– Теперь твои слова звучат разумно.
– И тогда мы будем квиты. Как только окажемся у его дома. Клянусь.
– У тебя есть снаряжение для разведки?
– На той стороне улицы. В моем гараже.
– Тогда идем за ним.
Глава 31
Уже час Джек Мадригал сидел в небольшой допросной, расположенной в недрах департамента полиции Сан-Диего. С ним было трое сотрудников: шеф полиции Роберт Грюнден, специальный агент ФБР Рэнди Майклз и получившая недавно повышение бывший патрульный, а ныне детектив Тереза Лапейр. Майклз по-театральному расхаживал взад-вперед, а Тереза стояла в углу. От событий последних дней голова у нее шла кругом. Еще три дня назад она выписывала штрафы за превышение скорости и читала нотации проституткам на бульваре Эль-Кахон. Накануне подростковый прикол отправил ее в морскую пучину и следом – на первую полосу «Реджистера». А сегодня она первой обнаружила самого известного преступника в истории Сан-Диего – Джека Мадригала, астролога-убийцу.
Мадригал сидел в допросной перед тремя детективами и рыдал.
– У меня дочь, – твердил он. – Не забирайте меня у нее снова. Ей уже приходилось жить в приемной семье. Я готов на все, только бы с ней не расставаться. Потому и вляпался в эту историю.
– Вот и поведай нам ее, Джек, – сказал Майклз.
– Мне просто нужны были деньги, чтобы обеспечить дочь. Подарить ей жизнь, которую она заслуживает. У бывшего заключенного нет шансов получить нормальную работу. Особенно с таким прошлым, как у меня.
– Конечно, ты же просто ангел. Чист как первый снег. И почему, говоришь, ты решил с нами сотрудничать?
– Где Лесли Консорт? – встрял Грюнден. – Что ты с ним сделал?
– Не знаю, клянусь. Я… я… вы сказали, Лесли Консорт? – В этот миг с Мадригалом произошла пугающая перемена. Его напичканное химией тело вдруг будто вспомнило, где оно и зачем.
– Мы знаем, у вас были с ним терки. Ты забрался к нему в дом, угрожал жене.
– Я? К нему? – Мадригал затряс головой, как паршивая собака. – Он сам меня заставил. Как только я откинулся, сразу в меня вцепился. – Мадригал попытался встать, но забыл, что прикован к столу наручниками. Раздался лязг металла, и вся комнатушка зазвенела. – Он так со многими поступает, – продолжал Мадригал, – а если мы не слушаемся, не выполняем указания, шьет нам дела. Владение огнестрельным оружием. Производство наркотиков. Кому скорее поверят, нам или копу? Он и приказал мне явиться на Гирард-стрит. Заставил. Зуб даю.
Грюнден тут же вышел вперед из-за спины Майклза. То ли он искренне рассвирепел, то ли хотел заткнуть Мадригала, намекавшего на нечистоплотность одного из его детективов.
– Не гони пургу, Мадригал. Читал я твое дело. Это Консорт пятнадцать лет назад усадил тебя на скамью подсудимых Центрального суда Сан-Диего. Чего ж ты тогда все не рассказал? Думаю, ты сейчас решил с ним поквитаться.
– Неправда. Спросите у Рубена Эстевана. Который со мной чалился. Он только вышел – Консорт его сразу в оборот взял. Еще Ленни Гарфинкла.
– Гарфинкла я посадил, – сказал Грюнден, – и я же выступал, когда решался вопрос о его досрочном освобождении. Будь по-моему, он бы до сих пор сидел.
– Так Гарфинкла все же освободили? – переспросил Майклз.
– Это ничего не меняет, – ответил Грюнден.
– Твой мобильный у нас, – обратилась к Мадригалу Тереза, – мы найдем там звонки от Консорта?
Мадригал молча смотрел на свои ботинки. В его поведении ощущалось что-то неестественное. Даже когда он умолял, лицо его оставалось каменным, а взгляд – потухшим. Мадригал безразлично произнес:
– Может, и найдете. Хотя он использует одноразовые телефоны.
– Удобно, – недоверчиво заметила Тереза.
– Сегодня ведь четверг? В тот понедельник он явился ко мне домой и сказал, что я должен ему помочь, оказать услугу. Только вел себя странно. Размахивал пистолетом, орал. Угрожал моей дочери. Потом предложил денег. Ну и я такой: «Так ты мне угрожаешь или бабла предлагаешь срубить?» А Консорт говорит: «И то, и другое».
– У тебя нет дочери, Джек. Во всяком случае, в личном деле про нее ни слова, – возразила Тереза.
