Новый каменный век. Дилогия (СИ) - Белин Лев

«Палка‑металка у меня уже есть, – усмехнулся я, – а теперь будет и палка‑копалка».

Я присел у лежанки, осторожно, кончиками пальцев, почесал Ветра за ухом. Волчонок во сне вздохнул и зачмокал. А я повернулся к мастеру‑неандертальцу.

– Зиф, помнишь, когда кормить?

Он молча мотнул головой в сторону конструкции рядом с входом в нишу – на мои наспех собранные солнечные часы. Я вчера изрядно повозился с ними. Выровнял площадку, нашёл подходящий камень для гномона – плоский, только пришлось оббить его до нужного угла. Вокруг расчертил окружность, разделив её на двенадцать частей. По два часа на каждую черту. Принцип был прост: когда тень падает на новую черту – пора кормить Ветра.

В поле я часто развлекал студентов такими вот часами. Мы продумывали примерные координаты, наклон оси, положение Полярной звезды. Только здесь всё было немного сложнее. Полярной звезды в этом времени на её привычном месте не было и в помине. Пришлось импровизировать. Я выбрал самую яркую звезду на севере, выверил по ней направление, а угол наклона гномона выставил примерно на сорок пять градусов – средняя широта Альп. Слава горам, что я примерно понимал расположение и направление хребта, по ним и искал нужную сторону света.

Конечно, точность хромала. Но для кормления волчонка – сойдёт.

– Всё верно, – подтвердил я, указывая пальцем на черту, до которой тень ещё не дошла. – Каждую черту. Как тень касается – корми.

– Помню, – отрезал Зиф. И добавил после паузы, с лёгким нетерпением: – Иди уже.

Я улыбнулся. Похоже, я засиделся, и ему не терпится остаться с Ветром наедине. Кто бы мог подумать, что неандерталец окажется таким нянькой.

Я не забыл и про пращу: она висела, свёрнутая в кольцо, за поясом. К ней же, в подсумке, – гладкая, отборная галька, что я насобирал у ручья. Копьеметалку решил всё же оставить – только мешаться будет, а мне ещё тренироваться и тренироваться.

«Надо будет ещё травы нарвать. Не забыть!» – подумал я, выбираясь из ниши.

А Зиф даже не обернулся, когда я уходил. Может, думал, что, если посмотрит, я ещё задержусь, хах.

– Ха… Столько дел. Столько дел! – поспешил я.

Я пересёк стоянку быстрым, целеустремлённым шагом, стараясь не привлекать внимания. Но краем глаза всё равно высматривал Белка. И, благо, его не было видно.

«Хорошо, – подумал я с облегчением. – А то он бы опять начал: „Куда ты один? Горм сказал!“ Будто это он дед, а не я. – Но на самом деле я понимал: – И всё же он прав. Но сейчас он занят, а мне нужно идти сейчас, пока охотники в лесу, пока Вака с ними. Я же не собираюсь шастать в одиночку постоянно. Только сегодня. Очень надо».

Я понимал, что это небезопасно. Но и дёргать Белка каждый раз, когда мне нужно отойти от стоянки дальше ручья, я тоже не мог. У него своих забот хватает. А больше идти не с кем – у всех работа. Да и в самом деле, даже женщины уходят дальше, чем позволено мне. При том, что я буквально день назад успешно убил взрослого козерога. И неважно, что мне повезло.

Я уже почти миновал последние шалаши и вышел на тропу, что вела к ручью, когда из‑за поворота, опираясь на посох, вышел Сови. Шаман двигался медленно, с той особенной, ритуальной плавностью, что была присуща ему даже в обычной походке. Увидев меня, он остановился. Его глубоко посаженные глаза окинули меня цепким взглядом – от заплечной шкуры до пращи на поясе.

– Куда ты путь держишь? – спросил он. Не требовательно, не встревоженно. Скорее с лёгким, почти отеческим любопытством.

– За красной землёй, – ответил я честно, всё ещё помня, что он на самом деле за человек. – Ранд сказал, где её много. Нужна для него… и для одного дела.

Я замолчал, не зная, стоит ли говорить о своём плане с глиной. Но Сови, кажется, и не ждал подробностей. Он смотрел на меня, и в уголках его губ обозначилась тонкая, едва заметная складка.

– Ранд, значит, – повторил он. – Поделился.

– Поделился, – подтвердил я, стараясь понять подтекст. А ведь он точно был. Сови – буквально синоним этого термина.

