— Я встречу их, — хлопнул я по плечу Григория.
Он поклонился мне и вернулся в дом. Я же к этому времени спустился с крыльца и подошёл к новенькой «Ладе. Лисице», из которой выходили Леонид, Архон, Телец и Баха. Наш целитель утром заехал в больницу Резановых и притащил с собой в квартал выздоровевших пациентов.
— Здорова, народ! — помахал я рукой. — Обновка?
Взглядом я указал на машину. Леонид заулыбался и ответил:
— Вчера купили, взамен прошлой. Привет.
Прошлой? Которая у них была до того инцидента, когда группа Леонида едва ли не полегла в Проклятых Землях, а затем Агате потребовались деньги?
До сих пор удивляюсь и радуюсь, что Вавилова не продала квартиру в тот момент. За приемлемые деньги не нашла покупателей, а вдвое ниже рынка не стала сразу «скидывать».
И всё-таки, когда он машину купить успел, если по пациентам постоянно бегает? Агата купила, что ли, пока муж занят? Или через глобал?
Ладно, неважно…
Сейчас любопытно другое: чего это Артём так глаза отводит? Рассказали ему уже ребята о наших вчерашних посиделках?
Я поздоровался с Бахой и Тёмой, после чего уставился на последнего.
— Ну? — хмыкнул я. — Как ты?
— Нормально, — отозвался он. А затем набрал полную грудь воздуха и изрёк: — Отойдём? Поговорить надо.
Глава 19
Главный штаб Московского отделения ОКЖ. Кабинет дежурных аналитиков.
Один из компьютеров пиликнул, а затем ровным тоном произнёс:
— Объявлена война.
Прапорщик Карапузов отложил в сторону недоеденный беляш и принялся неспешно вытирать руки о салфетку.
Компьютер пиликнул снова, и тот же голос безэмоционально повторил:
— Объявлена война.
Прапорщик напрягся и поспешил к компьютеру. Его коллега, оторвавшись от поедания хинкали, уставился на широкую спину Карапузова.
— Что там, Сём? — спросил он, не вставая с места. Мог себе позволить — пусть начинал этот мужчина службу одновременно с Карапузовым, недавно за «особый вклад в дело Жандармерии» он получил ещё одну звезду. И теперь он — старший прапорщик Малышев.
Карапузов обернулся и удивлённо произнёс:
— Прикинь, два личных дворянина войну объявили дворянскому роду.
Малышев удивлённо хлопнул ресницами и выдал:
— Они совсем дурные, что ли? Они ж и полдня не протянут!
— Ага, — хмыкнул Карапузов, пару раз кликнув мышью и сделав нужные пометки. Он уж было хотел вернуться к обеду, оставив полное оформление инцидента на потом, однако же что-то внутри него звякнуло, и мужчина снова повернулся к экрану.
— Бородин… Секачёв… — пробормотал он, а затем звонко хлопнул себя по лбу и выпалил: — Да это ж наши бывшие! Подполковник и майор!
Карапузов снова уставился на своего коллегу. Малышев же, покончив с хинкали, вытер руки и встал из-за стола.
— А вот это ещё интереснее, — произнёс он, направившись к компьютеру, — нужно подготовить отчёт.
— Ага, — кивнул Карапузов.
Оба дежурных знали, что те, кто покинул службу в ОКЖ, находятся под пристальным контролем бывших коллег. Затягивать с отчётом явно не стоит.
— Они оба вроде сильные были, — припомнил слухи Карапузов. — Может, выиграют?
Малышев оторвался от заполнения бумаг и посмотрел на друга с явным состраданием во взгляде.
— Вот поэтому, Сёма, ты до сих пор обычный прапорщик, а не старший. Головой нужно думать! И что, что сильные? Один в поле не воин. А у дворянских родов и своих силачей хватает. Пиши давай. Через полдня война кончится. Нам к этому времени нужно будет понимание иметь, как всё дальше оформлять.
* * *
Личный дворянин Бородин объявил войну дворянскому роду Колпинских. Официальная причина конфликта более чем достойная: похищение и удержание Слуги Бородина и принуждение его отказаться от Служения Господина. С точки зрения закона — к такой причине и не придраться.
