«23 ноября. Позвонил Зико и сказал, что его время истекло, пусть собирает этот чертов миллион. Он ответил, что собрал. Я сказал ему подготовиться к сегодняшнему вечеру и быть одному. Либо я пойду в полицию и пусть весь мир узнает о Салли Боунс».
Дерлик закрыл дневник.
— Это была последняя запись.
— Спасибо, детектив. Кстати, вы смогли подтвердить три телефонных звонка, о которых упомянул Ленни?
— Да. В записях телефонной компании отражены три звонка с номера Лермана на номер Слэйда, что совпадает с записями в дневнике.
Гурни остановил видео и откинулся на спинку стула. Возможное влияние дневника Лермана на присяжных было неясным. С одной стороны, записи подтверждали ранее данные показания свидетелей о плане вымогательства Лермана, который, как полагало обвинение, был очевидным мотивом Слэйда для убийства. В этом смысле записи усиливали историю, которую рассказывала Страйкер. С другой стороны, их содержание могло подорвать ту симпатию к Лерману как к жертве, которую вызвали слёзы Эдриен. Однако фотографии с места преступления еще не были представлены, и они могли возобновить утраченное сочувствие.
Гурни вспомнил, как в начале своей карьеры в полиции Нью-Йорка он столкнулся с серийным убийцей, записывающим свои планы нападения на жертв в блокноте, похожем на тот, что был у Лермана. Консультирующий психолог, работающий над этим делом, объяснил, что написание планов может иметь несколько целей. Одна из них — желание осуществить идею еще до ее реализации. Запись плана на бумаге делает его более реальным и захватывающим. Другая цель — использование уничижительных ярлыков для жертвы, чтобы обвинить её в замышляемом преступлении.
Гурни налил себе еще одну чашку кофе. Пока он ждал, пока напиток настоится, его взгляд задержался на янтарных папоротниках на грядке со спаржей, которые колыхались под порывами ветра. Вспомнив о курятнике, он вспомнил свое обещание проверить еду и воду, и принести курам немного черники. Он сделает это, как только закончит просмотр показаний Скотта Дерлика.
Вернувшись с кофе в кабинет, он продолжил просмотр.
Кэм Страйкер подходила к месту для свидетелей, обращаясь к Дерлику.
— Перейдем к дню последнего звонка Ленни Лермана Слэйду — дню его последнего путешествия из Каллиопа-Спрингс к домику Слэйда в горах к северу от Рекстона. Что вы можете рассказать об этом путешествии?
— Мы извлекли данные GPS с телефона Лермана и перенесли их на карту, — ответил Дерлик.
Страйкер разложила большую жёсткую карту на подставке. Ярко-красная линия представляла собой извивающийся маршрут по второстепенным дорогам от деревни Каллиопа-Спрингс в левом нижнем углу карты до точки выше Рекстона в правом верхнем углу. Вдоль маршрута были отмечены четыре черные звезды с указанием времени.
Дерлик объяснил, что нижняя левая звезда указывает на местоположение квартиры Лермана, а метка 16:25 рядом с ней — время его отъезда. Звезда на середине красной линии соответствовала заправке, где Лерман остановился на шестнадцать минут. Из двух звёзд в верхней части линии, первая указывала на участок, где частная дорога к домику Слэйда отходит от общего шоссе, а вторая — на сам домик.
— Эта звезда у поворота к дому Слэйда, — продолжил Дерлик, — это место, откуда Лерман звонил своей дочери в 18:46. Следующая звезда, перед домиком, — это последняя точка, с которой телефон Лермана передавал данные о местоположении.
Страйкер указала на последнюю звезду и обратилась к присяжным.
— Для Ленни это был конец пути — во многих смыслах.
7
Следующей свидетельницей Страйкер была Кира Барстоу, что удивило Гурни. Барстоу возглавляла судебно-медицинскую экспертизу по делу Харроу-Хилл и была опытным специалистом, время от времени оказывающим помощь местной полиции. Гурни помнил её как высокую и стройную женщину с живым умом в ярких серых глазах. Работать с ней было замечательно.
Страйкер подошла к трибуне для свидетелей.
