— О, да ваше сиятельство поэт! — рассмеялась Арата, правда, при всем этом она не приближалась, держа дистанцию. Но и не убегала, что странно.
— Твои навыки и стойкость убеждений могут пригодиться и Святогору, — заверил я дварфа, не обращая внимания на насмешки девушки, — стражи нужны всем. Теперь тебе уже не вернуться в Длань, как Черный ты полностью провалился. Но в этом нет твоей вины, просто тебя подставили, играли тобой как пешкой. Ты хочешь знать: кто был первым? Кто виноват в случившемся?
— Да, — чуть оживился надсмотрщик, — но куда больше я хочу знать: за что⁈
— Ответ на второй вопрос куда проще, и он тебе не понравится — скорее всего, ты просто подвернулся под руку. Будь на тебе сейчас паровой доспех — ты сумел бы меня сдержать. Возможно. Силой принудить к послушанию, на что надеялись Хикенты. Но видишь, как сложилось, — я разговаривал с ним почти как с маленьким ребенком, понимая, что он мне нужен и находится в жутком шоке от происходящего, — когда ты подобрал Арату?
— Полтора, нет, уже два месяца назад, — ответил Трорин, — но я тогда еще не знал, что направлюсь в Славию! Просто вернулся с юга и захотел отдохнуть от жары и пустыни.
— Пф, — фыркнула мулатка, — это же было элементарно. Странствующий Черных стражей не так много. А таких знаменитых и вовсе по пальцам одной руки пересчитать можно. Я, конечно, могла ошибиться и попасть к Волоке, но та собиралась к внутреннему морю. К тому же я знала, что в степях орков от твоего отряда осталось только два человека. Наследник вождя и алхимик, слишком мало для значительного путешествия.
— Да, так и было, — кивнул дварф, — а потом этот контракт от недавно назначенного виконта. Все сходится. Но выходит я изначально был обречен на провал? Все это было подстроено?
— Поверь, это далеко не самое страшное, что может случиться. Меня вот не так давно не просто использовали, но еще и предали. Тот, с кем я делил душу. А ты сейчас на особых условиях. Тебя нельзя просто так убить. Так что лови момент. Если будешь хорошо себя вести и не мешаться под ногами — доживешь до старости.
— Да кому она нужна? — в очередной раз фыркнула Арата, — лучше скажи, ты и в самом деле планируешь бороться с демонами? Но это же невозможно! У них огромная империя, власть, магия, заклинания — которые подчиняют целые народы. Кара в конце концов. Что будет, если ты даже освободишь небольшую область, а император использует ее?
— На этот вопрос ты можешь ответить, просто оглянувшись вокруг. Несколько сотен лет назад по междулесью, которое сейчас зовется Славией, как раз и ударили мощнейшей Карой. Настолько, что местные даже создали на основе этого религию — о светящемся древе и семенах, прорастающих из земли. Которые потом превратились в животных растения и людей.
— Почему семена? — спросила недоверчиво мулатка. В последний момент я увидел за ее спиной ухмыляющегося Бладстила, уже занесшего прозрачный клинок, и успел отрицательно покачать головой. Так рисковать я не хотел. Маг нахмурился, но отступил.
— Скорее всего, выжили только те, кто в это время находился в подпалах, — пожал я плечами, — а животные в норах. Но после этого вся местность оказалась ниже окружающей. Именно благодаря этому здесь так много болот и рек.
— Интересная теория, — усмехнулась Арата, — но не слишком ли глобально для одного удара?
— Нет, в самый раз. Самый сильный по слухам создал срединное море, в центре которого остался лишь один остров. А этот всего лишь углубил землю и снес все живое с поверхности.
— Но какая же сила тогда может противиться такому оружию? — задумчиво произнесла девушка, постукивая пальчиком по подбородку, — и почему Валия до сих пор стоит? Как и остальные из тех, что назвал наш крадущийся недоперемаг.
— Значит, заметила, — кивнул я, успокаиваясь, а ведь мне на секунду показалось, что правильное решение все же убить, а потом разбираться, — с вашей страной все понятно — там правит демонесса. Город Мастеров хоть и не подчиняется империи напрямую, но поставляет военную технику и ружья. А вот с лесами эльфов — не знаю. Возможно, чем дальше от шпиля Длани — тем меньше у императора сил, а ведь все свободные леса остались на самом краешке Валтарсии.
