Это была высокая длинноволосая женщина в тонком синем кимоно, промокшем насквозь, липнущем к телу. Она стояла под дождем, иногда поднимала руки к небу, ловя капли и слизывая те с ладоней.
Я сразу же поняла, что увидела Амэ-онну. И была уверена, что именно из-за нее и пошел дождь.
Амэ-онна вдруг посмотрела в сторону женщины, которая шла с двумя детьми, насколько я смогла разглядеть, с девочкой и мальчиком. Внезапно мальчик, поскользнувшись, упал, и мать помогла ему встать, а затем подняла упавший на землю зонт и тем самым отвлеклась от маленькой дочери. Тогда Амэ-онна помахала девочке рукой и сделала приглашающий жест, подзывая ее к себе.
Девочка, судя по всему, в отличие от своей мамы, видела Амэ-онну. Она, помедлив секунду, сделала несколько шагов к ёкаю и взяла ее за руку.
Я испуганно замерла, наблюдая за этой картиной, но уже через пару мгновений выдохнула. Женщина заметила, что ее дочь отошла в сторону, и, в два шага догнав ее, за руку повела дальше, а Амэ-онна осталась стоять посреди дождя и смотреть им вслед.
Я, качнув головой, отвернулась от окна. Теперь дождь не казался мне умиротворяющим, а молнии и гром стали мрачным предзнаменованием, хоть я и постаралась выкинуть эту мысль из головы. Как и мысль... а не могла ли Амэ-онна заметить меня? Эта было глупо, и все-таки мне стало не по себе, а потому я вернулась к друзьям и села на диван рядом с Йоко.
Вытащив телефон, я нервно проверила, не написали ли мне родители, не пропустила ли я их звонок. Затем я начала открывать, сама не зная зачем, все приложения подряд, почти сразу вновь закрывая их.
— Ничего себе! — удивленно и испуганно воскликнула Йоко, вырвав меня из водоворота бессвязных размышлений.
Я посмотрела на экран телевизора, по которому началась новостная программа. По новостям сообщили о странной аварии в тоннеле Сэндагая [328], в результате которой двое людей погибли и еще двое пострадали. Я не обратила внимания на начало рассказа, но все равно поняла, что это была не просто авария, а еще и драка, причина которой неизвестна. Один мужчина был сбит машиной, а детали смерти второго все еще неясны, но кто-то говорит о ножевом ранении.
— Как-то странно... — мрачно протянул Ивасаки. — Вполне возможно, что...
Он не договорил и лишь тяжело вздохнул.
— Скорее всего, — согласился Хираи. — Тоннель Сэндагая считается про́клятым. Там же вроде юрэи обитают или что-то подобное...
Ивасаки помрачнел еще сильнее, как и Йоко.
— Но может быть и так, что это авария все же не связана с ёкаями, — заметил Араи, отвлекшись от книги. — В жизни, бывает, происходят странные и, как нам кажется, необъяснимые вещи.
Он казался спокойным, но его взгляд, направленный на экран телевизора, потемнел.
Я вдруг вспомнила, что сам Араи как раз погиб в аварии. Я даже не могла представить, насколько тяжело для него было слушать о подобном. Ивасаки покосился на него и, видимо подумав о том же, переключил канал.
— Уже слышать про ёкаев и юрэев не могу! — воскликнул он. — Давайте не будем о них! Я и так рад, что мой коллега больше не звонил мне насчет новых подозрительных убийств.
— Потому что он слишком занят, разбираясь в том, покончил ли тот человек с собой, сначала раскрасив стены кровью, или это убийство в запертой комнате, а также в том, кто отрубил девушке голову в туалете, — откликнулся Хираи.
Ивасаки бросил на него раздраженный взгляд, но промолчал.
— Не отвлекайся, — недовольно сказала Эмири.
— Даже если я сейчас выйду из комнаты и вернусь через десять минут, ситуацию это не изменит, — язвительно ответил Хираи. — У тебя память как у смартфона, Эмири-тян, но ты все продолжаешь проигрывать.
— Я только узнала правила, — невозмутимо пожала плечами она. — Радуешься победе над новичком, Хираи?.. Немного практики, и я выиграю.
— Что ж, давай практиковаться, — весело усмехнулся он. — Посмотрим, как много времени это займет.
— Меньше, чем ты думаешь.
