Политическое устройство у них, как я понял, тоже напоминало наш Новгород, то есть они являлись олигархической республикой. Высшую власть имел Совет из десяти Старейшин. Избирались туда только знатные землевладельцы, кораблестроители и торговцы. Исполнительную власть они отдавали двум суффетам, избираемым ежегодно. Судя по тому, что я смог узнать, одного из них всегда выдвигали крупные землевладельцы, а второго — торговцы и корабелы.
Элементы демократии там тоже были, в случаях, когда «половинчатые» ветви власти не могли договориться или исполнительная власть вдруг сходилась в жёстком клинче с Советом Старейшин, а такое случалось не так редко, как можно подумать, для разрешения конфликта обращались к Народному Собранию.
Почему мне пришлось во всё это вникать? Да потому, что оно самым прямым образом отразилось на военном деле. Торговцы более всего были заинтересованы в развитии не только частного, но и государственного флота, который боролся с пиратами, блокировал вражеские порты и помогал захватывать новые земли. При этом служили на флоте исключительно свободные граждане, а вот гребцами ставили рабов и преступников, так что рассчитывать на них во время сражений не приходилось.
Землевладельцы же в первую очередь заботились об армии, которую комплектовали исключительно из наёмников. Вот и Диомед Фиванец был из таких, хоть он и смог быстро получить гражданство. Кстати, пока наниматель мог щедро и своевременно платить, вопросов с лояльностью «продавцов мечей» не возникало. А Карфаген был весьма состоятелен, ведь он сумел закрепить за собой эксклюзивные права не только на торговлю сицилийским зерном, оливковым маслом, оливками и самородной серой, но и на знаменитые иберийские клинки из отличной стали, на тамошнюю медь и олово. А главное, пунийцы контролировали торговлю оловом с Альбионом, который ещё не называли туманным.
А несмотря на то, что этот мир давно познакомился с железом и сталью, спрос на качественную бронзу был весьма высок, я это понял ещё в первый год пребывания здесь. Ведь сломавшуюся железную деталь надо перековывать, часто теряя от трети до половины металла, да и кузнец есть далеко не в каждой деревне. Мало этого, кузнецам требовалось доводить железо до жёлтого и даже белого каления, чего не во всякой печи добьёшься, а вот оловянную бронзу расплавить легче, температура нужна на 150–200 градусов ниже.
И отлить её заново можно без больших потерь, поэтому бронза и продолжала цениться достаточно высоко. А с недавних пор в державе Александра Великого из неё начали чеканить халки, что ещё больше увеличилось доходы торговцев оловом.
Внимание, вопрос на засыпку: как вы думаете, ушлые пунийцы стали продавать только слитки олова? Или хотя бы бронзы? Правильно, возьмите с полки пирожок за догадливость! Разумеется, именно у них были самые большие мастерские по бронзовому литью. Чего там только не изготавливали! Полированные бронзовые зеркала, посуда, подсвечники, обручи и — с недавних пор — пуговицы, маленькие ножички и женские заколки, небольшие статуи и корабельные тараны…
Именно поэтому, когда суффеты наконец-то договорились с Советом Старейшин о том, сколько тратить денег и на что именно, размещённый ими заказ на отливку пушек выполнялся рекордными темпами.
А договориться было непросто! Одни требовали делать большие пушки для защиты городов и крепостей, другие — пушки поменьше для размещения их на кораблях, а третьи желали получить совсем маленькие, почти игрушечные пушечки вплоть до аналогов мушкетов, чтобы их можно возить во вьюках.
Конечного количества заказанных изделий я не знал, но, судя по тому, как на меня начали давить, требуя ускорить производство пороха, гранат и прочего огнестрела, темпы здешних «новгородцев» существенно превышали наши.
Об этом я и решил поговорить на сегодняшнем собрании «лиц, принимающих решения».
