Первый свет (ЛП) - Нагата Линда

— Всё в порядке, — говорю я Муну. — Они натягивают «паутинку».

Треск, который мы слышали — это болт, выпущенный из пневматического ружья и вонзившийся в дерево.

Спустившись к подножию гребня, мы находим Флинн, балансирующую на плечах Аарона Нолана, пока она закрепляет ближний конец «паутинки» высоко на дереве. Цель — переправить большую часть отряда через дорогу, не оставляя следов на снегу.

Группа Нолана должна переправиться первой. Ему поручено вести авангард к аэродрому, где он должен захватить бетонный блокпост и нейтрализовать находящихся там сотрудников, чтобы пресечь любое сопротивление. Он также установит контакт с Люциусом Пересом. Как только нить натягивается, Флинн, первая из его группы, скользит по ней.

Я хватаю Нолана за локтевую стойку, разворачивая его к нам для совещания с Кендриком. Джейни подходит послушать.

— Мы с Муном видели какое-то движение рядом с домом. Выглядело странно. Сначала я подумал, что это огромная собака, но я не уверен.

— Будьте начеку, — говорит Кендрик. — Если спустится сюда — разнесите в клочья.

Следом скользит Таттл, за ним Мун. Я подсаживаю Харви, и она уходит следующей. Кендрик прижимает свой шлем к шлему Нолана, давая последние инструкции.

— Помни: затаитесь, но держите глаза открытыми. Не обнаруживайте себя. Но когда начнется заваруха — бейте сильно и быстро.

— Сделаем, сэр.

— Если попадете в беду, мы будем в паре минут позади — но лучше не попадайте.

— Понял, сэр.

Я помогаю Кендрику подсадить Нолана. Он переправляется. Оказавшись на той стороне, он углубляется в лес, его группа следует за ним гуськом.

Следом переправляются Рэнсом и Кендрик, занимая позицию по ту сторону дороги. Остаемся мы с Джейни. Я подсаживаю её на дерево, чтобы она отцепила «паутинку». На той стороне дороги Кендрик достает связку взрывных зарядов — маленькие белые пакеты, распределенные по белой проволоке, — и крепит их к концу нити. Джейни сматывает нить, и ряд зарядов ложится поперек дороги, невидимый на фоне снега.

Я проверяю время. 00:53. Следующий этап штурма — выманить Шеридан из «Крепости Апокалипсиса». Эта задача ложится на Люциуса Переса. Ровно через четырнадцать минут он позвонит ей спросить, спит ли её муж — раненый бывший наемник Карл Ванда.

Она скажет «да». Напомнит ему, что её религиозные убеждения запрещают развод, а затем сядет в свой снегоход и спустится к аэродрому, чтобы провести украденный час в его компании... потому что даже рептильное сердце «дракона» может наслаждаться страстью с тайным любовником.

Не в первый раз империя рушится из-за неосторожной связи.

Снег прекратился, но облака все еще застилают небо, и звезд не видно. Я стою неподвижно, затаившись в тени деревьев. «Ангел» показывает мне аэродром: взлетно-посадочная полоса расчищена, и роботы-снегоочистители уже возвращаются в гараж. Нолан пробирается через последний участок леса, примыкающий к ангарам; Харви, Таттл, Мун и Флинн следуют вплотную за ним. На другой стороне дороги, скрытые из виду, ждут Кендрик и Рэнсом, а Джейни заняла позицию рядом со мной. В эфире тишина. Мы знаем свои роли. Это лишь вопрос времени.

В 01:02 я проверяю сигналы от робокрыс. Первый канал показывает лишь черный экран. Взглядом выбирая команды в меню, я прокручиваю видео назад на большой скорости, пока не появляется изображение. Это вид с верхушки высокого дерева. Отмотав еще дальше, я вижу, как дом и заснеженное поле стремительно удаляются — крысу уносят в воздух. Должно быть, ее схватила сова.

Переключаюсь на второй канал. Там — то, что я принимаю за снег крупным планом, при этом линия горизонта идет вертикально. Скорее всего, крыса мертва. Прокрутка назад подтверждает: она не прошла и половины пути до дома. Убила ли ее сова, холод или что-то еще — не знаю.

Судя по дрожанию картинки, третья крыса всё еще жива. Она забилась в какую-то щель; края кадра очерчены черным треугольником. Камера направлена на заснеженное поле, вероятно, прямо под панорамными окнами. Пока я наблюдаю, внизу что-то проскальзывает. Не могу разобрать, что именно.