— Надеюсь, нет.
День тянулся, как резиновый, и, хоть ничего не происходило, это тоже по-своему действовало на нервы. Потому что слишком уж походило на то, как мы жили в городе канашибари. Да, здесь было электричество, да, мы не были узниками и вроде бы могли пойти туда, куда пожелаем... Но на самом деле нет, не могли. Если только не хотели вновь столкнуться с каким-нибудь монстром. А я не сомневалась, что столкнемся, стоит только нам оказаться на улице.
К вечеру я все-таки немного успокоилась. Чем ближе был следующий день, тем легче мне становилось. Тем ярче разгоралась надежда. И хоть ожидание было мучительным, я не могла не радоваться. Не могла не начать предвкушать, как мы выберемся из всего этого кошмара.
Мы вновь собрались все вместе, чтобы поужинать тем, что приготовила Йоко. Она была весьма довольна и даже польщена нашим энтузиазмом, но отказаться было бы сложно: она готовила слишком хорошо.
— Уже завтра закончится Обон, — заговорила Йоко. — И мы сможем вернуться к привычной жизни...
— Еще не факт, — заметил Хираи.
— Лучше ешь, а не болтай, — бросила Эмири.
— Буду считать, что ты волнуешься о моем самочувствии.
— Не обманывайся, я просто хочу, чтобы ты молчал.
— Мы оказались в том городе так внезапно. Все мы, — не обращая внимания на короткую перепалку, продолжила Йоко. — Все шло своим чередом, но привычный ход жизни внезапно разбился, когда пришлось участвовать в кайданах... Столько всего случилось, и я до сих пор не могу поверить, что мы вернулись. Но очень хочу! Хочу вернуться не только буквально, но и мыслями, ощущениями... Понимаете?
Я понимала. Ивасаки, Эмири и даже Хираи кивнули. Меня тоже не отпускало мрачное чувство, словно вернулось лишь мое тело, а вот разум все еще остается в плену города, созданного канашибари.
Словно я проснулась не до конца. Словно до сих пор дремала. Но я хотела проснуться. Хотела сбросить остатки сна и посмотреть на реальность бодрым взглядом.
— Мы все через многое прошли, а потому дальше должны жить счастливо. Быть рядом с близкими и делать то, что любим. — Йоко смущенно улыбнулась, но ее улыбка стала увереннее: — Скажите, что вы хотите сделать после того, как все это закончится?
— Учитывая происходящее в Японии, я хочу вернуться в Австралию, — тут же ответила Эмири.
Я, не сдержавшись, рассмеялась, и мой смех поддержали Ивасаки и Йоко. Араи и Кадзуо весело усмехнулись, а Хираи закатил глаза, но и на его губах появился намек на улыбку.
— А вообще, не хочется строить планы, пока все действительно не закончится, — добавила Эмири.
— Значит, не планируй уезжать так скоро, — отозвался Ивасаки.
— Неужели будешь скучать? — хмыкнула она.
— А я согласен с Ивасаки-саном, не спеши с планами, — кивнул Хираи, и Эмири с насмешкой покосилась на него:
— А, значит, это ты будешь скучать?
Хираи лишь фыркнул.
— Я хочу навестить родителей. Они живут в деревне. Ну и, конечно, я планирую вернуться на работу, — пожал плечами Ивасаки. — Уверен, за все то время, что меня не было, столько дел накопилось... Коллегам наверняка нужна моя помощь!
— Тебя не было меньше недели, — напомнил Араи.
— Ах, точно! — воскликнул Ивасаки. — Это так сложно принять... Такой разброс по времени... Но я даже рад, что здесь время шло не как в том городе.
— И я, — согласилась я, а Йоко кивнула.
— А что ты будешь делать? — спросила она.
Я помедлила с ответом. Он был, с одной стороны, таким очевидным, но с другой — таким непростым. Что я буду делать?.. То же, что делала до того, как попала в тот город. Но как я буду это делать?
— Вернусь к учебе, — все-таки ответила я. — Я же только на первом курсе. Продолжу посещать уроки скрипки... Через несколько лет стану хирургом...
Пока я говорила, Кадзуо с интересом смотрел на меня. Но ведь он знал, где я учусь и чем занимаюсь, поэтому я не поняла его взгляда. Но и сама посмотрела на него:
