Выживала. Том 2 (СИ) - "Arladaar"

Ответом ей, естественно, были громкие крики «ура».

— А сейчас давайте на общефизическую подготовку шагом марш! — строго сказала тренер. — Пожалуй, начнём в лёгком режиме, с обычного бега. Пойдёмте на стадион.

Эх, первая тренировка, тяжёлая и трудная. Особенно после того, как всё лето прошло в развлечениях и обычной беготне. Да ещё и тренер сказала сходу бежать 400 метров. Бежалось, естественно, с трудом, однако душу грело напоминание о том, что уже послезавтра, на целых 2 дня они поедут в дикую местность, в тайгу, на природу…

Потом, в конце занятия, Светлана Владимировна зачитала список вещей, которые нужно взять с собой: рюкзак или сумка, в рюкзаке одеяло, электрический фонарь, спички, походный нож, ложка, чашка, кружка, моток верёвки, бинт, йод, вода во фляжке, Дэта от комаров. Из одежды: осенняя куртка, тёплые штаны, резиновые сапоги, шапка.

— А продовольствие нужно брать? — спросил Егор. — Что с палатками?

— Мы с ребятами решили так: придя на место, будем варить суп в котелке, старшие ребята захватят картошку и суповые пакеты. Вам тогда задание: купить хлеб каждому по булке, можно батон или булочки, конфеты, чай, печенье или пряники. Мы со старшими ребятами захватим четыре палатки. Этого хватит.

Потом, когда список был готов и роздан каждому, Светлана Владимировна сказала, что поедут они послезавтра, на самой первой электричке, которая идёт в 7:27 утра, в среду, 29 июля.

— Приедем 30 июля в четверг, в 18:10. Либо в 21:30. Ничего не забывайте и не опаздывайте! Ждать никого не будем! — строго предупредила тренер. — Завтра занятий не будет. Отдыхайте.

… Родители Женьки известие о том, что ребята из спортивной школы собираются в поход, да ещё с ночёвкой, восприняли весьма неоднозначно.

— Женька, ты что выдумываешь? — недовольно сказала мама. — С какой ещё ночёвкой?

— Ну, мы ночевать будем в тайге, — объяснил Женька. — Просто за один раз там невозможно вернуться. А так-то место там хорошо знакомое.

— Как называется? — с интересом спросил батя.

— От посёлка Мундыбаш тропа до рудника на Тельбесе, — объяснил Женька.

— А… Туда-то можно, — махнул рукой отец. — Был я в Мундыбаше, далековато от города, километров 80–90. Возил туда и продукты, и хлеб. Был и в Тельбесе. Места там, конечно, красивые: тайга, скалистые останцы. Иди, Семён, разрешаем. Надо тебе к походной жизни привыкать.

— Гришка, ты что, в самом деле? — вздохнула мама. — Ну ты посмотри на него! От горшка два вершка! Какой с него походник???

— А я тебе скажу так: очень хороший с него походник и рыбак получится! — неожиданно твёрдо сказал Григорий Тимофеевич. — Такого сына я всегда и хотел! Сколько ходил с ним на рыбалку, всё больше и больше удивляюсь, как много Семён знает и понимает. Надо, чтобы привыкал. Не помнишь, как мы с ребятами на пару-тройку дней в тайгу уходили, и ничего, все живые-здоровые! Ну что, в конце концов, случится-то? С ними же и тренер поедет, и старшие ребята.

Мария Константиновна недовольно махнула рукой, показывая, что хоть и разрешает Женьке ехать в поход, но даёт это разрешение с большим трудом. Она хотела ещё что-то сказать, однако в этот момент бесконечные усилия Анастасии в попытках занять сидячее положение наконец-то увенчались успехом, похоже, первый раз в жизни. Сестра, лежавшая в кровати, ухватившись правой ручонкой за обрешётку, на глазах у родителей и Женьки подняла своё тело и села. Сидела, слегка покачивалась, ворочая головой из стороны в сторону в полном недоумении, как же так получилось, удивляясь открывшейся необычной перспективе. Неожиданно выплюнула пустышку и радостно завизжала, махая руками и ознаменовывая этим самую первую победу над собой… Так и начинаются самые главные и важные победы в жизни человека и в спорте! Победой силы духа над слабостью тела!

