Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат

Алеша наблюдал за тем, как колдун умиротворенно потягивает чай и листает книгу, игнорируя летающий по комнате комок из детей и дивов, и думал, что ментор Диогу, наверное, выглядит примерно так же, когда Педру в очередной раз ставит на уши Академию.

Анонимус мелькал едва заметной тенью, пытаясь одновременно навести порядок и лоск во всех помещениях, хотя все уже давно было готово. И гости чинно бродили по первому этажу поместья, сидели в мягких креслах библиотеки или беседовали в гостиной.

Императрицу Софью ждали с минуты на минуту, и казалось, что с тиканьем секундной стрелки по искре лопается домашняя и непринужденная атмосфера. Слишком много воды утекло с прошлых подобных встреч, и все прекрасно понимали: как раньше уже не будет. Не получится просто оставить за порогом этикет, правила и важных сановников, ожидающих приглашения. Понимали, но упорно создавали видимость.

В зал, демонстративно поправляя идеально сидящий пиджак, вошел император Пустоши со своей вечной тенью — Стратегом. Алеша сделал шаг навстречу и поздоровался. Александр Владимирович улыбнулся и похлопал колдуна по плечу:

— Вижу, ты в этом году не один. Познакомишь с прекрасной дамой?

Алиса сжалась за спиной Алеши: ей еще не доводилось бывать в присутствии высочайших особ, а объяснить колдунье, что император Пустоши считает Алешу чуть ли не учеником и может запросто предложить партию в шахматы или поинтересоваться успехами в учебе, вообще не представлялось возможным. Колдун представил спутницу.

— Здравствуйте, ваше величество. — Алиса сделала реверанс и, не справившись с любопытством, уставилась на Александра Владимировича.

В нем давно не угадывался Александр V. Длинные черные волосы спадали по спине почти до пояса, лицо стало чуть у́же и бледнее, а глаза приобрели светло-голубой оттенок.

— Колдунья, и не в сутане, — улыбнулся император. — Я рад, что программа обучения, введенная Софьей Андреевной, дает свои плоды. Кстати, о колдуньях. — Александр повернулся к подошедшему Мише до того, как юный граф успел поприветствовать гостя: — Миша, а где твоя сестра?

— В Коимбре. Она так и не прилетела.

Почему? Алеша удивленно посмотрел на друга. Они с Верой разминулись на несколько дней, но она точно планировала лететь домой. Спросить, в чем дело, Алеша не успел.

— Стратег, ты обещал партию в го, — заявил Миша. — Я полмесяца уговаривал отца найти приличный набор. После ужина играем.

— Да хоть сейчас, — согласился советник, — партия будет очень короткой.

— Нет, если ты поумеришь гонор и будешь учить, — сказал император.

— Можно и сейчас. — Миша показал на разложенную на столе доску. — Я Сергею Дмитриевичу показывал, но он с детьми ушел.

Император щелкнул пальцами, и Стратег переместился к игровому полю. И нежно коснулся пальцами одного из белых камней.

— Давно это было…

— Ты помнишь о прошлом? — спросил Миша.

Стратег покачал головой:

— Крохи, жалкие крохи. Весьма неприятное чувство — знать: что-то было, но забыть. Как вы с ним живете? Постоянно теряя то одно, то другое…

— Записываем, — подал голос Гермес Аркадьевич и поднял выше книгу.

— Это был риторический вопрос, — поморщился Стратег.

— Я знаю. Поэтому сначала хотел ответить, что мы пьем, спасаясь от тоски и забвения, но решил все же пожалеть твою тонкую душевную организацию.

Стратег растянул губы в вежливой улыбке. Алеша даже немного расстроился, что див не стал продолжать пикировку, а сразу переключился на Мишу.

— Ладно, юный граф, садитесь, правила вам уже известны? — Стратег указал на стол приглашающим жестом.

Миша кивнул и отодвинул стул.

— Подожди, — позвал его Алеша. — А Вера-то почему не приехала?

— Ее наказали.

— За что?!

Что могла натворить Вера за неделю, которая прошла между их рейсами, Алеша не представлял. Она даже игру в демона провела так, чтобы избежать нареканий от менторов и профессоров.

