Массерия посмотрел на меня долгим взглядом, потом кивнул.
— Я тебе верю, Чарли, — сказал он. — Но чтобы окончательно развеять все сомнения…
Я напрягся: чего он попросит в этот раз? Но все-таки кивнул.
— Слушаю, дон Массерия.
— Рейна жив, — сказал Массерия. — Он скрывается, но все еще жив. Найди и убей его, на этот раз сам. Не поручай это никому. Сделай все сам, своими руками.
Я ожидал этого, конечно, думал, что все так и произойдет. Но варианта отказаться тут не было — это будет равносильно признанию того, что я сам устроил засаду.
— Хорошо, дон Массерия, — кивнул я. — Я найду его и убью.
— Он знает город, у него много людей, и он хорошо спрячется, — сказал Массерия. — Возможно попытается дотянуться до тебя первым. Или до меня. Так что у тебя две недели. Если за это время Рейна не умрет, я решу, что ты не справляешься. И тогда мне придется тебя заменить.
— Лучше… — открыл рот Стив.
— Заткнись, — оборвал его Джо-босс. — Не лезь. Ты меня понял, Чарли?
— Понял, — кивнул я.
— Можешь идти, Чарли, — сказал Массерия. — Но помни — теперь я слежу за тобой. Мои люди следят за твоими людьми. Если ты встретишься с кем-то из людей Маранцано — я узнаю.
— У меня есть свой человек среди его людей, — решил я открыть козырь.
— Чего? — спросил Массерия.
— Тони Фабиано, один из его солдат, — ответил я. — Это он участвовал в покушении на меня. Мы немного прижали его через родственников, и он согласился работать на меня. Так что я могу увидеться с ним, попытаться вызнать, что задумал Сэл.
— Подозрительно это как-то… — проговорил Стив, но на этот раз затыкать его не стали.
— Ты чего раньше не сказал? — спросил Джо-босс.
— Повода не было, — мне оставалось только развести руками.
— Немедленно встреться с ним, — сказал Массерия. — Выясни все, что он знает. О результатах встречи доложи сразу же. Нам надо знать, что он предпримет в ответ.
— Хорошо, босс, — кивнул я.
— Все, иди. Помни — у тебя четырнадцать дней.
Я кивнул, встал.
— Понял, дон Массерия.
Повернулся и двинулся на выход из ресторана. Они там обсуждали что-то за моей спиной, и я очень хотел бы выяснить, что именно, но увы, остаться мне никто не предложил. Похоже, что все-таки доверие пошатнулось. Впрочем, оно не удивительно, Паппалардо наверняка ссыт Джо-боссу в уши о том, что мне нельзя доверять.
И он прав. Нет, от него надо избавиться. Срочно избавиться.
Хотя… На самом деле у меня всего две недели на все дела, если Маранцано срочно не отвлечет Джо-босса на что-то новое. Ударить нужно сильно, так, чтобы ему стало не до меня. И только этим Сэл может спасти мою шкуру.
И мне придется спрятаться. Нужно встретиться со своими людьми.
После того, как я разобрался с Дженовезе, у меня нет сомнений в лояльности остальных. Они поддержат меня, это точно.
И мы можем просто устраниться. Спрятаться на какое-то время. Вот только вот это может оказаться проблемой — сам Сэл в курсе про наш союз, а его люди — нет. Они могут проявить инициативу и попытаться наехать на меня.
А это значит и то, что нужно их в нужную сторону направить. Удочку я уже закинул после разговора с Рейной, но теперь надо встретиться с Фабиано. А может быть и с самим Маранцано. Хотя нет, это слишком опасно.
Я вытащил из кармана пачку сигарет, закурил, откинулся на сиденье своего Кадиллака. Посмотрел наружу — люди ходят, обычные, заняты своими делами. Нет у них таких проблем, как у меня.
Хотя потом им будет банально не на что купить еды.
Кстати, про еду. Надо это запомнить. Да, голод еще не начался, до настоящего голода года два впереди, и мне нужно будет этим воспользоваться, чтобы как-то улучшить мнение о себе. Ну и личный бренд — я же этим тоже заниматься собирался.
Да только вот сперва надо пережить эти две недели. Что же дальше будет? Зараза.
