— Я сказал — нет. Такой расклад меня не устраивает, — Алексей покачал головой, сжимая кулаки. — Ты не вещь. Ты шёл со мной всю дорогу. Ты предупреждал меня об опасностях, ты дрожал от страха, но не бросил меня. И теперь я должен тобой пожертвовать? — он горько усмехнулся. — Дрянная сделка.
— Но я был создан для этого! — в голосе Глима впервые прорезалось отчаяние. Он всплеснул маленькими лапками, указывая на трон, где в ленивой позе восседал Акризон. — Без меня вам не выиграть! Вы видели его! Вы чувствуете его мощь! Я — единственный шанс!
— Это уже не тебе решать, — отрезал Алексей, и в его голосе проступила сталь, которой не было ещё минуту назад. Он смотрел на Глима и видел не проводника, не инструмент, не функцию. Он видел существо, которое боялось, но шло. Которое знало свою обречённость, но не сбежало. — Слышишь? Не тебе.
Алексей положил руку на плечо Глима, чувствуя, как под серебристой шерстью бьётся крошечное сердечко — часто-часто, как у загнанного зверька.
— Ты боялся всю дорогу, — тихо сказал Алексей. — Трясся от каждого шороха. Но ты был рядом. Ты указывал путь. Ты рассказал мне о его способностях. Это и есть твой вклад. А умирать… — он покачал головой. — Умирать за меня будешь, когда я сам скажу. А я не говорю.
Глим замер, глядя на него снизу вверх. Три глаза наполнились чем-то, чему Алексей не мог подобрать названия. Это не была благодарность. Это было что-то глубже. Что-то, чему не положено появляться у существа, созданного быть расходным материалом.
— Но как же… — прошептал Глим. — Без слияния вы не…
— Заткнись, — Алексей усмехнулся, и в этой усмешке не было злости — только странная, тёплая уверенность. — Я уже убивал тех, кого не мог убить. Я выживал там, где не должен был. И знаешь что? Я не привык платить за победу чужими жизнями. Тем более — твоей.
Он отпустил плечо Глима и повернулся к трону, где Акризон терпеливо ждал, наблюдая за этой сценой с холодным, презрительным любопытством.
— Придумаем что-нибудь, — бросил Алексей через плечо. — Мы уже здесь. Обратно всё равно дороги нет.
Глим стоял, не в силах пошевелиться. Маленькое существо, созданное для одной-единственной цели, вдруг обнаружило, что его цель может измениться. Что тот, кого он должен был усилить ценой собственного исчезновения, просто… не захотел.
И впервые за всё своё недолгое существование Глим почувствовал нечто, чему не было названия в его программном коде.
Алексей не стал ждать.
Ледяное Спокойствие сжало время в тугую пружину, мир замедлился, позволяя, ему видеть каждое движение багровых языков пламени на плечах демона, каждую пульсацию рун на его рогах. Глим отскочил в сторону, прижимаясь к стене и закрывая голову лапками.
— Световой Прокол!
Рука Алексея взметнулась вверх, и из его ладони ударил луч — концентрированный, плотный, как копьё из чистого света. Воздух перед ним вскипел, искажаясь от жара, и сияющая вспышка на миг озарила весь зал, разгоняя тьму по углам.
Удар пришёлся Акризону прямо в грудь.
И просто… отскочил.
Алексей не поверил своим глазам. Луч света, способный прошивать насквозь тварей выше его рангом, ударил в демона и разлетелся миллионами искр, словно наткнулся на идеально отполированное зеркало. Багровое пламя на теле Акризона даже не колыхнулось.
Демон не шелохнулся. Он сидел на троне, подперев щёку кулаком, и смотрел на Алексея с выражением скучающего превосходства.
— Это всё? — лениво поинтересовался голос в голове. — Я ожидал большего от того, кто вырезал моих щенков.
Алексей стиснул зубы.
— Световые Иглы!
Десятки световых копий вспыхнули в воздухе вокруг него, выстроились в идеальные ряды и сорвались с мест, вонзаясь в демона со всех сторон. Плечи, руки, грудь, голова — Алексей целил в каждую доступную точку, пытаясь найти брешь.
Иглы врезались в невидимую преграду за полметра до тела Акризона и осыпались светящейся пылью, так и не коснувшись его.
— Красиво, — равнодушно отметил демон, разглядывая свои когти. — Бесполезно, но красиво.
— Багровый Луч!
Алексей сменил тактику. Свет не брал — может быть, тьма возьмёт тьмой? Багровый, улучшенный луч ударил из его ладони — концентрированный, пробивной, игнорирующий часть защиты. Красная нить врезалась в демона, пытаясь продавить его оборону.
Акризон даже не моргнул.
Луч упёрся в ту же невидимую стену, зашипел, заискрил и погас, не причинив вреда.
— Тьма не кусает тьму, глупый, — лениво протянул демон, меняя позу на троне. Он закинул ногу на ногу, положил подбородок на кулак и с интересом наблюдал за потугами Алексея, как смотрят за мухой, бьющейся о стекло. — Ещё есть варианты? Я никуда не тороплюсь.
Алексей перевёл дыхание. Мана таяла, но он не мог остановиться. Не мог позволить себе проиграть, даже не начав.
— Падающие Звёзды!
Потолок зала, теряющийся во мраке, вдруг озарился сотнями огней. Световые сгустки, размером с кулак, посыпались вниз, как метеоритный дождь, накрывая трон и всё вокруг. Они взрывались, оставляя кратеры в каменном полу, поднимая тучи пыли и осколков.
Когда пыль осела, Акризон сидел в том же положении. Вокруг трона, радиусом метра в три, пол был абсолютно цел. Ни царапины. Ни следа. Словно невидимый купол просто стряхнул с себя весь этот фейерверк, как надоедливую мошкару.
— Скучно, — зевнул демон. Прикрыл рот ладонью, из которой сочилась тьма. — Это всё, на что способен воин, уничтоживший десять тысяч? Я разочарован.
Алексей взмок. Пот катился по лицу, смешиваясь с пылью. Колени дрожали от перенапряжения, а в груди разрасталось липкое, холодное чувство бессилия.
— Багровое пламя!
Он ударил новым навыком, тем самым, что получил за уничтожение армии. Багровое, почти чёрное пламя вырвалось из него и накрыло демона волной жара, способной испепелить камень. Алексей видел, как оплавляются стены вокруг, как трескается пол, как воздух превращается в раскалённое марево.
Акризон сидел в эпицентре огненного шторма.
И улыбался.
Нет, не улыбался — у него не было рта. Но Алексей чувствовал эту улыбку, въедающуюся в его сознание, полную насмешки и превосходства.
— Огонь, — задумчиво произнёс демон, когда пламя схлынуло, не оставив на нём и следа. — Ты пытаешься жечь Повелителя Пламени. — Он медленно поднял руку и щёлкнул пальцами. На кончике когтя вспыхнул крошечный язычок чёрного огня. — Хочешь, покажу, как это делается по-настоящему?
Алексей отшатнулся, инстинктивно вскидывая руки для защиты. Но Акризон не атаковал. Он просто погасил огонь и снова откинулся на спинку трона, всем своим видом показывая, что происходящее — не более чем развлечение для пресыщенного скукой существа.
