– Какой смысл? Ты рухнешь с одного удара.
– А ты попробуй.
Да еб твою мать! Когда они посмотрели друг другу в глаза, к ним вернулась вся старая враждебность.
Между этими двоими стояли годы молчания и непонимания. И если каждое наше взаимодействие собиралось быть таким, я не готова лезть в этот проект.
– У тебя яиц не хватит со мной подраться, – преувеличенно спокойно сообщил Эрик. – И никогда не хватало.
– Правда? Мне казалось, это ты дал заднюю, как трусливая хлюпающая манда.
– А давайте мы все тут последим за языком? – не выдержала я. – В такой обстановке работайте сами!
Точно! Как мне раньше не приходила простая мысль: можно ведь отказаться. Встать, выйти, уехать в Хаверинг, даже если мне не отдали бы ключи от машины. Удачи вытаскивать меня с дивана: скопленных денег хватит на несколько месяцев беспроблемной жизни. А если продать то платье с Рождества, то и еще на один.
– Уна права, – признал Эрик, хотя вся его поза говорила об обратном. – Если ты хочешь пару недель перемирия, найди в себе силы общаться нормально. Ты, в конце концов, в моем доме.
– А кто его оплатил?
– Не ты.
– Ты пользуешься системой, которую придумал я.
– Ее создал я.
– Право на идею.
– Ничего не стоит на самом деле. Не ты придумал нейросеть.
– Но я…
Как же они достали сначала использовать меня в своих целях, а теперь еще и портить пятницу. Я вдруг ощутила на плечах невероятный груз усталости.
Столько месяцев метаться между ними двоими, пытаясь остаться на свободе, – и ради чего? Чтобы теперь выслушивать, как сильно они обижены друг на друга, страдают и никак не разберутся, кто кого кинул? Да черт бы с ней, с тюрьмой: там явно тише и спокойнее.
– Мистер Чесмор! Мистер Блэк! – привлекла к себе внимание я. – Если вы еще не поняли – ищите новую аферистку. Эта закончилась.
– Как закончилась, так и начнешься, – отмахнулся Рэй. – У тебя нет выбора.
Что?! Ну и говно этот ваш Рэй Блэк! Он, видимо, еще не понял: Уну Боннер сложно остановить.
– А знаешь что? – поднялась я. – Нет. У меня есть выбор, и я уезжаю домой. И даже…
Следующие слова дались мне очень тяжело. Совершенно не хотели выходить, цеплялись за стенки горла, выворачивали наружу кости. Но я была настолько зла, что боль от потери не смогла бы меня остановить.
– Даже не буду снова просить ключи от машины, – с гордостью произнесла я. – Вызову «Убер». Всего доброго.
– Стоять, – приказал Рэй.
От ледяного голоса по телу пробежали мурашки, но я не послушалась. В конце концов, мы не в постели, и решается не просто судьба моей задницы!
– Нет, – повторила я. – Чем вы собираетесь мне угрожать?
– Тюрьмой, – с улыбкой в голосе сказал Эрик.
Быстрый взгляд на него подтвердил: в отличие от Рэя, который напряженно застыл, подавшись вперед, Эрик, наоборот, расслабился и откинулся в кресле. От этого я почему-то стала только злее.
– Похуй, – выплюнула я. – Абсолютно похуй. Телефон дать? Звоните копам. Я лучше в тюрьме посижу, чем буду выслушивать оскорбления и терпеть такое отношение.
– Уна…
– Я не ваша вещь!!!
Эрик поднял ладони в примирительном жесте.
– Все? Тюрьма – последний аргумент? Тогда я ухожу, адрес знаете.
В душе затеплилась надежда, что меня посадят вместе с Маргарет Сонмайер. В конце концов, как две аферистки, мы обязаны понять друг друга.
Больше меня никто не останавливал. В полной тишине я сняла с крючка пальто, нашла сумку, но не успела даже открыть дверь, только взяться за ручку.
– Пятьдесят.
В ушах прозвенел сигнал открывающейся кассы. Я медленно повернула голову, пытаясь понять, то ли услышала.
– Пятьдесят тысяч фунтов, – твердо произнес Рэй.
На это можно жить год. Да, без изысков, но… Целый год вообще не работать. А если хорошо сыграть на бирже на то, что уже накоплено…
– Половину переведу сейчас. Несгораемая сумма.
– Только, пожалуйста, криптой. Пятьдесят тысяч и гарантия, что в случае чего вы оплатите адвоката, – потребовала я.
– Я не… – начал Эрик.
