Кастелламмарская война (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович

— Спасибо, все было отлично, — кивнул я.

Вопросов не было, а посетители будто избегали смотреть на меня. Даже если заметили что-то, то никто не вмешается. Здесь, в Нью-Йорке, люди умеют не видеть то, чего им видеть не надо.

Я вышел на улицу, застегнул пальто и огляделся по сторонам. Черный Форд преследователя стоял метрах в двадцати от входа в ресторан. Я двинулся к нему, на ходу сунув руку в карман, где лежал револьвер. Если там кто-то есть, то лучше его прижать и забрать с собой тоже. Но не стрелять, пальбы мне сейчас тоже не нужно.

Но когда я подошел ближе, то увидел, что машина пуста. Ни за рулем никого нет, ни на заднем сиденье. Ключей в замке зажигания не было, Ломбардо забрал их с собой.

Значит, он был один. Но только вот сегодня меня преследовал явно не один и тот же человек — до этого машина была с другим номером. Что это значит, что сеть уже раскинута? Но кому это нужно?

Кому-то из мафии, это точно. Неужели все-таки Джо-босс?

Я повернулся к переулку, махнул рукой, и из него тут же вышли Винни с Багси, которые тащили так и не пришедшего в себя парня, поддерживая его за плечи. Изображали из себя заботливых друзей, которые транспортируют перепившего товарища.

Открыл им заднюю дверь Кадиллака, помог усадить. Они сами погрузились, а я занял место за рулем. Завел машину.

— Есть неприметное место? — спросил я. — Где с ним можно будет поговорить?

— Да, — ответил Багси. — Езжай пока прямо, а я покажу дорогу.

Багси показывал дорогу, и минут через пятнадцать мы оказались на окраине Маленькой Италии, около какого-то склада. Здания темные, старые, ни одного фонаря на улице не работало. Идеальное место для того, чтобы поговорить без свидетелей.

— Сюда, — сказал Багси, показывая на въезд. — Это место Мейера, иногда использует его для своих дел. Сейчас пустует. Подожди, у меня есть ключи, открою ворота.

Он вышел из машины, двинулся вперед. Наклонился над замком, что-то поковырял, а потом открыл сперва одну створку, потом другую.

Я въехал внутрь и заглушил двигатель. Внутри было темно, где-то капала вода.

За спиной Багси уже закрывал ворота, а потом нашел выключатель и щелкнул им. Загорелась одинокая лампочка под потолком, тусклая, но хоть как-то осветившая помещение.

Склад оказался почти пустой: несколько ящиков у стены, верстак с какими-то инструментами, мусор, упаковка разная.

Я вышел из машины. Потом мы с Винни вытащили нашего соглядатая, а Багси притащил откуда-то стул и веревку. Мы усадили Ломбардо, Сигел связал ему руки за спиной.

Парень уже начал приходить в себя, голова моталась из стороны в сторону, веки дрожали. Я вытащил из кармана пачку сигарет, прикурил. Торопиться было, в общем-то, некуда: пока мы не узнаем правду, мы все равно отсюда не уйдем.

Наконец парень открыл глаза. Несколько секунд он смотрел перед собой мутным взглядом, пытаясь понять, где находится. А потом обратил внимание на нас, и его лицо изменилось. На нем появился страх, самый настоящий животный страх.

— Доброй ночи, Тони, — обратился я к нему и затянулся. — Как голова?

Он дернулся, попытался встать, но веревка держала крепко. Задергался на стуле, потом понял, что это бесполезно, и замер.

— Кто вы такие? — спросил он удивительно высоким голосом. — Чего вам надо?

— Неправильно, — я сделал шаг вперед и присел перед ним на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Это я задаю вопросы. Ты следил за мной и пытался подслушивать. Я хочу знать, кто и зачем тебя послал.

Он только смотрел на меня широкими глазами. Наверное, пытается придумать какую-нибудь отговорку. Но в этой ситуации, когда мы поймали его с поличным, это было бесполезно.

— Не надо врать, Антонио, — стараясь, чтобы голос звучал помягче, проговорил я. — Это плохая идея. Видишь этого человека?

Я кивнул на Багси, который стоял у верстака и рассматривал лежавшие там инструменты. Он как раз взял плоскогубцы, повертел их в руках, положил обратно. Потом взял молоток.

