Сердце шторма (СИ) - Фламмер Нат

— Пойш… — Вера села, стараясь не опираться на руку. — Вы меня не сожрали. И не ушли…

— Уйти после всего произошедшего и даже не объясниться, не поговорить? — лукаво улыбнулся Педру, глядя на девушку из-под ресниц. — Сеньора, за кого вы меня принимаете?

— Вам все еще не понравится мой ответ… Но я рада, что вы здесь… — Она встала и оглядела незнакомую комнату. Обставлена в соответствии с самыми модными и современными тенденциями, но без перебора. Удобный письменный стол, минималистичная однотонная мебель. Разные варианты освещения. Центральная люстра темнеет невзрачным пятном на потолке, отдавая комнату в полумрак боковых маленьких торшеров и настольной лампы. — Кстати, где «здесь»?

— Мы в Москве. Это одна из командировочных квартир, которые Академия Коимбры приобрела для своих ученых, работающих в МИПе и в… других местах. Сюда часто наведываются мои подчиненные, но сейчас она пустует. Здесь хороший вид. — Ментор убрал гитару и снова посмотрел за окно.

«Вид… вам сейчас плевать на вид, ментор».

Педру развернулся и прислонился спиной к стеклу.

Вера подошла к бештафере, подставляя лицо и шею под протянутые руки. С одной только мыслью: пусть ночь не заканчивается. Не наступает рассвет. Хотелось остановить планету, чтобы навсегда забыть о мире, существующем за окнами. Остаться в этих коротких мгновениях абсолютного единства и счастья. Раствориться в наполняющей силе. В одном бесконечном «люблю».

Прикосновение горячих губ, привлекающие к себе руки, прочесывающие по голове пальцы, путающиеся в волосах. Она и представить не могла, как же на самом деле сладко чувствовать рядом его бьющееся сердце. Отзываться на каждый вдох ответным порывом, давая волю давно тлеющей страсти. Поддаваясь соблазну и не желая останавливаться и отступать. Бушующая, неудержимая буря из воды и ветра. Связь, сплетенная накрепко, сросшаяся на крови, объединяющая настолько, что ближе уже просто нельзя, невозможно. Но она все равно шла, звала, и он откликался. Не обнажая клыков, не показывая, насколько приходится сдерживаться. Сколько в нем сейчас силы, разбуженной ритуалом и кровью? Часть энергии Педру убил на петляющий полет в холодной мокрой высоте, специально, продумано. И, вполне возможно, внезапно чистое небо над Москвой — не каприз погоды. Наверное, это был прекрасный полет. Вера мало что запомнила, пьяная от чужой силы и пропитанной связью эйфории.

Может, не такие уж они и разные?.. Глупые, странные, мечтающие о единстве существа. Неспособные найти между друг другом самое важное — понимание. Пожалуй, мама была права, даже если цена за эту ночь окажется так непомерно высока, что ломка разорвет сердце Веры в клочья… Она и тогда не будет жалеть.

А Педру не врал о своем мастерстве в любовном притворстве. Даже простой поцелуй он превращал в такое произведение искусства, что ни одна девушка в мире, оказавшись в его руках, не подумала бы, что перед ней бесчувственный, расчетливый бештафера. Нет. Вообще ни о чем не подумала бы.

Колдунья с трудом собрала в кучу расползающиеся по углам мысли. Провела рукой по груди бештаферы, отстраняя его от себя и снова прижимая спиной к стеклу, словно припирая к стенке.

— Я слушаю ваши… объяснения.

— МОИ?! — Педру возмутился так искренне, что девушка не сдержала улыбку. — Сеньора, это я хотел бы услышать, что, черт возьми, вы вчера устроили на арене?! Вы хоть понимаете, что могли погибнуть?

— Да, вполне.

— Очевидно, нет! Вы ломанулись привязывать бештаферу первого класса десятого уровня, без алатыря, защиты и помощников.

— Вы позволили.

— Я мог не сдержаться, сожрать. Поддаться приоритетам. Зашибить вас ударом.

— Считайте этот бой актом высшего доверия к вам.

— Это была глупость!

— Самоубийственная.

— Мenina…

— Перестаньте ворчать! Вы контролировали эту ошибку от и до. Хотя, признаюсь, в какой-то момент эмоции настолько захлестнули, что я поверила в ваше отчаянное безумство. Решила, что смогла довести до потери контроля.

Педру хитро улыбнулся.

