Медоед 9 (СИ) - Гудвин Макс

— Отлично, сигнал есть. Тогда проходите, — он кивнул в сторону дальней стены, отделённой от этого сектора стеклом. А за стеклом угадывался полигон с укрытиями и лестницами, возвышенностями и углублениями, имитирующими окопы.

— Начнём с простого, — выдал Ли. — Ваша задача — победить любым способом. Наши машины будут учиться.

— А они не обучатся так, что потом меня убьют? — спросил я, глядя на застывших кукол.

Ли улыбнулся шире.

— Для этого мы и проводим испытания, мистер Калинин. Чтобы они научились побеждать любого. Но вы можете не волноваться — операторы рядом, если что, мы остановим испытания. Первые схватки будут управляться пилотами, и чем дольше система будет смотреть на вас, тем больше автономии мы будем им давать.

В стене была дверь, на которой был нарисован восклицательный знак в жёлтом треугольнике. У двери тоже стоял человек в белом у стойки с огнетушителями. Он любезно открыл мне дверь, впуская меня на полигон. По ощущениям, тут было квадратов четыреста, не меньше, и высокие-высокие потолки. Большая площадь, словно школьный спортзал, пока ты учишься в первом классе.

— Вам нужно время, чтобы изучить местность? — спросили у меня в шлеме.

— Мне нужно время, чтобы изучить местность, — повторил я и легко побежал.

Для начала — разогреться и продышаться. Броня и шлем требуют особого настроя организма. И я бежал по полигону, смотря на деревянные кубы и лестницы, на окопы и арки, а под ногами то и дело хрустели шарики. И в какой-то момент нога наступила на кусок винта от дрона. Всё с вами ясно — вы тут по полной развлекаетесь. Местность была чужая, и потому я просто отошёл в дальний край, произнеся:

— Я готов.

— Мистер Калинин, внимание, прототип запущен, — произнесло пространство, а дверь впереди хлопнула. И я взобрался на ступенчатый короб в углу, чтобы сквозь мушку и целик найти «машину».

Он заходил, не прячась, держа АК перед собой, а на глаза его безэмоционального лица надели ударопрочные очки.

И я зажал спуск, выпуская в робота очередь из белых шаров. Эх, из боевого АК было бы практичнее. Сразу вспомнились мои учения с СОБРом. И пространство вокруг оглушила сирена.

— Хорошо, мистер Калинин, смена позиций.

— Не понял, — произнёс я в шлеме.

— Вас просят вернуться на точку старта. Мы называем вход в полигон точкой «А», а стену напротив через полигон — точкой «Б».

— Просят — значит, вернусь… — выдохнул я. И уже «тёплый» пошёл туда, куда меня просили прибыть.

Если так будет всё время, ваши роботы будут отлично ходить с вальяжной ментовской походкой.

И вот я вышел в дверь. А мне навстречу шли две куклы, которых впустили на полигон, и они сразу затерялись в джунглях полигона.

— Начало через десять, девять, восемь, семь… — начали отсчёт в моём шлеме, а дверь уже открывалась для меня.

И по гудку сирены я вбежал на полигон, услышав щелчок привода, и нагнулся, потому что шары уже стрекотали над моей головой. А, с-сука, быстро учитесь. Один выставился снайпером, а другой?

И я выглянул из-за блока, пытаясь разглядеть снайпера. Благо зелёнки тут не было, непонятных размытых структур тоже, а чёрная кепка и чёрный камуфляж были видны. И он стоял там же, где стоял и я в прошлый раз. И я спрятался за укрытие, но только чтобы присесть и выглянуть уже с другого «этажа» и разрядить в куклу шары. И она опустила АК, подняв правую руку, и замерла.

Интересно, они общаются о том, где противник? Естественно, общаются… С этими мыслями я побежал в обратную сторону, также в полуприседе, чтобы не быть замеченным. И, находясь уже в углу здания, я нашёл арочку и сел в неё так, чтобы видеть мою предыдущую позицию. И ожидаемо андроид вышел на неё, показавшись из-за укрытия, двигаясь пригнувшись.

Отлично, один видит — все учатся. Выучите-ка и это. И я зажал спуск, посылая в голову робота облако шаров.

И снова сирена оглушила пространство полигона.