* * *
— Прежде, чем мы начнём, советую всем попробовать настой из дааматской ягоды! — громко предложил гостям мой дедушка. — Не смотрите на его странный цвет, напоминающий рябину[5], вкус совершенно другой. Приятная кислинка, и очень бодрит. Пейте, говорю, дорогие, пока мой внук с его жёнами и учениками эту ягоду на свою чёрную смолу не перевёл.
* * *
[5] Да, в Армении растёт рябина, айастанский сорт. Автор подозревает, что в описываемый период могли расти и другие сорта, которые сегодня встречаются лишь севернее.
* * *
Мне оставалось только тихо улыбнуться. Началось всё с того, что аравийские купцы, прослышав о моей любви к разным отварам, настойкам и наливкам, привезли пару мешков сушёной дааматской ягоды.
Цвет у неё был настораживающе-оранжевый, заваривали её целиком и ценили за тонизирующее действие. К хорошему подарку всегда прилагается история, поэтому купцы поведали, что некоторые племена Даамата толкут эту ягоду в порошок, смешивают с бараньим жиром и берут с собой в дальние путешествия, как очень сытный и бодрящий продукт.
Я этот отвар попробовал, счёл приятным и вежливо поблагодарил. И только недели через полторы после их отбытия, испив очередную порцию бодрящего «компотика», начал рассматривать гущу. Как потом с юмором рассказывали София и Розочка, от моего вопля содрогнулись даже скалы, служащие стенами нашему жилью.
Вам смешно? Интересно, а вы бы на моём месте сдержались и не заорали? Простите, но не верю! Сколько лет я тут скучаю по нормальному кофе, заменяя его желудёвым экстрактом, и вдруг… Прямо у себя под носом вижу хорошо узнаваемые по форме половинки кофейного зерна.
Разумеется, я затребовал немедленно притащить сюда «дааматскую ягоду», трясущимися от нетерпения руками начал выколупывать наружу зеленоватые зерна… Кстати, получалось примерно один к пяти по весу… Работа в тот день была послана подальше. Я лихорадочно отмывал зерна от остатков ягодной мякоти, сушил их, потом жарил и молол… Благо, джезвы у меня были под рукой, я в них раньше желудевый напиток варил. Так что теперь я при кофе. Оценили его немногие, если честно. Горько им видите ли! Есть даже консерваторы, которые продолжают потреблять напиток из желудей. Но многие пьют его хотя бы потому, что «это новый любимый напиток Наместника».
Разумеется, нашим запасам ничего не грозит, голуби с заказом на поставки ягоды в Даамат улетели тем же вечером, так что сейчас я даже ликёр из «дааматской ягоды» продаю. Но дедушка у меня любит пошутить.
* * *
— Ситуация сложилась настолько странная, что описать её без множества «но» просто невозможно! — перешёл я к теме совещания. — На суше войско Александра намного сильнее, и сам он — великий полководец, но пунийцев защищают пустыни, перейти их большим войском невозможно, а малое пунийцы разобьют.
Принц Ашот, начальник Патруля и Леонид молча кивнули, остальные просто продолжили слушать.
— Войско можно перевезти на кораблях, однако пока флот Карфагена пока в разы превосходит флот Неарха. Они просто перетопят и сожгут корабли вместе с войсками и припасом.
Я сделал глоток кофе и продолжил:
— Через год-другой нужное количество кораблей построят, но к этому времени в Карфагене отольют столько пушек и изготовят столько пороха, что опять же, есть серьёзные сомнения в победе флота царя Александра.
— Наши пушки лучше! — проворчал дед.
— Верно, стальные стволы позволяют нашим орудиям стрелять быстрее, точнее и дальше. Но вот беда — делаем мы их мало, и быстро нарастить выпуск не сможем. Мало нужных станков и мало хороших мастеров. Людей учить и отбирать долго…
И станкостроение в этом мире — не самая развитая отрасль. Мы полагались на помощь Деловых домов Вавилона, но оказалось, что большинство их мастеров способно делать только станки попроще, чем нужно для изготовления оружейных стволов.
