— Счастлив, — ответил я честно. — Наверное, впервые за долгое время.
— «Тогда всё правильно, — сказал наставник. — Это и есть та самая жизнь, о которой я говорил. Не та, что была до. А та, что есть сейчас. Цени её».
— Ценю, — ответил я.
И пошёл в мастерскую, которую организовал под навесом — варить зелья. Они теперь были не просто снадобьями, а частью моей жизни.
А впереди предстояло ещё много всего. Новые заказы, новые травы, новые знания. Осень с её заготовками, зима с её трудностями, весна с новыми надеждами. Но это — потом. А сегодня — сегодня был просто хороший день.
И это было прекрасно.
* * *
К поездке в Свердловск я начал собираться во вторник.
Нужно получить деньги за уже проданные снадобья и доставить в продажу новые, недавно изготовленные. Заодно узнать, чем и как можно расширить ассортимент. Есть у меня одна идейка, и я даже под неё приготовил пробную партию из дюжины бутылочек, которую назвал — «Минус килограмм». Да, примерно так и будет, если утром снадобье выпить, то к вечеру на килограмм облегчишься.
Исходил я из того, что каждая из тех женщин, что сопровождала меня в «Берёзку», когда я продавал чеки Внешпосылторга, весила изрядно. Этакие красотки от Рубенса или Кустодиева. Если что, такие на любителя. Времена нынче другие, и мода особо пышные телеса не приветствует. Советская женщина — это не купчиха или матрона, а полноправный член социалистического общества, отчаянно строящего коммунизм! Тут соответствовать нужно. И выглядеть, как та колхозница, изображённая на статуе при ВДНХ.
Во как образы идеалов меняет время и государственный строй.
Из таких мыслей я и исходил, допрашивая Ратибора про рецепты снадобий, позволяющих быстро скинуть лишний вес. В его арсенале таких снадобий оказалось много, но ассортимент изученных нами трав свёл выбор всего лишь к двум рецептам. И если первый показался мне пугающе эффективным, и я даже представил, как дамы будут взлетать над унитазом, скидывая за бессонные сутки по три — четыре килограмма, то второй потом показался удивительно мягким. По сути, всего лишь сильное слабительное с эффектом, разжижающим жировые прослойки.
Оказывается, даже магия и зелья не могут попросту сжигать благостно накопленные жировые отложения у неодарённых. Только выводить их естественным путём.
Зинаида Марковна меня встретила радушной улыбкой, почти, как родного.
— Сашенька, я всё продала, и мои знакомые ещё просят, — наливая мне вполне приличный чай, что для их семьи вовсе не свойственно, сладко вещала она, — Надеюсь, у тебя что-то есть?
— Есть, как не быть. Сорок восемь баночек привёз, но они разные. Одни, как прошлые, а вторые посильней будут, но там и эффект дольше себя покажет, — соврал я на голубом глазу.
Первые, да, почти такие же, как раньше, а вторые лишь ненамного сильней, всего-то раза в полтора, если оценивать их по вливаемой Силе на конечном этапе. Но, они сильней, и это факт!
— Цены те же?
— Конечно нет. За те, где фломастером две галочки поставлено, просите пятьдесят рублей, с их продажи ваших комиссионных уже десять рублей будет, — попробовал я едва сладкое еврейское печенье, — И есть у меня новинка. Дюжина бутылочек, каждая из которых позволит сбросить килограмм веса, и это — как минимум. Но принимать их лучше в выходные с утра, и далеко от туалета не отходить. Причём, приём больше двух подряд крайне не советую. Обезвоживание может начаться, со всеми вытекающими обстоятельствами.
И напрасно я надеялся, что с матушкой смогу отойти простым разговором.
Начала она со сватовства. Сильно расхваливала какую-то девицу, из городских, которая точно к жизни в лесу окажется не пригодна.
— Мам, у меня уже есть девушка. Ну, я так думаю, — остановил я её, — Если хочешь, поехали со мной, я вас познакомлю. Но насчёт свадьбы у нас пока не точно.
Глава 17
Цель
Поездка в Свердловск, кроме денег и перспектив, дополнилась парой писем от моих сослуживцев, которые до сих пор там — «за речкой». Было и ещё одно, уже в обычном конверте, из Красноуфимска, где сейчас после ранения отдыхает мой бывший заместитель по отделению.
