Кастелламмарская война (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович

Я приоткрыл окно на ходу и выбросил сигарету прямо на асфальт. Потом заметил, что руки слегка дрожат на руле.

Переволновался я. А волнение ни к чему хорошему не приведет, рано или поздно все кончится плохо, если так продолжится. Надо успокоиться.

Ну и что делать-то с Рейной? Массерия дал мне две недели, чтобы его убить. А у меня с ним союз, и делать этого я, соответственно, не собираюсь, мне вообще этого не нужно. Мне нужна его помощь.

Есть, конечно, вариант — инсценировать смерть Рейны. Анализа ДНК сейчас нет. Найти человека похожей комплекции, убить, обезобразить лицо, выбить все зубы, отрубить обе руки. Надругаться, короче говоря. А потом подкинуть ему в карман документы на имя Рейна. Хоть те же водительские права — этого должно хватить.

И Массерия поверит. Да только вот это риск. Рейна — публичная фигура, босс крупной Семьи. У него десятки капо, огромное количество связей, огромный бизнес. Если он вдруг исчезнет, у всех появятся вопросы. Его люди захотят знать, кто теперь командует.

И может начаться борьба за власть внутри Семьи. Наверняка ведь у него тоже есть молодые и амбициозные по типу меня. Да и… Они ведь наверняка узнают о том, что Томми «убил» именно я. И могут попытаться отомстить. А у меня и так достаточно врагов.

Слишком много переменных в этом плане. Слишком рискованно.

Инсценировка не сработает, это того не стоит.

Единственный мой шанс — это то, что война начнется раньше. Массерии придется прятаться, и ему станет не до меня. И мне нужно сделать все, чтобы это случилось как можно раньше.

Значит, надо связаться с Маранцано — не факт, что Рейна передал ему мои слова, не факт вообще, что они встретились. Надо передать информацию через Тони Фабиано, предупредить Маранцано о планах Массерии.

Вот только встречаться с ним лично — это лишний риск. Массерия, конечно, думает теперь, что он — мой человек в стане Маранцано. Но только если кто-то подслушает наш разговор, доложит об этом.

Мне не хотелось очередного покушения, я уже устал от них, мне надоело бегать и стрелять. Пора стать такой фигурой, которую убирать напрямую себе дороже. Конечно, дальше будет другое — купленные прокуроры, подложные улики, и тому подобное. Но ладно, это все равно лучше, чем если меня расстреляют из Томпсона на выходе из дома.

С Фабиано лучше обойтись звонком. С автомата. Быстро, чисто и без следов.

Я проехал еще пару кварталов и увидел телефонную будку на углу. Припарковался рядом, вышел из машины, и на меня тут же обрушился шквал ветра, который затрепал полы пальто. Я поднял воротник, подошел к будке, вошел внутрь, закрыл дверь.

Тесно, пахло табаком и мочой. Наверное у нас в девяностых таксофоны гораздо лучше были — там просто козырьки, а сами телефоны прямо на улицах стояли. Да и карточки удобнее, чем бросать монеты.

Пошарив по карманам, я достал мелочь, нашел монетку в никель — такая и нужна. Бросил ее в щель, а потом набрал домашний номер Фабиано — тот, который он мне дал после встречи с Маранцано.

Послышался длинный протяжный гудок, а потом трубку подняли.

— Pronto? — послышался голос пожилой женщины.

Понятно. Его мать, та самая старушка, которую мы похитили, чтобы вынудить его сотрудничать. Конечно обошлись мы с ней нормально, никто не запугивал ее и не бил. Но все равно стыдно как-то, пожилая женщина. А у каждого из нас когда-то, но была мать.

А еще она не знает английского, это я точно помню. Значит, придется поговорить на итальянском.

— Buonasera, signora, — сказал я вежливо. — Могу я поговорить с Антонио?

— Кто спрашивает? — тут же спросила она.

— Его друг, — уклончиво ответил я.

Несколько секунд паузы, после чего она проговорила:

— Антонио нет дома. Он на работе.

— Понятно, — сказал я. — А вы не знаете, где я могу его найти? Это очень важно, сеньора.

Она снова помолчала секунду.

— У него есть кафе, где он ведет дела, — сказала наконец. — Записывайте номер.

Она продиктовала телефонный номер. Я запомнил с первого раза — на такие вещи память у меня хорошая. Ну а как иначе, без хорошей памяти сейчас долго не проживешь.

— Grazie mille, signora, — поблагодарил я. — Всего доброго.

