— Они не меняются, потому что Длань и так о них знает. Меня уже обвиняли в содействии Свету. И угадай кто? Лично мой приемный отец и лорд Уратакоты. Понимаешь, что это значит? Не морщись, понимаю, что ты с таким никогда не сталкивался. Это значит, что мы навсегда вместе. Пока ты не передашь браслет кому-то другому. Но как только это произойдет — я тебя убью за те издевательства, которые ты заставлял меня пережить.
— Боль должна была способствовать послушанию! Она должна была ускорить процесс перевоспитания! — начал отчаянно оправдываться дварф, — все для того, чтобы ты стал полноценным членом Длани. Законопослушным гражданином!
— О, кстати, забыл совсем! Ты же все это время должен был меня контролировать. Не хочешь проверить свои собственные обвинения? Там совершенно случайно не появилось содействие и попустительство в мятеже?
— Я не знал! Это подлог! — закричал Трорин, — Нет, этого не может быть!
— А-ха-ха, — раздался позади сдавленный смех, — а ведь некоторые меня считают монстром. Граф Рейнхард, примите мое безграничное уважение. И освободите, я уже пришел в себя.
— Подождешь, мы еще не закончили с нашим глубокоуважаемым надсмотрщиком.
— Что вы от меня хотите? — обреченно спросил Черный страж.
— Чтобы ты жил, конечно же, — с улыбкой сказал я, кладя меч на землю остывать, — ну и признал наконец-то, что не в состоянии меня контролировать. Как собственно никого из присутствующих. Баян, расскажи всем, что происходит. Уже можно, хуже не будет.
— Как прикажете, ваше сиятельство, — рассмеялся маг, ремни на его руках лопнули, и он ловким движением прозрачного маленького клинка срезал бечевку с ног. Он встал и церемониально поклонился, — разрешите представиться, Макграг Бладстил. Наследник почти вымершего клана. Союзник и слуга его высокопревосходительства Хикару Безгрешного. Рассчитываю стать бароном.
— Почем нет, — пожал я плечами, — Арата, твоя очередь. Я знаю, что ты во всем этом замешена. И мне не составит труда тебя убить, не получив при этом никаких новых обвинений. Говори честно, и все будет в полном порядке, уверен, у меня будет, что тебе предложить.
— Раб с магическим ошейником использует заклинания, сопротивляется приказам и безнаказанно идет против Длани, — девушка сидела, вцепившись в волосы обеими руками, — куда катиться этот мир? Что с ним не так?
— Ответ на твой вопрос очень простой, но вряд ли ты его примешь. В этот мир пришел настоящий бог. Святогор. Тот, кому эта ваша магическая система совершенно по барабану. Именно с его помощью я исполнил то, за что меня на самом деле обвиняют — я убил старшего демона. Совсем. Без возможности его воскрешения или возвращения в этот мир.
— Это невозможно! — тряся головой произнесла мулатка, — старшие демоны бессмертны. Все это знают! Их невозможно убить!
— И тем не менее я это сделал. Виконт Джинг Гуо, или как его еще называли — Маска. Слышала о таком? Он стал старшим. Переродился только для того, чтобы я его убил собственными руками перед тысячами зрителей.
— Ты? Проклятье, неужели для того, чтобы сражаться с чудовищами придется мириться с существования такого монстра?
— О чем ты? Я же говорю, я не монстр…
— Это не важно. Да, это я навела на вас бандитов в попытке уничтожить всех присутствующих. Обвинения против меня были ложными. А ошейник лишь показуха, — гордо вскинув голову, девушка легким движением руки выдернула шпильку из крепления, которого у меня вообще не было. В результате полоска стали просто раскрылась без всяких проблем и упала на землю. — Как же хорошо.
— Дай угадаю: ты тоже наследница какого-нибудь странного и великого клана с псевдонимом?
— Что? Нет, — Арата сдавленно рассмеялась, — просто герцогиня просила за вами присмотреть и принести ей глаз. Остальное я могла оставить себе…
Глава 37
— Какая герцогиня? — на всякий случай уточнил я, пробуя на пальцах рукоять Стервятника.
— Валийская, это же всем понятно! — фыркнула Арата, а потом кривляясь добавила: — Ее высочайшая светлость единственная и неповторимая герцогиня Валийская, избранная правительница республики Свободная Валия.