– Хорошо, – кивнул Рэй. – Пятьдесят и адвокат.
– А мне не хочешь заплатить?
– Нет. Весь бюджет ушел на Уну.
– Поздравляю, Унабомбер, – рассмеялся Эрик, – ты стала самой дорогой женщиной в жизни Рэя.
Он даже не представлял насколько.
– Какой у нас план? – повесила пальто обратно я. – Давайте на час перестанем ругаться и обсудим нашу стратегию.
Когда я села на свое место, настроение в комнате изменилось в очередной – сотый, наверное, за сегодня, – раз. Эрик больше не скрывал смеха. Может, и его враждебность по отношению к Рэю не была настоящей?
Я перевела взгляд на самого Рэя, но тот лишь расслабил плечи. Может, даже одно – второе отсюда не было видно. Будь мы у него дома, я бы нашла способ смягчить настроение, например, принесла бы ему плеть в зубах.
– Мы приехали сюда придумать этот план, – произнес он.
С Эриком всегда было проще. Он, несмотря на всю грозность, смешливый, а чтобы сменить атмосферу в доме, можно показать сиськи. После этого он даже злиться не хочет.
– Отлично, – подобралась я. – Допустим, мы с Эриком нашли, где я встречу Чарльза, и все получилось. Дальше?
– Едешь к нему домой, подключаешься к его вайфаю, мы качаем всю информацию, просматриваем, что там, удаляем с компьютера Чарльза, ты возвращаешься.
– А потом?
– Будем смотреть, исходя из найденного. Скорее всего, я сам разберусь.
– Обещаешь? – нетерпеливо привстал в кресле Эрик.
– Нет. Я ничего не обещаю, пока не увижу эту чертову папку.
Ну да, соблазнять дедушку все-таки придется: как иначе я смогу попасть к нему домой? Хотя…
– Не понимаю, зачем тебе мы, – вдруг подумала вслух я. – Лула могла бы выполнить и мою функцию, и Эрика.
– Ты притащил Лулу на работу? – притворился удивленным тот.
– Ей нельзя вмешиваться. Я даже попросил пока не появляться в офисе.
– Почему? – не поняла я.
– Слишком опасно. У тебя, Эрик, ни одной судимости. А если Лула займется взломом и ошибется, это будет рецидив. И на малолетний возраст уже не спишешь, предупреждением не отделаешься.
– У Лулы есть приводы в полицию?
– На моей памяти – всего один. – Голос Эрика наполнился ностальгией. – Но да, ей было одиннадцать.
– Твоя информация устарела, – усмехнулся Рэй. – Она до сих пор на испытательном сроке после исправительных работ.
– Серьезно? Что она…
– На спор взломала систему безопасности полицейского участка. Если бы ее не сдали те, у кого она выиграла спор, никто бы не нашел.
Детская непосредственность Лулы, которая до этого была для меня просто милой кузиной Рэя, засияла новыми красками.
– Ну и команда у тебя, конечно, – заметила я. – Ладно, но можно мне хотя бы фотографию Чарльза?
– Мы вместе все посмотрим, когда будет информация, и это по плану… завтра, – кивнул Эрик. – И к слову, если мы закончили…
– Да, конечно, вернусь, как будешь готов, – поднялся с места Рэй. – Уна, мы уезжаем.
– Ты уезжаешь, – с широкой улыбкой проговорил Эрик.
– Что?
В глазах Рэя вспыхнули знакомые мне огоньки. К сожалению, слишком знакомые… Чертов ревнивец. А ведь мы были не в офисе – новые правила распространялись только на него.
– Пятница, скоро вечер, – пожал плечами Эрик, – и если ты знаешь, что я нанял Уну, то должен быть в курсе: по пятницам я ее обучаю.
Ага. Интересно, где я лучше всего получала образование: в спальне, на кухне или в прачечной? Смех было очень сложно сдержать. Эрик был тем еще затейником, но то, что он фактически скрыл от Рэя наши странные отношения, делало все интереснее.
Почему? Не хотел делиться со старым другом? Или догадывался, что Рэю не понравится новость? Или… Может, Эрик знал о нас с Рэем? Черт, нет, это совсем уж чушь.
Хорошо бы закрыть вопрос с Чарльзом побыстрее, получить деньги и свалить. Возможно, даже куда-нибудь на север, лишь бы подальше от этих двоих. В момент, когда они поняли бы, что оба со мной спят, наше с трудом достигнутое хрупкое перемирие рассыпалось бы, как дженга.