Проверяю время: 01:07.

Люциус Перес сейчас должен делать звонок. Интересно, любил ли он Шеридан когда-нибудь на самом деле, или только притворялся, чтобы продвинуться по службе?

Цифры на часах сменяются одна за другой, пока не замирают на 01:11.

Через аудиоканал выжившей крысы я слышу рокот двигателя. Лучи света бьют по верхушкам деревьев, а затем скользят вниз по снегу: машина поднимается по пандусу из подземного гаража. Я оборачиваюсь и смотрю на гребень — как раз в тот момент, когда на дороге появляются фары.

Шеридан верит, что она в безопасности. Она купила себе невиновность, раздав достаточно денег и услуг, чтобы ее имя исчезло из всех официальных отчетов о «Коме». И в конце концов, это «Апокалипсис» — она знает, что здесь даже белка не проскочит мимо датчиков. У нее нет причин подозревать засаду.

Рев двигателя снегохода становится громче, когда он достигает подножия гребня. Машина выравнивается, и свет ее фар проносится по дороге прямо передо мной, ослепляя в режиме ночного видения. Визор компенсирует вспышку, и я вижу Шеридан внутри застекленной кабины. Должно быть, печка у нее выкручена на полную, потому что на ней нет парки — только легкий белый пуловер с длинными рукавами. Она едет не спеша, широкие гусеницы поднимают снежную пыль. Как только она поравняется с нашей позицией, Кендрик подрывает заряды.

Ослепительная вспышка, гейзер снега, вспыхнувшие стоп-сигналы — снегоход качнуло вперед, и он соскользнул в канал, выбитый в снегу взрывом. Однако мы лишь замедлили машину, но не остановили. Через секунды Шеридан заставит его выбраться из кювета или включит задний ход.

Я срываюсь на спринт. С мощью «мертвой сестры» прыжки по глубокому снегу даются легко. Я бросаюсь к пассажирскому окну снегохода, вышибая его локтевым суставом экзоскелета. Окно взрывается внутрь как раз в тот момент, когда Шеридан наводит в мою сторону ствол крупнокалиберного пистолета. Осколки безопасного стекла летят ей в лицо; она инстинктивно отпрядывает назад и в этот миг нажимает на спуск. Пуля прошивает крышу снегохода.

С другой стороны кабины вырастает Рэнсом. Он молотит ручным крюком в водительское окно. Шеридан игнорирует его ровно столько, чтобы сделать еще два выстрела, пытаясь отпугнуть меня, но когда стекло за ее спиной разлетается, она разворачивается к Рэнсому. Я просовываю руку в разбитое окно, отпираю дверь, распахиваю ее и запрыгиваю внутрь, приземляясь коленями на сиденье.

В экзоскелете в кабине тесно. Я двигаюсь осторожно, но быстро, перехватывая запястье Шеридан, когда она снова наводит оружие на меня. Ее палец всё еще на спуске. Она выпускает еще две пули сквозь крышу. Аудиосистема шлема приглушает грохот выстрелов, но доносит вой сирены, закричавшей наверху на холме. Должно быть, Шеридан нажала «тревожную кнопку», когда сработала взрывчатка.

Крепко сжимая ее запястье, другой рукой я вырываю пистолет. Рэнсом открывает водительскую дверь. Он переступает ногами, стараясь удержаться на движущейся гусенице, но всё равно ловко хватает ее в медвежьи объятия.

— Вытаскивай! — командую я, отпуская ее руку.

Он прыгает назад, увлекая ее за собой на снег.

Я перебираюсь на водительское место, ставлю снегоход на нейтраль и затягиваю тормоз.

На визоре активируется общий канал (gen-com). Больше нет смысла беспокоиться об ЭМ-сигнатурах, так что Кендрик включил нас всех. Мы снова можем передавать и принимать сообщения.

Я выпрыгиваю из кабины.

Рэнсом повалил Шеридан лицом в снег. Он стоит над ней на коленях, прижав ее запястья к пояснице, пока Кендрик пытается затянуть пластиковые наручники. Но прежде чем он успевает ее скрутить, в канале раздается крик Джейни:

— В укрытие! Цели в воздухе!

Я вскидываю голову и вижу целую стаю крошечных ракет, подсвеченных огненными хвостами — я насчитываю шесть штук, — которые по дуге несутся к нам с вершины холма.