— Ты знаешь, как его зовут, — сказал я. — Иначе не пытался бы нас подслушать. Но на всякий случай: его зовут Бенджамин Сигел. Некоторые называют его «Багси», но я не советую, потому что он за это может убить.

По лицу Ломбардо было видно, что он прекрасно знал, кто мы такие.

— Он очень не любит, когда люди врут, — продолжил я. — И ты либо расскажешь нам все сам, либо он будет добиваться правды своими методами. Очень болезненными. Так что я советую тебе сэкономить нам время и рассказать все сразу.

Ломбардо сглотнул, было видно, что он боится. Наверняка сейчас взвешивает варианты.

Но выбора у него все равно не было, и он это прекрасно понимал.

— Ладно, — наконец сказал он дрожащим голосом. — Ладно, я скажу. Только не надо… Не надо этого всего.

— Говори, — кивнул я.

— Меня послал Стивен Паппалардо.

Ну тут все понятно. Даже очевидно как-то. Кто бы это еще мог быть, как не Стив, который так пытается уличить меня в предательстве? Интересно, давно они за мной следят? Хотя особой возможности у них не было, я ведь на Кубе был, да и потом…

Ничего важного они узнать все равно не могли.

— И давно вы за мной следите? — спросил я.

— С того самого момента, как ты отказался отдавать боссу его долю, — ответил парень. — Я не знаю деталей, Стив просто приказал мне следить за тобой, записывать, куда ходишь, и с кем встречаешься. И докладывать ему.

— Зачем? — спросил я.

— Не знаю, — Ломбардо замотал головой. — Честное слово, не знаю. Он не объяснял, просто сказал следить и докладывать. Платил по пятьдесят баксов в день.

Пятьдесят долларов в день. Неплохие деньги за то, чтобы просто ходить за человеком и записывать его передвижения.

Только вот это все ложь. Потому что если бы дело было в этом, то он не полез бы подслушивать наш разговор, и точно не пошел бы к туалету.

— Бенни, сломай ему запястье, — сказал я.

Багси двинулся вперед, подняв молоток, замахнулся, а парень закричал:

— Нет! Не надо! Я все скажу!

Я жестом остановил Сигела, после чего повернулся к Ломбардо.

— Парень, не надо мне врать. Если бы он просто платил тебе за то, чтобы записывать мои встречи, то ты не полез бы подслушивать. К тому же ты не один за мной следил. Рассказывай конкретно и без вранья, иначе…

— Хорошо, хорошо! — зачастил он. — Паппалардо обещал мне место в Организации, если я узнаю что-нибудь важное. Он считает, что ты сговорился с Маранцано и хочешь убрать Джо-босса. Он спит и видит, как поймать тебя за руку!

Ну это как раз понятно. Остается еще один вопрос.

— Джо-босс ему приказал, или он сам решил это сделать?

— Не знаю! — замотал головой парень. — Честно не знаю! Меня в такие дела не посвящают.

Ну да, странно было бы, если бы он знал.

Я затянулся в последний раз, потушил сигарету о пол и поднялся.

— Сколько вас? — спросил я.

— Что? — не понял он.

— Сколько человек он нанял? Ты сегодня был не один, я видел разные машины.

— Не знаю, — Ломбардо снова замотал головой. — Он не говорил. Может быть, есть и другие, но я их не знаю. Мы не пересекались.

Логично. Паппалардо не дурак, он не стал бы собирать всех своих соглядатаев вместе. Каждый работает отдельно, никто друг друга не знает. Если одного парня поймают, он не сможет сдать остальных.

— Что ты ему уже рассказал? — спросил я.

— Да ничего особенного, — Ломбардо облизнул пересохшие губы. — Как ты встречался с этим здоровяком и ирландцем в «Линдси». И как катался по борделям. В общем-то ничего больше и не видел.

Он не видел. Но остальные могли видеть, и это плохо. Хотя если бы что-то серьезное заметили, то уже давно рассказали бы, и тогда я был бы уже мертв. Но это значит, что надо быть осторожнее. Сильно осторожнее. Не вызывать подозрений.

— Где вы встречаетесь? — спросил я.

— Мы не встречаемся, — сказал он. — Он дал мне номер телефона, я звоню и докладываю. Вот и все.

— А деньги?