Секрет горничной (ЛП) - МакФадден Фрида

Но Ксавье нигде не видно. Ни намёка на его присутствие. Возможно, он успел спрятаться. Или… его и не было вовсе.

Зато там был другой человек.

Тот, кого я точно не ожидала увидеть.

Дуглас Гаррик.

Глава 17.

Дуглас Гаррик стоит прямо за моей спиной.

Точнее, он переходит улицу. На светофоре – на красный, он выбегает на пешеходный переход, пока желтое такси нажимает на клаксон с пронзительным гудком. Я застыла, только сердце колотится. Всё это время я была уверена, что это Ксавье следит за мной. Но теперь… я уже не уверена. Может быть, это Дуглас с самого начала следил за мной?

– Подожди минуту, – говорю я Броку. – Я сейчас вернусь.

– Что ты… – начинает он, но я уже встаю из–за стола и иду прочь, не давая ему договорить.

Я бросаюсь на улицу прямо перед синим седаном, водитель которого едва успевает нажать на тормоз. Он ругается, но я даже не оборачиваюсь.

Что, черт возьми, Дуглас делает в Ист–Виллидж? Он живёт в Верхнем Вест–Сайде и работает на Уолл–стрит. Он следил за мной?

Тут я замечаю. Он не один.

Рядом с ним идёт женщина со светлыми волосами, сдержанно одетая, с коричневой сумкой через плечо.

Кто она? И почему он следил за мной?

Рядом с ним не Венди Гаррик – в этом я уверена. Я хоть и не видела её вживую, но фотографии помню отчётливо.

Я иду за ними по Второй авеню, стараясь держаться на расстоянии. Может, мне это кажется, но он, похоже, не замечает моего преследования. Женщина рядом с ним что–то говорит, раздражённо, чуть повышая голос. Но я не могу разобрать слов. Если подойду ближе, они заметят меня.

Не знаю, как долго смогу его преследовать. Брок всё ещё в ресторане. Он, наверное, уже думает, что я сошла с ума. Надеюсь, он не расскажет об этом инциденте родителям в своём еженедельном звонке.

К счастью, Дуглас с женщиной останавливаются у низкого коричневого многоквартирного дома. Без швейцара. Она достаёт ключ из сумочки, отпирает дверь и заходит внутрь вместе с ним. Я успеваю как следует разглядеть её лицо, прежде чем они скрываются.

И всё встаёт на свои места в моих мыслях. У Дугласа есть любовница. Она живёт здесь. Вполне возможно, он сказал Венди, что задержится на работе, а сам отправился к любовнице.

Но почему они ссорились, когда шли по улице?

Представить несложно. Женщина, судя по всему, лет тридцати, выглядит вполне респектабельно, она не приемлет мимолётную интрижку. Может, она хочет, чтобы он ушёл от жены. А он тянет и откладывает на потом этот серьезный шаг.

Я стою, глядя на коричневый фасад здания, всё ещё не зная, что делать, когда чувствую вибрацию телефона в кармане. Экран загорается: Брок.

Вот чёрт. Лучше бы я оставила телефон в сумочке. Но теперь выбора нет. Нужно ответить. Брок только что предложил мне съехаться, признался в любви – а я сорвалась с места, как безумная, и убежала в неизвестном направлении.

– Милли? – его голос насторожен. – Что случилось? Куда ты ушла?

– Я… я увидела старую подругу, – блефую я не в первый раз. – Хотела её догнать. Мы не виделись много лет.

– А… – он замолкает, и я почти слышу, как он пытается переварить это объяснение. – Ты вернёшься?

Я бросаю последний взгляд на коричневый фасад дома.

– Да, я вернусь через пару минут.

– Через пару минут?

Что бы ни происходило между Дугласом и этой женщиной, я не выясню этого, стоя на улице. Поэтому разворачиваюсь и иду обратно в ресторан, готовясь к допросу со стороны Брока. Он наверняка потребует объяснений. А правда звучит слишком сумасшедшей, чтобы ему её рассказать.

– Я возвращаюсь, – говорю я. – Клянусь.

– Хочешь, я оплачу счёт? С тобой всё нормально? Что вообще происходит?

– Ничего. – Я перехожу улицу, ускоряя шаг. – Как я уже сказала, увидела старую подругу.

– Ты выглядела… неважно.