Вслед за Алексеем Михайловичем Бородиным войну Колпинским объявил и другой личный дворянин — Секачёв Геннадий Сергеевич. Здесь тоже вопросов со стороны ОКЖ быть не должно — «поддержка дружественного аристократа», в нашем случае, более чем весомый аргумент для вступления в войну.
В общем, всё официально.
И вполне на официальных основаниях моя Первая Дружина — Кабан и его «Слуги», а также Бородин с несколькими бойцами, которых уговорили подписать временный договор Служения с ним — сейчас едет к основному имению рода Колпинских. На нашей стороне три Иерарха. Впечатляющая сила, с которой явно не готов столкнуться враг. И пусть один из Иерархов — десятник Харченко — всего лишь недавно взял новый ранг, Колпинским от этого легче не будет. Ведь даже простенькие заклинания в исполнении Иерарха бьют гораздо больнее, чем те же заклинания, но выполненные Адептом.
Сами же Колпинские против этой могучей троицы сразу смогут выставить лишь одного Иерарха — глава рода явно будет защищать свой дом до последнего, надеясь на чудо и своих ратников. Но ведь и у меня не одни лишь Иерархи идут в бой. Там ещё бывшие спецназовцы, которые ещё совсем недавно выполняли сложнейшие задачи ОКЖ. Их боевой опыт вполне свежий. В отличие от боевого опыта ратников Колпинских, которые в последние годы только учения и проводили.
Ну и остальные у меня бойцы тоже молодцы.
Так что я мог бы вообще не вмешиваться в эту войну лично.
Но!
Местоположение тревожной кнопки показало, что Васю держат не в главном особняке рода. А в отдельной усадьбе за городом. Охраны там явно меньше, и взять её штурмом было бы проще. Однако тогда война затянется — враг оценит нашу мощь, выдернет своего Магистра из отпуска, может быть, наймёт ещё бойцов… А я рассчитываю принудить Колпинских к выгодному для меня миру за несколько часов. И поэтому основной ударный кулак должен сразу штурмовать их главное имение.
Колпинские не ждут такого от личного дворянина Бородина, за что и поплатятся.
Однако же, поняв, что проигрывает, глава рода Игорь Игоревич Колпинский, скорее всего, решит использовать Васю в качестве живого щита.
Вот и получается, что одновременно нужно штурмовать и родовое гнездо, и усадьбу.
Задействовать ещё больше сил?
Можно…
Но зачем?
Этим конфликтом в дальнейшем будут интересоваться более сильные мои враги. Так что не стоит им показывать сразу всех своих могучих воинов.
Пусть думают, что я использовал лишь одного умелого скрытника.
А может, и вообще придут к выводу, что я «занял» Кота у рода Резановых и выдал его за Слугу Бородина. Никто ничего не докажет… зато потенциальный враг успокоит себя выгодными для меня домыслами.
Примерно с этой мыслью я и решил поучаствовать в этой войне.
Хотя…
Ладно, главной причиной было то, что я лично хотел убедиться в том, что Вася случайным образом не погибнет во время своего спасения.
От размышлений меня отвлёк скрип тормозов. Я качнулся вперёд и прикрыл лицо руками, чтобы не удариться о торпедо автомобиля. Однако же ремни безопасности выдержали — натянулись до предела в самый последний момент.
— Прошу прощения, Александр Ярославович, — беззаботно улыбнулась мне сидевшая за рулём девушка. Она была облачена в спортивные штаны и футболку с коротким рукавом. Спортивная фигура, густая белокурая шевелюра и несколько ярких веснушек на гладком лице. Пожалуй, какая-нибудь бабулька-простолюдинка, увидев эту девушку, не поверила бы, что Олеся Ивановна родила всего лишь два с половиной месяца назад — уж очень свежо она выглядит.
Но чего ещё ждать от сильной дважды одарённой, внутри которой бурлит мана? Олеся Бородина года через два, а то и раньше, вполне может стать Иерархом. И тогда по суммарной мощи и запасу энергии она даже обгонит своего мужа.
— Ничего страшного, — ответил я. — Но будь всё-таки поаккуратнее.
— Хорошо! — отозвалась молодая мать и, едва загорелся зелёный, ввалила газ.
Да уж… как тут говорят: «Муж да жена — одна душа». Или «Жена да муж — змея да уж»… Или…
