– Ты говорила, любишь изучать историю?
– Скорее, я люблю истории. Ты знал, что монахов в Греции отлучали от церкви?
– Конечно нет.
– Там была смешная заварушка. И вот именно такие я и люблю. Битва при Карансебеше. Жанна д’Арк. Генрих Восьмой.
– Забавный взгляд… у тебя забавный взгляд на все. Я еще не встречал таких девушек, как ты, Уна.
Это была минутка романтики в пять утра? От неловкости я даже заерзала в кресле. Если бы мне платили пенни каждый раз, когда мужчины говорили подобные фразы, я бы купила себе новые сережки. Правда, пришлось бы долго пересчитывать мелочь. Черт, думала, Рэй выше этого.
– Ты чаще всего легкомысленна, – продолжил он, – и при этом относишься серьезно ко всему, к чему бы ни прикоснулась. Тебе плевать на карьеру, но делаешь ты больше многих. Любишь истории и заварушки, но при этом досконально знаешь подробности важных событий.
Он пристально посмотрел мне в глаза и перестал играть.
– Ты шутишь над тем, что придется соблазнять дедушку. И я пытаюсь понять: в этот раз твой парадокс сработает? Ты сделаешь то, что необходимо?
– Мне хорошо платят, – поджала губы я. – А это накладывает… обязательства.
– Все еще не ответ.
Что ж, я была полной дурой, раз посчитала его действия романтикой. Рэй даже сейчас оставался тем, кем он был: хитрым, расчетливым и эгоистичным мудилой. Хотя именно таким он мне и нравился. Поднявшись, я направилась к выходу и задержалась только у самой двери. Молчание между нами, надеюсь, было достаточно громким.
– Да, я сделаю то, что необходимо, мистер Блэк, – бросила я у выхода. – Полагаю, после этого не будет смысла в моей работе в «Рид солюшнс»?
Он догнал меня только на кухне, где я уже успела поставить чайник и достать молоко.
– Что ты имеешь в виду? – раздался в предрассветной тишине голос, который можно было с некоторой натяжкой назвать встревоженным. – Кто мешает тебе остаться?
– Обстоятельства, – развернулась я и подняла руку. – Изначально я устраивалась в компанию как корпоративная шпионка.
Разогнув большой палец, начала считать аргументы.
– Моя квалификация, навыки, опыт работы – все подделка, – за ним последовал указательный, – так что я даже не аналитик. Ты вычислил меня, но на этом мы не закончили, а просто расширили должность, и я начала сливать ту информацию, которую ты хотел.
В воздухе было три пальца.
– Теперь я нужна тебе как соблазнительница, но это разовая работа.
Я разогнула четвертый палец и опустила руку.
– Ты раскрыл нашу схему Эрику, и как в корпоративной шпионке во мне исчез смысл. А когда вопрос с Чарльзом Уотерби решится, тебе тоже не будет нужен неквалифицированный аналитик. Получается, на этом мы сможем завершить наше сотрудничество.
– Я не говорил, что ты должна будешь уйти, – нахмурился Рэй.
– А зачем? Все и так довольно очевидно.
В уголках глаз скопились слезы, но я отказывалась их выпускать. С каких пор мне вообще стала важна… работа?! Никогда ее не хотела, более того – избегала любых предложений. И сейчас не должно быть так обидно, ведь Эрик обещал помочь с новыми проектами. Хотя я не знала наверняка, говорил ли он всерьез.
– Все в порядке, «Тиндер» меня не увольнял. – Я отвернулась к столешнице и потянулась к чайнику.
Секундное движение сзади – и одна рука Рэя накрыла мою на полпути, пока вторая обхватывала меня за талию.
– Ничего не очевидно, – хрипло проговорил он. – Не понимаю, зачем уходить. Если мы сможем спасти компанию, тебе всегда будет в ней место.
– Которое я буду зря занимать? – усмехнулась я. – Какой смысл?
– Все, что ты делаешь, не зря. Не понимаю, с чего взяла, но ты вообще-то неплохой аналитик.
– Ты правишь все мои отчеты.
– Правил. Пока ты не научилась.
Рэй развернул меня к себе и серьезно и прямолинейно посмотрел мне в глаза. В пронзительном, добирающемся до самых глубин моих чувств взгляде была спокойная решимость.