– Я в порядке, – настаиваю я на своем. – Я…

Вдруг я осекаюсь. Потому что вижу её.

Ту самую чёрную Mazda с треснувшей правой фарой. Ту самую, которую я замечала возле своего дома. Ту самую, что стояла неподалёку от дома Гарриков.

Я опускаю взгляд на номерной знак: 58F321. Почему я раньше не записала номер? Я была так уверена, что запомню. И всё же… эта фара. Эта вмятина. Я узнала бы её где угодно.

– Милли? – доносится голос Брока. – Милли? Ты где?

Я смотрю на машину, и всё внутри замирает. Я всё это время думала, что за мной следит Ксавье. Но теперь – вот она, та самая машина. Припаркована в нескольких шагах от квартиры любовницы Дугласа.

И пусть я не уверена на все сто, но я готова поставить деньги, что это именно та машина, которая следила за мной. Да, она выглядит чересчур убого для мультимиллионера. Но может, в этом и смысл – быть незаметным.

Зачем? Зачем Дуглас следил за мной?

И что страшнее – ощущение слежки появилось ещё до того, как я начала работать на Гарриков.

По спине пробегает ледяной холод. Что, чёрт возьми, происходит?

Глава 18.

Сегодня я собираю вещи для переезда.

Честно говоря, я всё ещё не в восторге от мысли жить с Броком. Но если Ксавье Марин действительно живёт в этом доме, то я здесь не останусь. И всё же надо признать: переезд в двухкомнатную квартиру Брока в Верхнем Вест–Сайде – не катастрофа. Это, конечно, не пентхаус, но квартира потрясающая. Там даже есть крыльцо – и оно не является пожарной лестницей. А когда летом становится жарко, включается кондиционер. Кондиционер! Это, простите, уже чистая роскошь.

Брок везёт меня в Бронкс на своей Audi. Багажник у машины небольшой, но у меня и вещей немного. Одна из причин, по которой мне нравилась моя квартира, – она сдавалась частично с мебелью. Большинство предметов мебели мне не принадлежит. А всё, что не помещается в багажник и на заднее сиденье, можно оставить.

– Я так рад, что мы съезжаемся, – говорит Брок, пока мы в последний раз идём по моей улице. – Всё будет классно.

Улыбка на моём лице будто приклеена.

– Да…

Как я могу это сделать? Как я могу переехать к Броку, если он не знает всей правды обо мне? Это нечестно – ни по отношению к нему, ни ко мне. Потому что, когда он всё узнает, он выставит меня за дверь.

Я всё ещё работаю на Гарриков – пока что. Чем больше я об этом думаю, тем меньше уверенности, что в тот день за мной следил именно Дуглас. Он ведь тогда разговаривал со своей любовницей и, похоже, был полностью сосредоточен на ней. Возможно, я слишком поспешила с выводами. А его роман на стороне – не повод бросать работу, особенно такую высокооплачиваемую. Мне всегда непросто найти новую. Я, может, и переезжаю к Броку, но зависеть от него не собираюсь. Мне нужны собственные деньги. На случай, если он, скажем, выставит меня на ту самую обочину.

На красном свете Брок кладёт ладонь мне на колено. Он улыбается, и, чёрт возьми, он и правда выглядит, как кинозвезда. Но всё, о чём я могу думать: это ошибка. Он совершает ужасную ошибку, сам того не зная. И половина меня хочет, чтобы он убрал руку с моего колена.

Он больше не говорил, что любит меня, с тех самых пор, как сказал это в ресторане. Я вижу – ему не терпится повторить, но он уже дважды это произнёс, а я в ответ – ни разу. Если он скажет снова, мне придётся ответить. Или… нет, придётся, если я хочу, чтобы отношения продолжались. Больше никаких отговорок.

– Эй, – говорит он, убирая руку, когда мы сворачиваем на мою улицу. – А это что ещё такое?

Перед моим домом стоит полицейская машина с мигалками. Я плотно сжимаю губы, чтобы не ляпнуть, что они здесь постоянно.

Но сердце проваливается в пятки. Неужели… неужели они по мою душу? Может, Ксавье передумал и решил написать на меня заявление?

Боже. Они собираются увезти меня в наручниках?

– Брок, – говорю я резко. – Давай уедем. Вещи заберем позже.