– Это ведь он, да? Я про Консорта, он вам нужен? Это он ваш астролог-убийца. У него же целая армия из бывших заключенных, и они делают всю грязную работу, – сказал Мадригал.
«Интересно, возможно ли такое чисто теоретически?» – задумалась Тереза и попыталась вспомнить, когда за последние трое суток Консорт оказывался вне ее поля зрения. Всякий раз, когда он отходил, чтобы позвонить…
– Давайте я обыщу дом Мадригала, – предложила Тереза. – Найду реальные ответы вместо той чепухи, которой Мэдди нас кормит.
Майклз повернулся к Терезе.
– Расскажите-ка поподробнее про этого придурка.
– Когда его брали, я здесь еще не работала, но в деле записано, что он патологический лжец и любит привлекать к себе внимание. Мозгоправы не стеснялись в диагнозах: психопат, эксгибиционист, нарцисс. Мечтал совершить что-нибудь этакое, чтобы все заметили. Решил спалить библиотеку. Влез домой к Консорту, угрожал его жене.
– Неправда! – выпалил Мадригал. – Все неправда! Это Консорт. Его рук дело, и сейчас, и тогда. Он хотел развестись и заплатил мне, чтобы я избил его жену. А теперь подставил меня этими гороскопами. Я покажу деньги, которые от него получил. Толстенная пачка, – Мадригал расставил указательный и большой пальцы примерно на два дюйма.
– Когда в прошлый раз этот осел был на свободе, он рассылал в полицию и газеты послания из букв, вырезанных из журналов, – сказал Грюнден.
– Да он просто фильмов пересмотрел. Не верю, что он тот, кто нам нужен, – сказал Майклз. – Не настолько умен.
– Вот-вот. Я не тот, кто вам нужен. Это не я.
– Давайте проверим его квартиру. Перед тем как принимать решения, лучше подсобрать информацию, – предложила Тереза.
Мадригал назвал адрес.
– Я его не скрываю. Должен там жить по условиям досрочного освобождения. Вы в любое время могли бы меня там застать. Но умей я прятаться лучше, Консорт бы ни в жизнь меня не нашел.
Майклз записал адрес и передал бумажку Терезе.
– Ордер я организую. Берите криминалистов и хорошенько все осмотрите.
Спустя сорок минут Тереза тряслась на переднем сиденье полицейского фургона. Они направлялись по Пятому шоссе на юг в сторону Империал-Бич. Тот, кто придумал это пафосное название, наверняка ходил в розовых очках. Тереза равнодушно наблюдала, как за окном тянется череда ветхих домиков с грязными неухоженными лужайками, грудами мусора, окнами без стекол и брошенными машинами.
В Сан-Диего чем дальше на юг, тем хуже думаешь о капиталистической системе. Этот город не эклектичен, как Лос-Анджелес, где в мгновение ока можно попасть из процветающего района в нищий. Нет, по дороге с севера на юг Сан-Диего ты чувствуешь себя, как Данте. Тереза по спирали спускалась в бездну и мысленно благодарила судьбу за то, что до северной Тихуаны – самого богом забытого уголка – они все-таки не доедут.
Мадригал жил на нижнем этаже крошечного трехквартирного дома. Местами дом был не докрашен, на окнах толстый слой краски, наоборот, облупился, а с двери малюсенького гаража отслоились целые куски, по форме напоминавшие континенты.
Тереза отметила, что ворота гаража у Мадригала наглухо запечатаны – не такая уж редкость для этих мест. Большинство жителей Империал-Бич считали квадратные метры слишком ценным ресурсом, чтобы тратить его на машину. Тереза знала, что, зайдя в гараж, обнаружит там матрас, почти наверняка – телевизор и даже, может быть, переносную плиту и импровизированный туалет.
Криминалисты шли за ней по пятам, все подряд фотографировали, с каждого дюйма крыльца собирали отпечатки. Все последние годы Тереза жила с четким представлением, как должна будет выглядеть ее работа детективом. Они с напарником опрашивают соседей, выманивают секреты у свидетелей. Первая ночь в Клермонте еще хоть как-то соответствовала этому образу – тогда Лесли вытряхивал показания из старой алкоголички прямо у той на крыльце. Но теперь, когда криминалисты собирали отпечатки, фотографировали, водили ватными палочками по дверной ручке, она начала осознавать свою роль. Она проводник. Мускулы, которые наняли, чтобы очкарики из лаборатории не получили в табло. А вот те как раз и были мозгами, фактоискателями и великими детективами.