Вот не могло меня в какого-нибудь фермера средневекового перенести что ли? Выращивал бы сейчас репу и не парился ни о чем. Приходит твой князь — даешь дань, приходит кто-то чужой — даешь ему дубиной по голове и оттаскиваешь труп куда-нибудь в лес, на корм волкам.
Да нет, это бред на самом деле. Проблем везде полно, а тут у меня есть власть и верные друзья. Так что возможностей у меня гораздо больше, если уж я заработал деньги, которые сделали меня богаче девяноста девяти процентов сограждан.
Нужно свои проблемы решать, а не эскапизмом заниматься. Хотя и вариантов сбежать тоже нет — найдут. Где угодно найдут, хоть в США, хоть на Кубе, хоть и Италии. И убьют. Никакие деньги не помогут.
Лучше подумать о плане.
А он постепенно начал складываться у меня в голове. Сперва встретиться с Фабиано и передать весточку для Сэла. Потом со своими солдатами, поговорить с ними напрямую и рассказать, как теперь будут идти дела. Лански и Сигела с собой взять, естественно.
Ну а потом… Буду ждать хода Маранцано, мяч на его стороне, если говорить спортивными терминами. Остается только надеяться, что он не станет затягивать с этим ходом.
Я завел машину и тронулся с места. Все, кое-какие идеи есть, так что теперь остается только работать.
Интермеццо 2
Один из охранников Гаэтано Рейны припарковал машину возле высокого здания из серого камня. Здесь находилось агентство по недвижимости, а на самом деле офис Сальваторе Маранцано — одного из сильнейших мафиозных боссов Нью-Йорка.
Рейна и сам был боссом, и предпочел бы союз равных, но понимал, что этого не выйдет. И ему придется не просто выступить в качестве просителя, а присягнуть на верность как боссу всех боссов. Но делать было нечего, ситуация оборачивалась совсем плохо.
Охранник открыл заднюю дверь и Рейна вышел из машины. Его правая рука висела на перевязи под пальто, в нее вчера влетело несколько дробинок. Доктор наложил швы, забинтовал. Болело, конечно, но терпимо. Главное — это то, что он был жив.
Гаэтано двинулся в сторону входа в здание, возле которого стояли двое мужчин в темных костюмах — охрана. Его узнали, кивнули. Один открыл дверь.
— Дон Сальваторе ждет наверху, — сказал он.
Рейне пришлось подняться на лифте. В коридоре его встретил еще один охранник, обыскал, проверил на наличие оружия. Рейна не возражал, это обычная процедура, да и всех, кто к нему приходил, тоже обыскивали.
Охранник открыл дверь в офис и пропустил его внутрь. Рейна заметил, что с последнего раза, как он посетил его, здесь кое-что изменилось — появились новые картины. Итальянские пейзажи, виды Сицилии. Маранцано явно ностальгировал по старой родине.
Сам он сидел за столом, а перед ним лежала открытая книга. Как всегда, в любую свободную минуту, он читал.
Маранцано поднял взгляд, увидел Рейну, закрыл книгу. Встал из-за стола и сделал шаг в его сторону.
— Гаэтано, — сказал он негромко. — Ты пришел.
Рейна подошел ближе, остановился и с уважением в голосе проговорил:
— Дон Сальваторе. Вы, наверное, уже знаете, что случилось. Я обдумал ваше предложение и решил согласиться.
— Вижу, что случилось, — сказал Маранцано, задержав взгляд на раненой руке. — Садись, расскажешь.
Рейна сел в кресло, Маранцано тоже сел за стол, сложил руки перед собой.
— Что случилось? — спросил он.
— Покушение, — ответил Рейна. — Вчера ночью, двое убийц — Вито Дженовезе и Джо Пинцоло. Массерия послал их меня убить.
— Перестрелка в Бронксе? — спросил Маранцано.
— Да, — кивнул Гаэтано.
— Я слышал по радио. Четыре тела. Значит, двое из них — это они, раз ты жив?
— Да, — подтвердил Рейна. — Вито и Пинцоло мертвы, двое моих людей тоже погибли. Но я жив.
— Как так вышло? — спросил Маранцано. — Если они напали вдвоем, а у тебя было только двое охранников?
Рейна помолчал секунду, будто раздумывая, стоит ли говорить правду. А потом сказал:
— Меня предупредили заранее. Я подготовил засаду.
Маранцано прищурился и спросил:
— Кто тебя предупредил?