Вот тут-то у меня и закрутились в голове шестерёнки. Да что там закрутились, заклацали и рванули, как одержимые, визжа несмазанными осями!
Афган и снадобья!
— Ратибор, подъём! — зычно скомандовал я, словно дежурный по роте, объявляющий побудку.
— «Чего расшумелся?» — явно переигрывая, закряхтел недодруид, изображая из себя полусонного, что вряд ли, — «Дурная муха под хвост укусила?»
— Отставить шуточки! Давай, в темпе выкладывай, что можно сделать для воинов из наших трав! Нужно быстро и много!
— «Много ты пока не осилишь», — попытался старый умерить мою прыть.
— Значит будем варить то, что осилю, и то, что меня может подстегнуть работать через силу. Буду пить, блевать, но делать! Говори! Мазь на раны, зелья на бодрость и выносливость, что-нибудь ещё, заживляющее или кровеостанавливающее.
— «Хм… Наших сборов тогда не хватит. Нужна свежая кровохлёбка, подорожник, крапива, пастушья сумка и тысячелистник», — добросовестно перечислил наставник список того, чего у нас нет, — «И какая-то жировая основа для мази, лучше, с уже имеющимся эффектом заживления или антивоспалительными свойствами. Мы её усилим».
— Понял, но тут лучше у врача спросить. Я в этом деле шарю лишь в пределах штатной солдатской аптечки, ну, и в госпитале чуть нахватался. Что-то ещё нужно?
— «Озаботься топливом для своей плиты. Оно не должно закончиться внезапно».
Вовремя он это сказал. У Вована в уличном шкафчике два баллона под газ, и он мне сам сказал, что один уже пустой. Это дело нужно срочно поправить, а заодно выяснить, что в районной аптеке под основу для мази подойдёт.
Закинул в УАЗ пустой баллон и поехал в райцентр. Для начала, в больницу к Ирине. Мне нужна консультация с врачом.
— Левомеколь, а то и просто вазелин, — выслушав меня, подсказала она подходящие основы, — Можешь глицерин попробовать.
— Вазелин… — тут же вспомнил я маленькие плоские жестяные баночки, сантиметра четыре в диаметре, для которых у каждого бойца всегда найдётся место.
Если он подойдёт, то наша проблема с тарой для мази идеально решится сама собой.
Похоже, Ирина готова была ещё немного поговорить, но у меня уже загорелось… В аптеку, срочно!
Провизорша районной аптеки, полная дама лет за сорок, меня откуда-то знает. Впрочем, всё стало понятно, едва мы начали говорить.
— Александр Сергеевич, а правду говорят, что вы травник? — певучим голосом, более свойственным жителям юга, поинтересовалась она, пока я разглядывал скудный ассортимент мазей.
— Правду, — кивнул я, собираясь начать покупки.
— И ту мазь, что женщин омолаживает, вы изготовили? — широко открыла она и без того большие глаза.
Пару раз я шлёпнул губами, словно собирался изобразить аквариумную рыбу — телескоп, но потом понял — это шанс!
— И это правда.
— А можно мне…
— Но мы же поможем друг другу? Видите ли, дело в том, что я — воин — «афганец». Орденоносец. Меня комиссовали после тяжёлого ранения. Но сейчас в Красноуфимск приехал мой соратник, и он тоже после ранения, но лёгкого. Вот и есть у меня желание отправить с ним парням партию снадобий, которые им помогут, а может, и жизнь спасут. Вы же мне поможете? А я, в свою очередь, в следующий раз обязательно завезу вам баночку своего средства. Скажем, послезавтра?
— Что от меня нужно? — спросила мадам, давая понять, что она готова к конструктивному диалогу.
Ну, я и озвучил. Я думал, что глаза провизорши после моего бесстыдного хвастовства шире уже не откроются — ошибался. Я не только сумел впечатлить селянку, но и удивил размерами заказа.
— Столько у меня нет! Но погодите… Я сейчас позвоню на базу, в Красноуфимск. У вас же будет ещё одно такое же снадобье для моей подруги? Она заведующая на базе.
