуки за стойкой, троих дамочках, уплетавших мясо, запивая его пивом, и Рэе. Последний сидел за столом в самом дальнем, еле освещенном углу с телефоном в руках. Он даже не заметил моего появления, в отличие от турков.
– Здравствуйте, – расплылись в сальных улыбочках оба.
– Меня ждут, – бросила я и прошла к столу Рэя.
– Все верно, милая, тебя ждут, – кивнул он на стул напротив, не отрывая взгляда от телефона, – но дай мне дочитать главу.
Блэк выглядел совсем по-другому. Серый вязаный свитер с высоким горлом был почти домашним и рождественским, а отросшие усы с бородой вместе с подрастрепавшимися волосами окончательно завершали этот образ. Готова была поспорить, что на ногах у него были если не спортивные штаны, то как минимум джинсы.
Повинуясь приглашающему жесту, я уселась напротив и тоже проверила телефон. Переписка с Эриком была удалена, а новых сообщений не поступало со вчерашнего дня. У всех были каникулы, даже у дружбы они означали что-то вроде перерыва.
– Ненавижу, когда они так делают, – поморщился Рэй, но выключил телефон и убрал в карман. – Обрывают главу на самом интересном месте.
– Не знала, что ты читаешь.
– Десять лет назад в одном научном журнале вышла статья, что для поддержания работоспособности мозга необходимо читать не меньше шести книг в год, – ответил он. – С тех пор я этим занимаюсь.
