Громов. Хозяин теней. 7 (СИ) - Демина Карина

Тьма задумалась, потом снова сменила форму. Её тело превратилось в клубок тончайших нитей, даже не волосы, а что-то совсем уж странное. И нить пробила кожу, дотянувшись до ближайшей капли, которую мгновенно впитала в себя.

Может.

Но дальше что?

Так… а если ещё одну? Участок очистить?

Тьма подчинилась. Её волосовидные щупальца тотчас протянулись к каплям, жадно вбирая одну за другой.

— Долго, — пожаловалась она.

Ага.

А ещё мы освободили крохотный, с пятачок, участок. И… да, в отражении что-то изменилось. Точнее начало изменяться. На месте тёмных пятен возникли полости. Во всяком случае это походило именно на полости. Но вот в самую первую начало просачиваться… сила?

Дар?

Так, похоже на то. Камень тоже может зарастать, только медленно. Очень.

Чтоб.

Я прикинул.

В теории эти капли Тьма может вытянуть, но… нет, вот и другая полость начала заполняться, но снова кромешной силой. Хотя и много медленней. Так, будто и не больно-то ей хочется заполнять каверну, но пустота затягивает. То есть, сила перераспределяется? Так… а откуда она берется? И что будет, если её сжечь?

Думаем, Громов.

Голова, она дана не только, чтобы в неё есть.

Белая дрянь в банке, как я видел, вызывает выброс энергии, но именно тёмной. И это будет лишним. Что-то подсказывает, что это как в костер бензинчика плеснуть. Весело и нарядно, но с непредсказуемым результатом.

Нам же надо иное.

Во-первых, капель в Демидове много. Вычищать из по одной замаемся, речь идёт не о тысячах даже, тут десятки тысяч или сотни. Справится ли Тьма?

Я уловил сомнения. Нет, сожрать она сожрёт, готова даже сейчас, но вместе с Юркой Демидовым. А это не совсем тот результат, на который Татьяна рассчитывает. Надо… надо логично. А логично — это по науке. Как там мой дар выглядел в чудо-шарике? И Демидовский тоже должен быть похожим. Стоило подумать, и картинка начала меняться. Силуэт человека поблёк, отступая на задний план. Ага, зато вот появились знакомый уже то ли шар, то ли клубок.

Точно, клубок. Будто толстые шерстяные нитки намотали туго-туго. Часть их из клубка выныривает, чтобы раскинуться новыми ветвями, а от них уже другие отходят, ещё тоньше. И это не на дерево похоже, а на солнце, пожалуй? Сходство отдалённое, просто у дерева ствол есть, а тут эти нитки-ветки-протуберанцы во все стороны одинаково торчат.

Главное даже не это.

Я проморгался.

Ага. Так и есть — она движется. В смысле, сила или из чего эта хрень состоит. В данном случае из камня, поскольку ощущения именно такие, но этот камень подвижный.

Текучий.

Ну, в звёздах чего только не бывает. Главное, что он есть. Только движение неправильное. Главное, я его впервые в жизни вижу, но жопой чую, что не должна сила бултыхаться, как вода в болоте. То в одну сторону начнёт заворачиваться, но тяжко, натужно и, не сумев толком завернуться, застывает, порождая движение в другом месте, но тоже вялое, бессильное. А ещё внутри клубка проросла чёрная дрянь, которая тоже не совсем капли, а… да, будто в камне заперли другую силу.

Чуждую.

Так… а если сместить взгляд? И главное снова же получается, правда не у меня, а у Тьмы, которой тоже любопытно. И теперь мы оба видим, что кромешная сила действительно живёт внутри Демидова, свилась своим клубком, правда, каким-то зыбким, неполноценным, словно скатанным из драных нитей. Или точнее из пустых?

Если прищуриться и присмотреться то видно, что нити — это как бы трубочки, только из камня, ага, текучего и жидкого, и вот внутри них другой, тоже текучий и жидкий. А на поверхности трубочек — чёрные пятнышки, точно язвы, которые и внутрь пробираются, и разносятся этой системой по всему телу. И обе картинки, наконец, стыкуются в одну.

Блин, прям картинка с плаката о вредном холестерине и полезном здоровом образе жизни. Ну, последний тут рекомендовать поздно, но сходство интересное.

— Жрать? — осведомилась Тьма.

— Погоди. Всё бы тебе жрать да жрать. Это не всегда может решить проблему.