— Бежать на окраины, чтобы быть свободными или быть под властью демонов.
— Так себе выбор, — согласился я, — но есть и третий вариант. Святогор. Он вернулся, пусть пока и не набрал достаточно сил и сторонников. Но это, в любом случае, не худший вариант. Сила, свобода, новые заклинания и знания.
— Власть, — усмехнулся, выходя к костру, Макграг, сваливая собранные в тряпку вещи на землю, — всегда, когда идет передел власти, можно подняться. А в империи последний был задолго до нашего рождения. Только демоны его и помнят.
— Еще некоторые эльфы. Парочка, — возразил я, подходя к магу и благодарно похлопав его по плечу, — но они такие древние, что за это время уже осыпались горы, и высохли озера. А теперь все меняется. Думаю, герцогиня это понимает. А учитывая ее амбиции — вполне возможно, что хочет расширить свою страну в несколько раз. Но главной останется все равно она. Каждый может получить по заслугам.
— Мне достаточно небольшого баронства, — пожал плечами Бладстил, — земли, где на меня и моих родичей никто не будет охотиться как на чудовищ. Хотя и от графства я бы не отказался.
— Амбиции — это хорошо. Но я пока предпочел бы для начала освободиться от ошейника. Да и список дел у меня достаточно большой. И сейчас, Арата, ты на самой грани попадания в него на одном из первых мест. Умрет Лягушка — ты отправишься следом.
— Вместо того, чтобы болтать, собирайте лучше вещи, — фыркнула мулатка, — я, так уж и быть, помогу их вам дотащить до моей лодки. И на этом мы с вами распрощаемся. Навсегда.
Глава 38
— А ведь мы действительно ее больше не увидим, если сейчас отпустим, — в полголоса сказал Макграг. Мы разделили ношу поровну. Я нес дриаду и связку мечей. Он тащил на себе броню и кулек с наконечниками.
— Слышал такое выражение — мир маленький? Ничего страшного, если она умрет не от моей руки. Ну а если доживет до нашей следующей встречи, то у нее должны быть очень веские аргументы, чтобы остаться в живых.
— Я предпочитаю чувствовать, когда мои враги умирают, — улыбнулся Бладстил.
— Мне довелось слышать о твоем предке. Драрин Бладстил это же твой родственник?
— Безумный убийца магов? Нет, там есть небольшая разница в произношении. У него тилл, а у нас тиал. Он, как я слышал, полубог дварфов. Считает, что все обладающие даром управления эссенции — зло. Хотя сам он их применять не стесняется. Клин клином вышибает. Хотя иногда, глядя на то, как демоны управляются на поле боя, одним приказом посылая на смерть сотни, я с ним соглашаюсь. Но если в целом — полнейшая глупость.
Мы же небольшой клан из одних людей с наследственным заболеванием крови. Браки с эльфами или дварфами. Да даже орками. Оказываются бездетны. Так что мы можем продолжать свой род только с такими же как мы людьми. Но, к сожалению, еще не было случая, чтобы болезнь не передалась потомкам. А мы слишком горды, чтобы просто так вымереть.
— И в чем ваша проблема? Ну кроме явного безумия, которому я сегодня стал свидетелем.
— Беумие? Пф, — усмехнулся маг, — нет, это просто такая боевая форма. В ней я не думаю ни о чем, кроме боя. Становлюсь быстрее, сильнее. Ну может лишь чуточку кровожаднее. Самую малость. Но это вполне приемлемая плата за такое усиление. А убийства… что же, это просто способ получить кровь. Вернее, красную эссенцию, ведь в нашей собственной крови она отсутствует. Поэтому выхаживание каждого младенца превращается в настоящий кошмар.
Мне довелось это увидеть. Моя мать, не будучи прирожденной, имела красную кровь. И ей приходилось вспарывать собственную грудь, чтобы моя сестра получила кровь вместе с молоком. Однажды она просто не смогла найти в себе достаточно крови. Малышка задохнулась и умерла во сне. А после покончила с собой и мать. Мне было три. Поверь, зрелище не для слабонервных.
