Протокол «СЕВЕР» активирован.
Через секунду сообщение исчезло.
Марина быстро подошла к своему столу.
— Садись рядом.
— Что происходит?
— Просто наблюдай.
И ничего не трогай.
Она впервые сказала это настолько жёстко.
Без привычного спокойствия.
Артём сел.
На одном из мониторов открылось новое окно.
Режим контроля входящих соединений.
Очередь вызовов быстро сокращалась.
Двадцать семь.
Двадцать четыре.
Девятнадцать.
Пятнадцать…
— Почему клиентов становится меньше? — спросил Артём.
— Потому что часть звонков перенаправляют.
— Куда?
— Не сюда.
Ответ прозвучал так, будто существовало место, о котором лучше не спрашивать.
Через несколько минут в зал вошёл Орлов.
Не торопясь.
Без лишних слов.
Он прошёл между рядами операторов, коротко смотря каждому в глаза.
Некоторые едва заметно кивали.
Некоторые качали головой.
Наконец он остановился возле Марины.
— Подтверждение?
— Пока одно совпадение.
— Этого мало.
— Знаю.
Орлов посмотрел на Артёма.
— Первый день оказался интереснее, чем планировалось.
— Мне кто-нибудь объяснит, что происходит?
— Обязательно.
— Когда?
Орлов задумался.
— Когда ты перестанешь искать быстрые ответы.
В этот момент раздался сигнал входящего вызова.
Необычного в нём не было ничего.
Стандартная мелодия.
Стандартное окно.
Обычный городской номер.
Марина приняла звонок.
— Контакт-центр «Омега». Марина Белова. Добрый день.
Несколько секунд она молча слушала.
Потом спросила:
— Назовите, пожалуйста, ваше имя.
Пауза.
— Простите…
Повторите.
Марина медленно побледнела.
Она не сводила глаз с экрана.
— Я поняла.
Спасибо.
Она завершила разговор.
И ещё несколько секунд не снимала гарнитуру.
— Что случилось? — тихо спросил Орлов.
Марина посмотрела на него.
— Клиент назвал меня по имени… до того, как я представилась.
Артём почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Перед глазами сразу всплыл первый документ, который он прочитал утром.
Правило № 2.
Орлов не выглядел удивлённым.
Он лишь спросил:
— Разговор записался?
— Да.
— Никому не прослушивать до моего распоряжения.
— Хорошо.
— Клиент что-нибудь ещё сказал?
Марина медлила с ответом.
Потом очень тихо произнесла:
— Он попросил передать новому сотруднику… что второй вызов всегда приходит быстрее первого.
В зале стало так тихо, что Артём услышал гул системы вентиляции.
— Он назвал имя? — спросил Орлов.
— Нет.
— Тогда откуда…
Марина посмотрела прямо на Артёма.
— Он сказал:
«Передайте бывшему следователю, что времени осталось меньше, чем он думает».
Никто не двигался.
Даже Кирилл перестал печатать.
Орлов медленно снял очки.
Потёр переносицу.
И впервые за всё время повысил голос.
Совсем немного.
Но этого оказалось достаточно, чтобы каждый в зале его услышал.
— Всем оставаться на местах.
Никому не обсуждать этот разговор.
Марина, запись — мне.
Ева — проверить журнал маршрутизации.
Кирилл — взять очередь на себя.
Он повернулся к Артёму.
— А ты… пойдёшь со мной.
— Куда?
Орлов посмотрел в сторону неприметной двери, возле которой сидел Михаил Андреевич.
— Туда, куда новых сотрудников не водят.
Не сегодня.
Вообще никогда.
Когда они двинулись к архивному коридору, Артём снова достал свой чёрный блокнот.
Не останавливаясь, он сделал короткую запись.
Факт № 6.
Правило № 2 существует не как суеверие. Оно сработало.
Он закрыл блокнот.
И не заметил, что под последней строчкой, прямо на чистой бумаге, проступили едва различимые слова.
Словно их кто-то написал очень твёрдым карандашом с обратной стороны страницы.
Не всё, что записано, написал ты.
Архив находился всего в тридцати метрах от операторского зала.
Но Артёму казалось, будто они идут туда уже несколько минут.
По пути почти никто не встретился.
Лишь женщина в форме технической службы протирала стеклянную перегородку.
Увидев Орлова, она сразу отвела взгляд.
Словно старалась не слышать их разговор.
— Дмитрий Сергеевич.
— Да?
— Этот звонок…
Он действительно был необычным?
Орлов продолжал идти.
Не ускоряя шаг.
— А ты как считаешь?
— Клиент не мог знать обо мне.
— Почему?
— Потому что я никому здесь не рассказывал, кем раньше работал.
— Верно.
— Значит…
— Значит, — спокойно перебил Орлов, — у тебя появилась первая аномалия.
Артём остановился.
— Вы сейчас серьёзно?
Орлов тоже остановился.
— Нет.
Я сейчас очень осторожен.
Он открыл тяжёлую противопожарную дверь.
За ней начинался другой коридор.
Здесь было заметно прохладнее.
Белые стены сменились серым бетоном.
Лампы светили тусклее.
Воздух пах старой бумагой, металлом и чем-то ещё…
Тем самым запахом, который Артём почувствовал утром в холле.
Теперь он узнал его.
Озон.
Так пахнет техника после сильного электрического разряда.
— Странно, — тихо сказал Артём.
— Что именно?
— Запах.
— Ты уже чувствовал его?
— Да.
Сразу после входа в здание.
Орлов ничего не ответил.
Только едва заметно кивнул.
Будто услышал именно то, что ожидал услышать.
Они подошли к массивной двери.
Никаких электронных замков.
Только старый механический цилиндр и тяжёлая латунная ручка.
Михаил Андреевич уже ждал их.
Он держал в руках ту самую связку старых ключей.
— Первый случай? — спросил он.
— Первый подтверждённый, — ответил Орлов.
Старик внимательно посмотрел на Артёма.
— И как?
— Что как?
— Пока ещё уверен, что всему найдётся объяснение?
Артём усмехнулся.
— Обязательно.
— Хорошо.
Не теряй это.
Дольше других проживёшь.
Он вставил ключ в замок.
Раздался тяжёлый металлический щелчок.
Дверь открылась.
Архив оказался совсем не таким, каким представлял его Артём.
Никаких бесконечных стеллажей.
Никаких гор старых папок.
Перед ним находилось большое помещение с аккуратными металлическими шкафами.
Каждый был подписан.
1987
1994
2001
2008
2016
Всё выглядело почти идеально.
Слишком идеально.
Следователь внутри Артёма сразу уловил несоответствие.
Пыли почти не было.
Значит, архивом пользовались регулярно.
Очень регулярно.
— Здесь хранятся материалы внутренних расследований? — спросил он.
— В том числе.
— А что ещё?
Орлов посмотрел на один из шкафов.
— Ошибки.
— Простите?
— Здесь хранится история наших ошибок.
Не побед.
Именно ошибок.
Потому что победы редко чему-то учат.
Артём медленно прошёл вдоль шкафов.
На каждом висела небольшая металлическая табличка.
Не только год.
Но и число.
Например:
17 инцидентов
4 подтверждены
2 закрыты
11 продолжаются
Он остановился.
— Продолжаются?
Орлов подошёл ближе.
— Некоторые истории не заканчиваются тогда, когда заканчивается расследование.
— Это невозможно.
— Согласен.
Но именно поэтому они здесь.
В дальнем углу стоял старый деревянный стол.
На нём лежал толстый журнал в потёртом кожаном переплёте.
Без названия.
Только дата.