Итак, допустим, это система. То есть, без допустим. Система. Замкнутая? Не совсем, потому что силу маги черпают извне. Это я уже усвоил.

Черпают и накапливают внутри клубка.

В норме.

А вот когда магию творят, то силу выбрасывают. По трубочкам-каналам. И вот этот бедолага выбросить выбросил, чем создал внутри себя, грубо выражаясь, пустоту. Отрицательное давление. И отключился. А организм, которому не хотелось помирать, заполнил пустоту тем, что под руку подвернулось. Поскольку же всё происходило в зоне прорыва, то подвернулось не совсем то, что нужно. В норме, подозреваю, должны быть какие-то фильтры, иначе бы дарники не выжили. Хватануть чужой силы легко. Но не хватают.

И значит, теория верна?

Ладно, про это у Николя спрошу.

Он, к слову, что-то такое и говорил. Но Демидовы вычерпал себя до дна, значит, и защитные системы могли отключиться? Похоже на правду.

И что из этого следует?

— Жрать! — у Тьмы имелось своё мнение. И кажется, наша глубоко мирная жизнь начинала её нервировать.

— Да, пожалуй, только замаешься. Надо как-то…

Хорошо.

Хватануть Демидов хватанул. Но почему организм не избавился? Тоже должны быть способы. Дарники ведь и на ту сторону хаживают, да и та сторона сюда заглядывает на регулярной, можно сказать, основе. Следовательно, не может такого быть, чтоб не случалось им заразы этой подобрать.

То есть, и тут тело должно было…

Так. А если они сами? Дрянь была. Тело стало брать нормальную энергию и… не справилось? Или дело в том, что дар заблокировали? Заблокировали, стало быть, отрезали сам контакт его с миром.

Охренеть, какой я умный.

Ну, наверное.

Но ведь похоже? Вот смотрю, как каменная сила медленно просачивается, заполняя каверны. Да, тьма тоже, но медленней.

А ведь…

Её же здесь нет, кромешной энергии. Вовне. Даром что ли мы этот госпиталь от погани всякой избавляли? И то, что вытягивает Тьма, заменить нечем? То есть пока есть чем, потому что в Демидове её поднакопилось. На пару полостей хватит. А вот если их станет больше? И вообще, если ускорить?

— Так, — я поглядел на Тьму, которая растянулась на постели. — Ставить эксперименты на людях нехорошо, но интересно. Пойдём, спросим, что ли, разрешения?

Если я прав, то давать белое зелье Демидову нельзя. В нём сила кромешного мира, а это скорее катализатор для тьмы. Нам же надо наоборот.

— Извините, — я вовремя вспомнил, что приличные люди стучатся. И постучал. — А можно у вас спросить?

— Смотря что, — Серафима Ивановна передала кружку Тимохе. — Мы решили чаю попить. Не составите компанию?

— Не-а… скажите, а вы говорили, что дар заблокировали. Так? А когда?

— Практически сразу.

Ага.

И о чём это говорит?

Ни о чём.

— Прорыв был большим, — Серафима Ивановна сложила руки на коленях. — И как только стало известно о трагедии, Демидовы подняли и гвардию, и в Синод обратились, к Охотникам. Одни бы мы не справились. И завалы вскрывали вместе.

Говорила она тоже очень спокойно, только медленно, словно через силу.

— Когда Юру извлекли, он был без сознания, — пальцы левой руки дрогнули. — Его даже сочли мёртвым, но потом поняли, что он жив. Доставили в госпиталь. Целитель пытался вытащить, но Юру переполняла кромешная сила.

Переполняла?

Я бы не сказал. Напротив, это вот силы в нём немного.

— И она отторгала целительскую. Более того, любое вмешательство причиняло боль. И Юра кричал… а потом вовсе случился всплеск. Тёмный всплеск.

Что логично при переизбытке силы.

Ну, как по мне логично.

— И тогда силу заблокировали?

— Чуть позже. После выброса его источник начал оживать, но при этом он скорее мешал выздоровлению, отторгая целительскую силу.

Что тоже логично.

Куда ему ещё и третью.

— А потом Юре стало ещё хуже. Началась лихорадка. Он терял сознание. И в забытьи его мучали кошмары. Он кричал. Он так кричал… — Серафима Ивановна отвернулась. — Выбросы продолжались. То слабые, то сильные. И пострадали люди. Нет, не до смерти, но… и не от кромешной, от собственной его. Он едва не разрушил госпиталь.