— Прибудьте на точку «Б» и ожидайте сигнала, — распорядились мной.

И я легко побежал в сторону противоположной стены.

— Внимание, мистер Калинин, вам противостоят три прототипа!

— Да хоть тридцать три, — произнёс я.

— Простите, но у нас столько нет. Но будет, потому что ОЗЛ запросил для защиты своих объектов большую партию, — сообщил мне Ли.

Вот мы значит как вопрос некомплекта решаем — роботами. Ну что ж. Андроид не напьётся, не заведёт себе гарем, не дрогнет, когда надо будет убить кого-то, кого живой бы ликвидатор помиловал. Он будет вежлив и улыбчив, и уж точно хер на стол контролёру не положит.

Заняв позицию снайпера у противоположной стены, я ждал. И снова сирена огласила начало нашего поединка. И что я увидел? Дверь хлопнула, а спереди донёсся лишь топот трёх пар ног, и ни одной головы на выпрямленной спине.

Какую тактику могут применять машины? Чего мне ждать? Я не знал, но точно нельзя было оставаться тут, на лестнице, и я сошёл с неё и быстрым шагом пошёл направо.

И, заняв позицию в углу полигона в приседе, стал контролировать сектор. И вдруг из-за угла высунулась голова, и я зажал спуск, но голова вовремя убралась. И я не попал. А через мгновение появилась уже снизу, с другого «этажа», и уже андроид зажимал спуск, «делясь» со мной шарами. Пришлось уйти с линии атаки, спрятаться обратно и для проформы я посмотрел в другую сторону. А там, ко мне уже бежал другой чёрный человечек. И, увидев, что я вижу, он тоже спрятался за укрытием и тоже выглянул снизу, но я его там уже ждал, стреляя на упреждение — если честно, то зная, что он так сделает.

Скопируйте это, железяки! Человеческая интуиция и творчество — это то, чего вам у нас не отнять. Как вы никогда не замените великих художников, композиторов, писателей. Да, вы сможете скопировать, но чем вы отличаетесь от принтера, делающего чёрно-белую копию? Ничем. Вы и есть принтер. И, услышав шаги справа, я высунул лишь автомат в прежнюю линию обстрела и зажал спуск — по-самолийски, ориентируясь лишь на боевой опыт и на знание, что там бегут. И в какой-то момент я услышал, что сдетонировал запал гранаты, а в моё удобное укрытие из уголка из спрессованных опилок прилетела страйкбольная граната. Я пнул её ногой в сторону противника, а сам высунулся с другой стороны и сделал рывок туда, где я поразил по-сомалийски первого штурмовика. И, скользнув по полу за укрытие, я крался почти бесшумно, обходя автоматчика. Однако он выглянул прямо на меня, стреляя заранее, но и я зажал спуск.

Ощущение того, что шарики бьют по моей броне, донеслось до моего разума, а сирена снова прервала наш поединок. Манекен поднял руку и двинулся на выход.

— Отлично, обоюдная гибель, — произнёс Ли.

— Э, — выдал я. — Откуда он знал, что я там буду?

— Не понял вопроса, — спросил Ли.

— Он стрелял заранее. Я это делаю на основе слышимых шагов. А он как? У него было как минимум два варианта: первый — штурмовать меня в лоб, второй — обойти. И то, что он выбрал обход, я понимаю. Но почему он заранее зажал спуск?

— Хм… — произнёс Ли.

— Я скажу почему, — ответил я. — Они общаются между собой — или пилоты, или машины. Я условно убил двух, но они продолжили собирать про меня информацию. Это не честно.

— В условиях боя у нас может быть спутниковая съёмка или дрон-разведчик, — парировал Ли.

— Вы правда хотите, чтобы я всем убитым мной глаза вырывал? — спросил я. — Вешайте дрон тогда, если у вас такие условия.

— Не понимаю вашего раздражения. Поражение — это понятно, но вы сыграли в ничью, — произнёс Ли.

— Дайте мне боевое оружие и им боевое, и никаких ничьих не будет. В бою убитые не могут обмениваться информацией с живыми, — в ответ произнёс я.

— Это интересное наблюдение. Я попрошу лаборантов отключать погибшим средства передачи информации, но собирать информацию они обязаны.

— Пойдёт. Пусть куколды смотрят, но ничего не трогают, — произнёс я.