Катакомбы Парижа - Бейтс Джереми

Воспоминание отступило так же внезапно, как и появилось, и я вновь обнаружил себя в каменном коридоре. Тем не менее я словно бы обрел второе дыхание, поскольку теперь зашагал гораздо бодрее и уже минуту спустя достиг лестницы. Переведя дыхание, я ухватился за стойки и встал на перекладину. Поднялся на ступеньку, но вдруг в нерешительности замер и взглянул в чернеющую шахту под ногами.

Нет, подумал я. Даниэль мертва. Иначе и быть не может. Я слышал ее крики. Так только и можно кричать, когда в грудь тебе вонзают нож. Она мертва.

А если все-таки нет?

Мертва. Непременно.

«А если нет? Ты уже один раз бросил ее. Тогда выбора у тебя не было, но сейчас-то он есть».

— Черт, — пробормотал я.

Я затушил факел о стену и начал спускаться.

Глава 77

Даниэль

Левая рука Даниэль распухла и пульсировала пронизывающей болью, словно ее проткнули тысячей игл. Кожа на ней уже пузырилась огромными прозрачными волдырями, особенно на ладони и между пальцами. У девушки мелькнула ужасная мысль, что рука вообще не восстановится — но то была лишь мимолетная забота, поскольку в данный момент перед ней стояли гораздо более существенные проблемы.

Вроде этих вот четырех караулящих ее зомби-сучек.

Две тучные, одна среднего сложения и одна кожа да кости, хотя все и походили друг на дружку как две капли воды. Неудивительно, впрочем, коли они состояли в кровосмесительном родстве. Их разношерстная одежонка была грязной и изорванной, с напрочь въевшимися пятнами нечистот. Представлялось крайне сомнительным, что они хоть раз в жизни устраивали стирку.

Зомбачки таращились на Даниэль, при этом практически не моргая. В глазах их застыло вялое выражение — вялое, однако отнюдь не тупое, поскольку им вполне достало сообразительности понять распоряжение Золана стеречь ее и Катю. Они даже не позволили ей сунуть руку в холодную воду озерца, чтобы хоть немного унять боль. Стоило ей лишь подняться с таким намерением, как костлявая сучка грубо ее толкнула, и она шлепнулась на задницу.

Катя тихонечко сидела рядом, большей частью уставившись в землю — подобно нашалившему ребенку, осознающему перспективу сурового наказания и благоразумно старающемуся не усугублять таковое еще больше.

Даниэль пыталась не думать об Уилле, но где там. У нее до сих пор в голове не укладывалось, что парень взял и бросил ее. Она так разозлилась на него, что чуть ли не желала, чтоб Золан поймал его… Чуть ли. Потому что в душе понимала, что винить его не имеет права. На его месте она поступила бы точно так же…

И тут, словно призрак, из тени возник Уилл.

Неужто у нее начались галлюцинации?

Ну разве это может быть он?

Да! Потому что Катя увидела его тоже и возбужденно ахнула. Увы, прежде чем Даниэль успела велеть ей заткнуться, девочка вскрикнула:

— Уилл!

Четыре женщины обернулись, для подобных жалких тварей поразительно проворно, тут же завопили и взметнули свои боевые кости… Все остальное произошло очень быстро.

Даниэль перекатилась вперед, схватила здоровой рукой ближайшую сучку за лодыжку и дернула. Та потеряла равновесие, однако упасть даже не подумала. Приплясывая на одной ноге, тварь попыталась вырваться, но Даниэль дернула снова, и на этот раз стражница завалилась грудью вперед. Даниэль тут же взобралась ей на спину. Жилистое и сильное тело неистово задергалось под ней.

— Катя! — закричала девушка. — Помоги!

Глава 78

Катя

А Катя даже и не знала, что ей делать. Так и застыла, раздираемая противоречивыми чувствами. Даниэль хотела, чтобы она помогла ей справиться с Тони. Да вот только как же она могла?! Ведь Тони — ее тетя, которая помогала растить ее с самого рождения.

Тони извернулась и сбросила с себя Даниэль.

И с визгом замахнулась костью.

И вот тогда Катя прыгнула и ухватилась за оружие как раз над рукой тетки.