— Эмоционален, не значит безумен. — Он недолго посверлил Веру выжидающим взглядом. Она не сдвинулась с места и не убрала руки. Улыбка ментора стала шире. — Что, оценили, как я хорош, и теперь готовы вернуться к занятиям? В какой момент вы поняли, что можете привязать меня?

— Если говорить о предложении — когда вы облизывались на ошейник при прошлой нашей встрече в поместье. Если о разрешении… — Вера взяла Педру за левую руку, поднимая ладонь на уровень лица. — Такой красивый ментор, и без кольца… ну как тут было устоять?

— Сеньора Вера, разве так я учил вас реагировать на внезапно появившегося перед вами демона? — прищурился Педру.

— Именно так. Если бежать бесполезно, дать бой и по возможности привязать. Не придеретесь, ментор. Я прилежно училась. И вы точно не были демоном. Я бы почувствовала такую перемену. Но простите мое любопытство… как вам удалось это провернуть? Особенно после всех заявлений о невозможности и опасности второго сплетения. Я хочу знать. Вы переписали приоритеты? Встали на ощущение меня «как самого себя»?

Педру отодвинул Веру в сторону и спрыгнул с подоконника, прошел по комнате, приглаживая рукой взъерошенные волосы.

— Все несколько… сложнее, — вздохнул он, поворачиваясь к колдунье. — Вы создали прецедент. Можно сколько угодно твердить о вашей уникальности. О сложной селекции русалок. О случайном совпадении сил. Это не меняет факта. Чужая колдунья попала в Академию и за каких-то пару лет почти взяла контроль над главным ментором. Конечно, со мной расклад, при котором я потерплю подобное посягательство, невозможен. Стань вы реальной угрозой, я сожрал бы вас на месте. Да, выл бы, страдал, в море бросился, принял все последствия международного скандала, но сожрал бы. Вы должны это понимать.

— Я ни на секунду в этом не сомневалась.

— Но если бы на моем месте был кто-то другой? Кто-то, рискнувший поставить себя выше Академии? — взгляд Педру стал по-настоящему тревожным. — Это даже не трещина. Это огромная брешь в стене безопасности, которую я выстраивал столетиями! — Он развел руками. — Ее нельзя проигнорировать.

— Не понимаю. Приоритет не даст дивам предать Академию. Даже с новыми данными очевидно, что воссоздать такую связь без заклятия нереально.

— Пока что. Новые знания повлекут создание новых техник. Начнут меняться устои и системы. Отношения между колдунами и бештаферами. Нет никакой уверенности, что не появится другой изощренный способ залезть под кожу и свести связь.

— И вы решили сработать на опережение?

— Да. И благодаря вам и вашему гениальному деду мы нашли способ. Мои ученые вот уже четыре года разбирают заклятие сестринского круга, чтобы сделать на его основе что-то подобное для наших Эрмид. Весьма успешно, должен сказать. Ваша подруга стала первой послушницей, введенной в Эрмиду новым способом, так что никто не навредил ей больше, чем она сама. Можете не волноваться за нее. Но после разговора с вашим дедушкой мы увидели еще одну возможность. И сосредоточились на изучении Знака изменения. Структура клеточного строения у бештафер действительно существенно отличается: даже после смерти Аркадий Аверин умудряется выдавать исключительно точные теории. Мы храним в себе не просто память — всю информацию о поглощенных существах. За счет этого меняются личины. Когда информации становится достаточно, ее можно вытащить на поверхность, как сундук из воды, переписав строение тела.

— Отсюда расход энергии и силовой фон, — поняла Вера. — Поддержание личины — это проецирование записанной информации на физический уровень. Вы не меняете одно обличье на другое, вы зависаете в постоянном изменении собственных клеток, которые, однако, стремятся вернуться в естественный вид. И чем ниже уровень, тем хуже контроль и сильнее внутренняя борьба, а значит, больше расход сил.

— Именно, сеньора, вы умница! — Педру улыбнулся совершенно искренне и радостно. — Пока есть силы, мы можем доставать и использовать эту информацию. И так же легко запирать обратно. До следующего раза. Но знак, который закладывается в создание фамильяров, не позволяет сложить личность создателя в отдельную ячейку, как обычную личину, а заставляет принять ее и растворить в себе. Думаю, этого и пытался добиться Аркадий Аверин, создавая внутренний ошейник. Предположив, что нефамильяр тоже сможет пройти подобный ритуал. Но…