…Родители собирали Женьку в поход как на зимовку. Приготовили тёплые штаны, резиновые сапоги с тёплыми носками, майку, рубашку, олимпийку, осеннюю непромокаемую куртку с капюшоном, вязаную шапку и перчатки. Впрочем, Женька с такой экипировкой был полностью согласен: в лес, в тайгу нужно было идти именно так, сразу планируя, что может приключиться какая-нибудь неприятность или ЧП. Даже сейчас, в конце июля, уже погода была не та, что в начале июня, ночами ощутимо холодало, и вскоре должна была произойти глобальная перемена погоды на ту, которая в Сибири бывает в конце лета: прохладные ночи, дождливые дни, ветра…

В спортивную сумку положили плоский электрический фонарик, небольшой складной нож, коробок спичек, завёрнутый в фольгу, небольшой моток верёвки, половину булки хлеба, завёрнутого в газету, пару булочек, кулёк конфет и половинку батона. В матерчатый мешок положили маленькую железную кружку, ложку и чашку и тряпочку для мытья посуды.

— Больше кажется, ничего не надо, — заметил Женька.

— Ну, раз больше ничего не надо, — развёл руками батя. — Впрочем, идёте ненадолго, так что хватит этого.

На следующее утро проснулись раньше обычного: Женьке нужно было успеть на первую электричку. Стараясь не шуметь, позавтракали приготовленной мамой яичницей, собрались и вышли из квартиры. Мария Константиновна стояла с недовольным видом, кажется, всё-таки не хотела отпускать сына ни в какой поход.

Вышли на улицу, а там благодать. Тепло, ветра нет, на небе тусклая серая дымка, и непонятно, какой будет погода. Женька вдруг подумал, что неизвестно, какую обещают погоду на сегодня и завтра, сам он забыл спросить, а родители не напомнили. Но солнца с утра не видно, всё занесло какой-то серой хмарью.

— Ну что, Семёныч, тяжёлая сумка? — с участием спросил Григорий Тимофеевич, глядя на скособочившегося сына.

— Нет, — качнул головой Женька. — Надо самому справляться. В лесу за меня никто ничего таскать не будет.

— Эх, надо бы рюкзак тебе купить, — заявил батя. — Я в Спортсмене видел детские рюкзаки, как раз тебе должны быть по размеру.

Доехали так же, как вчера и позавчера, до привокзальной площади, потом батя проводил Женьку на остановку, где уже скопилась масса народа. Отцу надо было на работу, но он всё ещё не мог решиться уйти, стоял, давая напоследок последние наставления, хотя Женьке они были ну не нужны. Знал он всё сам, а самое главное, что знал: ни в коем случае нельзя сходить с тропы, особенно в незнакомой местности. Лучше пройти лишний километр и сделать крюк, чем пойти по кажущейся прямой дороге и навеки потеряться в тайге.

Однако, пока батя читал нотации, Женька увидел, что на перроне, в месте, где примерно будет находиться начало поезда, стоит довольно большая компания детей и подростков, и, попрощавшись с батей, пошёл к ним. Григорий Тимофеевич, приложив ладонь ко лбу, внимательно посмотрел как сын подходит к компании, за руку здоровается со всеми, в том числе и с тренером, удивился невиданной коммуникабельности сына и отправился на работу.

Женька же, поздоровавшись, стоял и внимательно разглядывал старшую группу. Были в ней пятеро мальчишек и три девчонки, возрастом примерно от 13 до 17 лет. Все одеты в туристические штормовки, с большими рюкзаками. Бывалые! Они стояли своей компанией и почти не разговаривали с младшими. Однако младших тоже было не очень много, похоже, некоторых не отпустили родителей.

В сухом остатке из младшаков решили ехать только Женька, Егор, Сашка и десятилетняя девчонка по имени Танька Ермолова. Все одеты плотно, по-походному. У Егора, Сашки и Ермоловой детские рюкзаки. Да и вообще, со спортивной сумкой пришёл только Женька. Конечно, он тоже хотел бы рюкзак, так как в лесу, на тропе, при подъёме даже на небольшие горы, сумка, висящая на плече и колотящая по боку, мешает сохранять правильное равновесие, и является большой обузой. Но ничего не поделать, придётся идти так…

С группой стояла Светлана Владимировна, в спортивном костюме, куртке, спортивной шапке и с большим станковым рюкзаком, сейчас стоявшим на асфальте. Тренер поздоровалась с Женькой и позвала к себе. Собралась вся команда…