Тони обернулась и прошипела ее имя.

Но Катя вырвала кость и неуверенно отступила назад.

Глава 79

Двух толстух я завалил прямо с ходу, отбившись от их занесенных бедренных костей своей и как следует вдарив им по черепушкам. Тощая, однако, зашла мне сзади и запрыгнула на спину, обхватив руками и ногами. И тут же впилась зубами в кожу над ключицей и вырвала кусок мяса.

Взвыв от боли, я бросил кость, закинул обе руки за голову, вцепился твари в засаленные волосы и швырнул ее в стену. Тощая впечаталась в нее будь здоров, однако немедленно пришла в себя и успела подняться на четвереньки. Я нанес ей удар ногой по затылку, отозвавшийся звучным треском. Тварь издала пронзительный визг, выродившийся в какой-то нечеловеческий клекот. А потом она распласталась на груди и задергала туда-сюда головой, по-прежнему вереща, однако не способная пошевелить руками и ногами.

Глава 80

Катя

По крикам Роми Катя догадалась, что та сильно ранена, хотя ей было непонятно, почему же тетя остается на месте. Тем не менее, если Роми не угомонится, папа точно ее услышит и поймет, что они убегают. И тогда вернется с остальными и снова всех схватит.

Придя к такому заключению, Катя бросилась мимо Уилла и схватила тетку за длинные волосы.

— Катя, прочь отсюда! — взревел Уилл. Подобной ярости видеть Кате в жизни не доводилось, и у нее мелькнула мысль, что он собирается растоптать Роми голову, как сделал это с Гансом.

Однако она проигнорировала его и поволокла тетку к воде. Ее страхи, что Уилл помешает ей, оказались напрасными, поскольку внимание того уже переключилось на схватку Даниэль и Тони.

— Катя! — прошипела Роми, на пару секунд прекратив заходиться визгом. — Hilf mir!

Немецкий тетки всегда оставлял желать много лучшего, не то что отцовский или самой Кати. Роми знала лишь несколько базовых слов, да и те произносила невнятно, однако сейчас понять ее не составляло труда: «Помоги мне!»

Катя продолжала тащить ее к озерцу.

— Hilf mir!

— Я помогаю! — отозвалась она.

Вдруг вокруг ее лодыжек заблестела холодная вода. Катя попятилась еще немного, пока не зашла по колено.

Роми яростно замотала головой, однако телом по-прежнему не двигала. Сверкнув выпученными глазами, она снова зашипела:

— Катя…

А та отпустила ее волосы, и голова тетки тут же скрылась под водой. Вопли обратились в вереницу пузырей.

— Поспи немного, — негромко произнесла Катя.

Не знаю, что Катя хотела сделать с тощей женщиной, да мне было и плевать — после наступившего паралича конечностей угрозы та больше не представляла. Я повернулся к Даниэль, сцепившейся с последней из оставшихся стражниц, подхватил боевую кость и поспешил на помощь. В этот момент Даниэль удалось завалить соперницу на спину и придавить ее к земле.

Взяв кость за концы, я прижал ее к горлу уродины и навалился всем телом, раздавив ей хрящи в дыхательном горле и таким образом лишив ее воздуха. Какое-то время она корчилась, хрипела и брызгала слюной, а потом затихла.

— Уилл! — потянулась ко мне Даниэль, когда все было кончено. Мы обнялись и вместе рухнули на скалу.

Я не мог поверить, что держу ее в своих руках — невредимой, живой.

— Прости, — пробормотал я ей в волосы, обнимая еще крепче.

— Ты вернулся.

— Я бросил тебя.

— Ты вернулся.

— Черт, Даниэль! — Только сейчас я заметил ее руку.

— Да все в порядке.

Я отпустил ее и уселся.

— Золан все еще ищет меня. И он вернется. Нужно уходить. — Сквозь пелену усталости на глазах я поискал по сторонам Катю. Девочка сидела на корточках у озерца. Из воды рядом с ней торчала пара ног. Неужто она утопила собственную тетку?

— Катя?

Она посмотрела на меня и пролепетала:

— Ведь она больше не проснется, да?

— Нет.

По щекам у нее покатились слезы.

— Катя, прости. Я не хотел, чтобы все так обернулось…