Небеса над куполом, до того серые и безликие, вдруг налились багрянцем. Пространство задрожало, и с высоты, пробивая само полотно реальности, рухнули вниз десятки пылающих метеоров. Каждый размером с человеческую голову, они обрушились на [Урсус-Кракена] огненным градом. Хитиновая броня трещала, плавилась, чёрная кровь шипела и испарялась в пламени. Тварь взревела, мотая головой, но звёзды всё падали и падали, оставляя на её теле рваные, обугленные раны.
Алексей не останавливался. Три секунды — именно столько требовалось для подготовки [Небесного Света]. Он сложил руки перед грудью, и между ладонями начало разгораться ослепительно-белое сияние. Чистый, первозданный свет, от которого у любого демона выжгло бы глаза. [Урсус-Кракен], почуяв угрозу, повернул к нему свою уродливую голову, но было поздно.
— [Небесный Свет]! — выкрикнул Алексей, выбрасывая руки вперёд.
Колонна света — толще векового дуба, ослепительнее полуденного солнца — ударила в грудь монстра. Радиус в двадцать метров захлестнуло волной чистой энергии. Пространство загудело, словно огромный колокол. Броня твари, и без того повреждённая метеорами, пошла глубокими трещинами, из которых хлынула тьма. [Урсус-Кракен] зашёлся в истошном, вибрирующем вое, отступая на шаг, другой.
Но Алексей ещё не закончил. В его правой руке заклубилось алое пламя — [Багровое Пламя], кошмар демонических тварей. Он метнул его в зияющие раны, и огонь, словно живой, впился в плоть монстра, игнорируя остатки защиты, пожирая его изнутри.
Поляну заволокло дымом, паром и запахом горелой плоти. На несколько секунд воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием остывающей земли.
Алексей тяжело дышал, опустив руки. Мана просела почти на треть, но он чувствовал — удар был хорош.
Когда дым рассеялся, все увидели результат.
[Урсус-Кракен] стоял, пошатываясь. Его некогда грозная броня превратилась в оплавленное, дымящееся месиво. Два щупальца безжизненно висели, перебитые у основания. Но он всё ещё был жив. И его здоровье…
[Сканер] и [Взор] услужливо вывели перед глазами Алексея обновлённые данные.
[ЗДОРОВЬЕ: 40 %]
[СТАТУС: Критический. Переход во Вторую Форму.]
— Неужели и этого недостаточно… — прошептал Алексей, чувствуя, как к горлу подкатывает горький ком.
Его команда смотрела на него, не в силах скрыть потрясение.
Но сейчас было не до гордости. Потому что с [Урсус-Кракеном] происходило нечто жуткое.
Его плоть, израненная и обожжённая, начала… перестраиваться. Трещины на теле затягивались не здоровой кожей, а пульсирующей чёрной слизью, которая затвердевала на глазах, образуя новую, ещё более гротескную броню. Два уцелевших щупальца втянулись в тело, а взамен из спины, с мерзким хрустом ломающихся позвонков, вырвались четыре костяных крыла. Не для полёта — для атаки. Их края были острее бритвы, а поверхность усеяна шипами, сочащимися ядом.
Медвежья голова запрокинулась, и пасть разверзлась шире, чем это казалось возможным, обнажая не только зубы, но и нечто вроде глотки, выстланной рядами мелких, загнутых внутрь шипов. Глаза из багровых стали абсолютно чёрными, без зрачков, без проблеска жизни — две бездны, в которых не было ничего, кроме голода.
[СУЩЕСТВО: Урсус-Кракен (Глубинный Разрушитель)]
[ФОРМА: Вторая — Крылатый Пожиратель]
[ЗДОРОВЬЕ: 40 %]
[НОВЫЕ НАВЫКИ:]
[Костяной Шторм] — существо вращает костяными крыльями, выпуская во все стороны веер из острейших костяных лезвий. Радиус поражения — 25 метров.
[Рывок Бездны] — телепортация в любую точку в пределах купола. Время перезарядки — 10 секунд.
[Глотка Поглощения] — при захвате цели щупальцами или пастью, существо высасывает из неё ману и здоровье, восстанавливая свои.
[Крик Отчаяния] — ментальная атака, накладывающая на всех существ в куполе эффект [Уныние] (снижение урона и скорости передвижения на 40 %).
Олег Коршунов, до этого сохранявший ледяное спокойствие, медленно опустил руки и тихо, но отчётливо произнёс:
— Да вы шутите…
В его голосе не было страха. Была усталая, почти обречённая злость. Он повидал много тварей, но чтобы тварь ранга [B+] имела вторую форму в низкоранговом прорыве — это уже не аномалия. Это спланированное убийство.
Алексей же смотрел на монстра, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. [40 %] здоровья. Вторая форма. И неизвестно, что будет, если свалить и её. Но отступать некуда — купол держит крепко.
Он покосился на Дмитрия. Тот стоял, скрестив руки, и на его губах играла едва заметная, странная улыбка. Словно всё шло именно так, как он и предполагал.
«Ты знаешь, — мысленно произнёс Алексей, сверля Волкова взглядом. — Ты точно что-то знаешь. И, клянусь, когда это закончится, я вытрясу из тебя правду».
Но сейчас — бой. Бой, который только начинался заново.
Глава 57: Кукла и кукловод
Существо, завершив трансформацию, издало леденящий душу вопль. Костяные крылья, усеянные шипами, развернулись во всю ширь, и тварь, больше не медлительная и грузная, а стремительная и смертоносная, ринулась вперёд.
Олег Коршунов мгновенно оценил обстановку. Его взгляд метнулся к Ивану, который лежал на земле, привалившись спиной к стволу поваленного дерева. Громов был бледен, из уголка рта стекала струйка крови, а дыхание вырывалось хрипами. Рядом суетился Семён, пытаясь наложить хоть какой-то лечебный артефакт, но его знаний едва хватало на то, чтобы остановить кровотечение.
— Ситуация дерьмовая, — процедил Коршунов сквозь зубы, не оборачиваясь. — Иван выбыл. Семён занят им. В строю только я, Алексей, Дмитрий и Катарина. Чёрт… Этого катастрофически мало.
Он вскинул руку, и из земли, пропитанной кровью и магией, снова полезли костяные прислужники — три скелета, собранных из останков Анифарм. Они встали неровной шеренгой, прикрывая группу, но Олег уже понимал: против второй формы Урсус-Кракена эти воины — не более чем хворост под колёсами телеги.
— Мои скелеты слишком слабы, — бросил он, наблюдая, как одно из костяных крыльев с лёгкостью рассекает первого из них надвое. — Нужно что-то другое. И быстро.
Пока Олег лихорадочно перебирал варианты, Алексей нырнул в системный инвентарь. Мысленным усилием он открыл ячейки с расходниками. Два пузырька с густой, мерцающей синевой жидкостью — эликсиры маны. И два — с изумрудно-зелёным, почти светящимся составом — зелья полного восстановления здоровья. Редчайшая вещь, которую он берёг на крайний случай.
Крайний случай наступил.
— Коршунов! — окликнул он, и в голосе его прорезалась та же командирская сталь, что и на тренировках. — Выиграй мне пару минут. Я поставлю Ивана на ноги.
Олег на мгновение замер, переваривая услышанное. Поставить на ноги? Громова? С его-то ранами — без целителя, без госпиталя? Это звучало как бред. Но выбора не было. Времени спорить — тоже.