— Prego, — ответила она и повесила трубку.

Автомат выдал мне три цента мелочи. Я бросил мелкие монетки в карман — вот ведь идиотизм, звонок стоит два цента, а бросать приходится именно никель — другие монетки автомат попросту не принимает.

Я набрал номер, который мне дала мать Тони. Снова гудок, и почти сразу же щелчок.

— Кафе Чико. Хотите забронировать столик?

— Нет, — ответил я. — Мне нужен Тони Фабиано. Он здесь?

— А кто спрашивает?

Я выдохнул. Это постепенно начинало меня злить.

— Его друг. Просто позовите его, это важно.

— Хорошо… — послышалось шуршание, потом громкий голос. — Тони! Тони, это тебя!

Еще несколько секунд шаги, шуршание.

— Да? — послышался наконец голос Тони, настороженный.

— Это Чарли, — сказал я коротко. — Нам надо поговорить.

— Слушаю, — сказал он тише.

— Вчера ночью было покушение на Рейну, — сказал я без предисловий. — Двое убийц от Массерии — Вито Дженовезе и Джо Пинцоло. Рейна жив, ранен в руку. Ты ничего об этом не знаешь?

— Нет, — ответил он. — Я слышал о покушении по радио, и это все.

— Хорошо, — я выдохнул. Ладно, он хоть и «сделанный», но не тот человек, которого будут посвящать во все тайны.

— Сегодня ты должен встретиться с Маранцано. Передай ему, что Массерия вызвал меня сегодня на Кони-Айленд. Допрашивал, меня обвинили в сговоре с Сэлом, но я сумел отбрехаться. Мне дали задание — убить Рейну за две недели, лично.

— Понял, — сказал Тони. — Что дальше?

— Передай Маранцано, что он должен устранить Минео, Ферриньо и Скализе. Пусть действует быстро, пока Массерия отвлечен на Рейну. Если их уберут, Семья Минео перейдет на нашу сторону. Мангано — мой человек, он станет боссом после них.

Вообще эту информацию уже должен был передать сам Рейна, но не факт. Вдруг он еще у доктора? Крови-то он все-таки потерял много.

— Понял, — повторил Тони. — Еще что-то?

— Да, — сказал я уже жестче. — Передай Сэлу — пусть его люди не суются на мои точки. Мои бары, бордели — весь мой бизнес — это не его дело. Я веду свою игру, и мешать мне не надо. Ясно?

— Ясно, — сказал Тони. — Передам все слово в слово.

— Хорошо, — сказал я. — Все. Первым мне не звони, только я тебе. За мной следят. Все, я позвоню тебе вечером, расскажешь, что сказал Сэл. Но езжай к нему прямо сейчас.

— Понял, — снова повторил он.

Я повесил трубку. Так, все. Часть работы сделали, Маранцано получит информацию. Теперь дальше.

Надо подготовить своих людей. Собрать их, сообщить о том, что война начнется. И что мы выступим на стороне Маранцано.

Я набрал номер бара, откуда обычно вел дела Сэл Бруни. Попросил позвать его, и он подошел сразу же.

— Слушаю, — сказал он.

— Это Чарли, — представился я.

— Босс, что творится? — спросил он. — Говорят, что Вито больше не с нами. Что произошло?

— Лично расскажу, — ответил я. — Собирай всех наших — хоть из-под земли достань, но собери. Адониса, Биандо, Коппола — всех собирай. И пусть едут в бар к Греку. Это где мы с тобой наваляли ирландцам тогда. Помнишь?

— Помню, — сказал он. — Соберу и все будем. Как скоро?

— Через час, — ответил я, прикинув, сколько мне ехать.

— Понял.

— Все, до встречи.

Я положил трубку. Сэл, как всегда в своем репертуаре — не стал задавать лишних вопросов. Ну, он соберет всех, это однозначно, и это хорошо.

Но мои солдаты из тех, что уже приняты в Семью — это не все, кого мне нужно собрать. Лански и Багси тоже надо привлечь на эту встречу. Все-таки они — мои ближайшие подручные, да и друзья тоже. И они однозначно выступят на моей стороне. Да и Лански умен, не мешало бы обсудить с ним дальнейшие действия.

Хорошо, что Лански не надо искать, он как обычно торчит в своем офисе на Деланси. Номер я, естественно, знаю. Еще три цента сдачи, еще один никель в щель — предпоследний. Значит, у меня осталась возможность сделать еще один звонок, а потом — идите меняйте деньги, господин Лучано. Какая же дурацкая система.