— Не сильно ты ее уважаешь, судя по всему, — хмыкнул я, оценив шутку, — зачем ты за нее сражаешься? Деньги? Титул?
— Как можно, — вздохнула мулатка, — если я скажу, что ненавижу демонов и хочу освободить свою землю от их влияния, такой ответ тебя устроит?
— Это просто невозможно, — тихо проговорил дварф, мотая головой, — я же надсмотрщик… Черный страж… а меня сделали санитаром для неуправляемых психопатов.
— Ты же в курсе, что она и сама демонесса? И не из последних, — продолжил я, не отвлекаясь на бормотания Трорина, — у нее даже есть прямой контакт с императором.
— И что? Уж лучше один демон на самом верху, чем куча полудемонов на всех должностях от старосты поселка до градостроителей и чиновников, — пожала плечами Арата, — все решения на местах принимают обычные граждане республики. И даже государственные вопросы решает совет трех, и слово герцогини такое же, как у двух министров. Так что у нас, пожалуй, действительно самая свободная страна.
— Я тебе сходу могу назвать три, в которых демонов вообще нет, — хмыкнул Макграг, — Город Мастеров, Алиенель и Кхаласар. Дварфы, эльфы и орки соответственно.
— Но мы-то люди! — возразила девушка, — с самого сопряжения миров мы оказались под пятой этих чудовищ! Чем положение обычных крестьян в деревнях лучше рабов?
— Что ты все время бросаешься этими — монстры, чудовища… Я не был у вас в Валии. Пока не был. Но на счет свободы в Империи ты не права. По сравнению со временем, когда всем правили эльфы, свобод стало куда больше. Вот тогда было настоящее рабство. Для всех или почти всех. Даже сами эльфы, если ты не принадлежал к древнему роду — тоже были рабами.
— Тебе-то откуда знать? — фыркнула мулатка, поправляя прическу.
— О, поверь, я знаю. Так уж вышло. Но меня больше интересует, на что ты рассчитываешь сейчас? Мы знаем, что ты нас предала и хотела убить. Но раз ты призналась — думаю быстрая и безболезненная смерть будет достойной наградой за честность.
— А-та-та, — вскочив на ноги, погрозила мне пальчиком девушка, — убьешь меня, и твоя зеленокожая подружка умрет в течение суток.
— Что ты сделала, — нахмурившись, спросил я, прикидывая в уме, смогу ли достать ее одним прыжком. Выходило, что слишком далеко. Хотя если магией…
— Скажем так, лечебное зелье было с моей фирменной добавкой, — улыбнулась Арата, — но я с удовольствием поделюсь с тобой противоядием, как только вы соберете все ценное, что было на этих бандитах и погрузите это на лодку. Предпочту не уходить просто так, а получить небольшую плату. За труды, так сказать.
— Своей смертью ты не умрешь, — с ухмылкой заметил Бладстил, поигрывая прозрачным ножом. На кристалле плясали блики от костра, преломляясь.
— Ой, да кому нужна эта старость? — пожала плечами отравительница, — сидеть у окна и тянуть пряжу, нянчиться с чужими детьми, разве это приятно? Кстати, если попробуете отобрать его силой — мне достаточно одного щелчка, и антидот станет бесполезен. И советую пошевеливаться, я не знаю, насколько сильными могут стать побочные эффекты даже при излечении.
— Ты никогда не узнаешь приятно ли быть старой, — спокойно сказал я, отпуская рукоять стилета, — Баян, не против, если, пока мы в этой местности, я буду называть тебя так? Отлично. Нужно обыскать тела на наличие ценностей. Хоть мы с Хикару и покроем все затраты на выкуп, но деньги лишними не бывают.
— Понял, — кивнул маг, тут же растворяясь в ночи. Стоило ему отойти от огня, и он пропал.
— Трорин, эй! — я потряс надсмотрщика за плечо, — очнись, твое благородие!
— Зачем это все? Просто убейте меня и покончим с этим. Моя миссия. Весь смысл моего существования. Я же хотел как лучше.
— Зачем? А зачем все живое существует? Чтобы тянуться к солнцу, — с ухмылкой ответил я, — и солнце пришло. Пора вставать. Просто тьма все никак не может отпустить, а ты, привыкнув к ночи, считаешь, что на горизонте пожар.