Сови медленно кивнул, и я посчитал, что он удовлетворён ответом и я могу идти. И уже собирался обогнуть его, когда краем глаза уловил движение. Со стороны ручья по тропе шла грузная фигура Белка, а рядом – тощая Канка.

Громила, судя по всему, всё‑таки выдернул своего подопечного из объятий пращи. И, судя по тому, как Канк мял в руках эту самую пращу и старательно отводил взгляд, ему уже успело влететь за тренировки в рабочее время.

«Ох ты ж… – пронеслось у меня в голове. – Помяни чёрта – вот и он…»

Белк ещё не видел меня. Он сосредоточенно о чём‑то выговаривал Канку, рубя воздух ладонью. Но через минуту их путь неизбежно пересёкся бы с моим.

Я покосился на Сови. Шаман стоял неподвижно, опираясь на посох, и смотрел на приближающихся охотников со спокойным, чуть отстранённым любопытством.

– Сови, – шепнул я, стараясь, чтобы голос звучал как можно тише и убедительнее. – Помоги мне. Белк меня не пустит. Ему Горм сказал за мной смотреть.

Шаман медленно перевёл взгляд с Белка на меня.

– Правильно сказал, – произнёс он ровно, без тени насмешки. – Тебя то и дело тянет туда, где льётся кровь.

Я не успел возразить. Белк подошёл вплотную. Увидел меня, замершего у тропы с ношей на плече. Перевёл взгляд на пращу у пояса. На обломанное древко. На Сови, стоящего рядом со мной.

– Куда? – спросил Белк коротко. Вопрос был адресован мне. Я открыл рот, лихорадочно соображая, что бы такое соврать, которое потом не пришлось бы долго отрабатывать.

– За красной землёй, – спокойно ответил вместо меня Сови. – Чтобы задобрить духов гор.

Белк нахмурился. Я физически ощущал, как под его кожей закипает привычное: «Тебе всё мало, Ив? Ты опять удумал…»

Он открыл рот. Но Сови перебил его:

– Ты, наверное, не так понял меня, Большой Волк.

Он прям выделил это имя. Я уже слышал это обращение раньше, но редко. В устах Сови оно звучало не как прозвище, а почти как титул, будто он пытался о чём‑то напомнить. И Белк, который секунду назад готовился разразиться гневной тирадой, вдруг осёкся.

– Я попросил Ива, – продолжил Сови с лёгкой, едва заметной назидательностью, – сопроводить меня. К чреву красной земли.

Белк моргнул. Его брови, сведённые к переносице, медленно разошлись. Он посмотрел на меня, потом на шамана, потом снова на меня. В его взгляде мелькнуло нечто новое – не раздражение, а растерянность.

– Тогда… – он запнулся, сглотнул. – Да. Я понял, Сови.

– Вот и хорошо, – кивнул шаман, – что разум твой ясен и слух остёр.

Он помолчал, давая Белку осознать сказанное, и добавил будто между прочим:

– А теперь, разве ты не должен делать жерди?

Белк дёрнулся, бросил быстрый взгляд на Канка, который с облегчением – ну ещё бы, на него перестали орать! – переминался с ноги на ногу.

– Жерди, – повторил Белк. – Да. Мы идём.

Он подтолкнул Канка в плечо. Но перед тем как уйти, обернулся ко мне.

– Чтоб не отходил от Сови, – сказал он строго.

– Как скажешь! – выпалил я с такой готовностью, что даже сам себе удивился. – Даже не думал! Прилипну к нему, как кровь сосны к деревяшке!

Белк ещё помедлил, сверля меня взглядом, но Сови стоял рядом, и спорить с шаманом он не рискнул. Наконец он кивнул – скорее себе, чем мне – и зашагал дальше, увлекая за собой Канка.

Я проводил их взглядом и выдохнул.

– Пронесло… – шепнул я одними губами. – Ты помог мне, Сови. – поблагодарил я.

Шаман не ответил. Я уже сделал шаг к тропе, прикидывая, сколько времени у меня есть, как вдруг резкий, хлёсткий удар обрушился на мою ляжку.

– Ай! – я аж подпрыгнул.

Посох Сови снова замер, уткнувшись в землю, словно и не двигался.

– Куда это ты решил идти?

Я замер, потирая ушибленное место.

– Так… за красной землёй, – пролепетал я, чувствуя себя нашкодившим мальчишкой. – Ранд сказал, где искать…

– А разве не ты меня сопровождаешь?

Я открыл рот. Закрыл. Сови смотрел на меня с выражением, которое я не мог прочитать. Но в глубине его глаз определённо плясали черти.