— Действительно…
— Кто-то есть. Или тот, кто организовал их. Или тот, кто перехватил управление, направил и теперь заставляет работать…
— Гранд-Мастер?
— Красиво звучит…
— И стоит он, надо полагать, высоко…
— Очень высоко. Артефакты церковные не сами собой пропадать начали. Да и… — я замолчал, вздохнул и добавил. — Речь даже не о тех, которые на кладбище не попали. Это мелочь…
Карп Евстратович не торопил. Вот золотой человек. И слушать умеет.
— А вот то «Перо», которое нас едва не уничтожило — это уже не мелочь. И…
И твари небесные, и мёртвый ангел из моего видения.
— В общем, кто бы это ни был, оно точно сидит высоко. Очень высоко. Так, что можем и надорваться, дотягиваясь…
— Это всегда, — Карп Евстратович точно не испугался, а вот пуговицу дёрнул. Та и оторвалась. — Извините, Савелий, нервы… хуже, что тянуть не за что…
— Ну… тут как посмотреть. С живыми-то да, что людями, что нелюдями, не вышло. Зато есть мёртвые. Думаю, они не откажутся поговорить.
Очень, во всяком случае, на это надеюсь.
И не только я.
Карп Евстратович кивнул. Вздохнул и произнёс:
— Моя супруга сказала, что если я вздумаю помереть, то домой могу не возвращаться.
В местных реалиях шуточка прозвучала, мягко говоря, своеобразно.
— Тогда, — я криво усмехнулся. — Попытаемся выжить…
Карп Евстратович ушёл, притворив за собой дверь, а я вот остался. Сидел. Думал. Пытался, потому что мысли снова сделались тугими и вязкими. В сон потянуло, но я из чистого упрямства просто сидел, пялился вот в окно, затянувшееся то ли пылью, то ли гарью.
Обрывки мыслей крутились в голове.
И так-то… погано было.
Просто погано.
— А теперь, — тихий голос Тимохи заставил вздрогнуть. — Будь добр, объясни, что тут вообще происходит…
Конец 7 книги