— Я, если честно, так и не понял. Вроде она опоздала на самолет, потом напилась и что-то учудила. Ментор Диогу звонил, сказал, что в Академию будет направлен протокол для занесения в личное дело. Отец удивился, возмутился, но подробности потом не пересказывал. Я ей письмо написал, надеюсь, ответит, интересно жуть! Она еще ни разу в такие переделки не попадала.

— Напилась?! — Гермес Аркадьевич захлопнул книгу и вопросительно посмотрел на племянника. — Ей же нельзя пить!

За плечом Алеши мягко засмеялся Александр Владимирович.

— Ну что вы так переживаете, Гермес Аркадьевич, ей двадцать лет. Как это — быть в Коимбре и не выпить вина? Уверен, португальцы способны научить пить любого, даже того, кто вовсе этого не умел. И вряд ли Верочка набедокурила из-за вина, она же у вас не совсем дикая. Правда, Алеша?

— Ам-м…

— Правда, — решилась поучаствовать в разговоре Алиса. — Я ее с первого курса знаю, она всегда умница была. Миша, ты точно что-то не так понял. Вера бы не стала много пить. Хотя, если вино крепкое… Ты говорил, в Португалии вино очень крепкое, может, она не умеет такое оценивать?

Алеша сжал руку девушки, призывая помолчать.

— Да при чем тут умение, — со знанием дела стал объяснять Миша. — Ей нельзя пить, потому что она русалка, а алкоголь очень сильно влияет на нервную систему.

— Русалка? — Стратег оторвался от созерцания игрового поля и посмотрел на своего императора. — Это что значит?

— Это значит, что наша бабушка переиграла естественный отбор, — вздохнул Гермес Аркадьевич. — Русалка не Вера, а Мария. Но ее дети, как и дети Марины, унаследовали некоторые способности. И неспособности.

— Угу… я вот тоже на следующий год в Коимбру поеду, а пить мне нельзя. Александр, Стратег, дивам же тоже нельзя, а вы пьете. Научите, а?

— Миша.

— Гермес Аркадьевич, у меня исключительно гастрономический интерес.

— Любопытно… — прошелестел на грани слышимости Александр. Алеша повернулся к нему. Император взглянул на колдуна и сказал обычным голосом: — Вера всегда отличалась смелостью, но не глупостью. И, зная о своей природе, она не стала бы несдержанно пить. Скорее всего, ее что-то иное задержало в Коимбре. Что бы это могло быть?

Див вперил в Алешу заинтересованный взгляд, даже слишком заинтересованный.

— Я не знаю, — ответил Алеша.

— Значит, по возвращении в Португалию вас наверняка ждет весьма занятная история, — Александр заговорщически улыбнулся и подмигнул. — Я бы тоже не отказался от одной. — Он подошел к графу и занял соседнее кресло: — Расскажите мне о русалках, Гермес Аркадьевич. Я вдруг понял, что совершенно ничего не знаю, об этих… существах…

— Это люди, женщины… — начал объяснять граф, и все присутствующие притихли, чтобы послушать лекцию, даже Кузя и Себастьян, игравшие с детьми в соседней комнате, высунулись из-за двери, навострив уши.

Алеша взял с журнального столика бокал с шампанским и покинул гостиную. Не накидывая шубы, вышел на крыльцо и встал около лестницы, облокотившись на перила. И стал думать.

— Ты чего тут?

Шуба тяжелым грузом упала на плечи вместе с весом обнявшей колдуна девушки.

— Гермес Аркадьевич так интересно рассказывает… А Вера правда столько всего может?

— Нет, конечно, и если бы ты осталась слушать до конца, узнала бы и об этом. Многое русалки получают из заклятий, а Вера просто чуть сильнее нас с тобой, и все.

— А император думает иначе, мне кажется. Он тоже селекцией увлекается? Он такой… не жуткий, просто… я, видимо, разволновалась. А Миша совсем их не боится, вот что значит жить рядом с Пустошью. А ты чего такой мрачный? Что-то случилось?