— Мисс Барстоу, расскажите о вашем участии в деле Лермана.
— Детектив Дерлик позвонил мне примерно через пятнадцать минут после своего прибытия на место. Я находилась на другом конце округа и добиралась туда чуть больше часа. Когда я приехала, детектив завершал допрос охотника, нашедшего тело.
Страйкер кивнула.
— Детектив Дерлик только что провёл нас по маршруту Ленни от Каллиопы Спрингс до домика Зико Слэйда. Можете рассказать, что произошло после обнаружения тела в лесу?
— Мы нашли контактную ДНК Лермана на слое сосновых иголок перед домиком, а также следы его крови, — сказала Барстоу. — Деформация сосновых иголок указывала на то, что он либо упал, либо его сбили с ног.
Страйкер нахмурилась.
— Но его тело было найдено в ста ярдах от дома, в лесу. Можете объяснить, как оно там оказалось?
— Скорее всего, Лермана тащили лицом вниз. На земле были следы крови, кусочки кожи и волокна одежды.
— Волокна от камуфляжной формы, в которой обнаружили тело?
— Нет. Это волокна от одежды, в которой он пришел в домик. Мы нашли куртку, рубашку и брюки с ДНК Лермана, зарытые рядом с могилой.
— Произошло ли изменение одежды до того, как… — Страйкер замялась. — До отсечения головы?
— Да. На первоначальной одежде, на задней части воротника рубашки, было всего несколько капель крови, что указывает на то, что Лермана ударили по затылку перед тем, как его оттащили к могиле. Именно там его и переодели. Мы также установили, что он был ещё жив в момент обезглавливания.
— Откуда это известно?
— Количество крови в могиле показало, что его сердце всё ещё билось, когда топор рассек сосуды на шее.
Страйкер поморщилась.
— То есть Ленни тащили по лесу, затащили в ожидавшую его могилу, а затем…?
— Тело было обезглавлено. Позднее, с помощью небольших секаторов, были отсечены пальцы. Минимальное количество крови, выделившейся из культей, указывало на то, что эти действия были совершены уже после смерти.
Присяжные не смогли сдержать тихих звуков отвращения. Страйкер на секунду наклонила голову, закрыв глаза, как будто понимая их чувства. Потом она подняла взгляд и заговорила с ними.
— Сейчас мне нужно показать вам фотографии с места преступления. На них будет трудно смотреть. Но это необходимо.
Она принесла несколько пенопластовых досок, поставила их у стола, где сидел обвиняемый, и одну из них закрепила на мольберте. На этой доске была цветная фотография: спина обезглавленного человека в камуфляжной форме, лежащего в яме. Вокруг отрубленной шеи земля была буро-черной от крови. Руки, без пальцев, были вытянуты и лежали ладонями вниз на земле. На тыльной стороне ладоней и на голени, где штанина была разорвана, виднелись глубокие раны. Страйкер, выждав немного, чтобы присяжные могли осознать увиденное, обратилась к Барстоу с вопросом об этих ранах.
— Большие раны были оставлены зубами койотов. Маленькие рваные раны указывают на действие стервятников. Ещё через неделю от тела ничего не осталось бы. Возможно, пару костей, которые не утащили койоты.
Страйкер поставила на мольберт следующую фотографию — полноразмерное изображение топора и секатора. Она спросила Барстоу, были ли они орудиями убийства и расчленения Ленни Лермана.
Барстоу подтвердила это, добавив, что хотя инструменты были вымыты после преступления, по всей видимости, самим убийцей, следы крови Лермана остались в местах соединения лезвия топора с рукояткой и на оси секатора.
— Мы нашли их в сарае за домиком Слэйда, — добавила Барстоу в ответ на уточняющий вопрос Страйкер. — Рядом с лопатой, на которой были обнаружены следы почвы, соответствующие составу почвы на могиле.
— Обнаружили ли вы какие-либо прямые физические доказательства связи между Зико Слэйдом и телом Ленни Лермана?
— Да.
— Какие именно?
— На куртке, найденной на теле, была обнаружена контактная ДНК как Ленни Лермана, так и Зико Слэйда. ДНК Зико Слэйда также была найдена на окурке, найденном рядом с могилой.