– Ты отлично справляешься с обязанностями, Уна. И если захочешь, сможешь продолжить карьеру у меня. Не поверю, что тебе настолько интересна роль аферистки, чтобы оставить все то, что ты успела наработать.
Это звучало как уверенное предложение. Почему-то казалось, что оно касается не только компании, но и всего… чем мы здесь занимались.
Рэй прижался губами к моему лбу и застыл так на несколько долгих и приятных секунд.
– Не сдавайся рано, ты успела пошатнуть еще не все наши отделы, – неожиданно искренне улыбнулся он.
Глава 7. Гребаная ссора
Я не опоздала по единственной причине: так боялась неловкого разговора с Фелисити об этом, что вытащила Рэя из дома слишком рано. Он-то не противился – этот парень был жутким трудоголиком, – но что укусило меня?
Было ли у меня самой объяснение? Нет. Просто придавило беспричинной тревогой, и, скорее всего, это состояние я подцепила у Рэя. Все еще лучше гонореи, но видеть, как он, теперь уже такой спокойный, уходит к себе в кабинет, понимая, что я осталась один на один с чувствами, к которым не привыкла, оказалось неприятным.
К моменту, когда Гаурав и Хэмиш зашли в офис, мы с Фелисити – еще одна ранняя пташка – успели обменяться короткими взглядами.
– Ты здесь? – удивился Гаурав. – Я думал, из-за Сонмайер тебя уволили.
– А я не думал, – бросил телефон на стол Хэмиш. – Я был абсолютно в этом уверен.
– Зря надеялись, – отмахнулась я. – Говорила же, мы не нарушили ни одного правила корпоративного кодекса.
– Ты это все выходные Блэку объясняла?
– Милый, ты что, ревнуешь?
Я надула губы и захлопала ресницами, глядя на Хэмиша. Он скорчил такую гримасу, будто его затошнило, хотя не так уж давно были те времена, когда он планировал меня трахнуть.
– Поверь, сердце мое, – произнесла я самым сахарным из голосов, – я по-своему верна вам обоим, и тебе, и Гаву.
– То есть ты не спишь только с нами? – приподнял брови Хэмиш. – Это несправедливо.
– А я знала, что Уну не уволили, – выросла за его плечом Фелисити, чтобы снять растущее напряжение, – и не удивилась.
– Тебе Блэк отчитывается, что ли? – спросил Гаурав.
– Нет, но эйчары не присылали документы на ее увольнение. Хотя Блэк звонил мне в пятницу, и это был очень неприятный разговор.
– Дай угадаю, теперь такой же будет у нас? – уточнила я.
– Еще чего, пошел он… Но да, следующий арест вы смотрите где-нибудь на фуд-корте.
Черт! Камера висела прямо над нами, а Рэй и без того был на пределе. Не хотелось бы сейчас накалять обстановку…
– Звук, – аккуратно мотнула головой наверх я.
– Не беспокойся, я не говорю вслух ничего, что не могу повторить в лицо, – с царственным достоинством ответила Фелисити. – Но все же попрошу вас на этой неделе быть умничками.
– Вещаешь как руководитель, – заметил Хэмиш.
– Вот, уже не умничка. Минус балл. А для того, кто наберет к пятнице десять баллов, с меня обед.
Что ей сказал Рэй? Во взгляде Фелисити и так вдруг появилось что-то вроде ответственности за нас, от которой она раньше бежала, а теперь еще и эти приемчики?
Во мне проснулся дух соревновательности, тут же заявивший, что к пятнице все баллы должны быть моими. И уж точно не Хэмишу и Гаураву побеждать меня в этом конкурсе.
У нас в кабинете есть лишь одна умничка. Королева умничек Уна Боннер.
– Обед не стоит того, лучше давай ужин, – вдруг предложил Гаурав. – Хэм, назови любой ресторан, куда ходят твои собратья.
Шотландский баронет Хэмиш Ливингстон тут же закатил глаза. Он ненавидел напоминания о своем особенном статусе среди нас, крестьян.
– Пусть будет «Аннабельс».
– Не подойдет, членская карточка есть только у тебя. Что насчет… – Гаурав задумчиво нахмурился. – «Сити Соул»? Слышал, там тоже дорого.
– И пускают кого попало, – кивнул Хэмиш.
– А мы как раз кто попало и есть, – понимающе улыбнулась Фелисити. – Хорошо, кто наберет десять баллов, за того я плачу в «Сити Соул».
