— Допустим, и что с того?
— Как⁈ Разве вам не приходит в голову, что сегодняшнее покушение — это месть? Очень похоже, что это звенья одной цепи… А с учётом того, что найденные у некроманта находки даже в столице прогремят, то дело громкое выйдет. Кстати, с завтрашнего дня мои интересы будет представлять стряпчий Файнтштейн.
— Я всё понял! Не смею больше вас задерживать! Я лично возглавлю задержание! — преисполнился полицейский чин чрезвычайным усердием, — Елисеев, дежурный наряд на выезд!
Вот и славно… Трам-пам-пам… Разрулил, вроде.
Но полицейские могли бы и обратно меня подвезти. А так пришлось почти версту переться пешком по плохо освещённым улицам. Извозчики нынче, как вымерли.
Янковские не спали. Ещё бы — попробуй тут засни, после такого происшествия.
— Всё улажено, — объявил я, переступая порог гостиной, где собралось всё семейство Янковских.
Сергей Никифорович сидел в кресле, бледный, но собранный. Его супруга, Лариса Адольфовна, нервно теребила платок, а обе барышни устроились на диване с выражением, в котором читались и страх, и любопытство.
— Заказчицу найдут, — продолжил я, устало садясь на стул. — Полиция уже выехала. Но… — я сделал паузу, глядя на них, — Это ещё не конец.
— Что вы имеете в виду? — нахмурился Сергей Никифорович.
— Некромант, проклятья, нападение сегодня… Всё это не случайность. Не исключено, что кто-то хочет устранить не только меня, но и вас. Или заполучить то, что у вас есть. — я посмотрел на Янковского. — Возможно, дело в ваших дочерях, а вовсе не во мне? Вероятность такого события довольно мала, но тем не менее, она существует.
Янковская ахнула:
— Но кто⁈ Кому это нужно?
— Вот в этом-то и вопрос. — я налил себе бокал вина и сделал глоток. — Федосеиха, про которую я узнал, — лишь посредник. Настоящий заказчик, как всегда, где-то в тени. И пока его не найдут, правды мы не узнаем. Но я искренне надеюсь, что всё происходящее, — лишь причудливое переплетение обстоятельств, и не более того.
Впрочем, когда все успокоились, и чисто в лечебных целях выпили по стакану вина. Потом Янковский вдруг вспомнил, что его усадьба оборудована ещё одним защитным контуром, который он, за ненадобностью, никогда не использовал, и всех отпустило. Через полчаса все обитатели усадьбы уже засыпали, пусть и тревожным сном.
Утро у меня началось с визита к стряпчему Файнштейну, а после моего рассказа мы вместе направились к капитану жандармерии Погорелову.
Юрий Васильевич уже ознакомился с утренней сводкой городских происшествий и принял нас незамедлительно.
— Подпоручик, не скажу, чтобы я рад был вас видеть, но надеюсь, вы расскажете мне что-то интересное, — начал он, едва мы зашли.
— И отчего же вы не рады?
— Без вас Саратову жилось спокойней, — вздохнул он, но явно подразумевая не столько спокойствие города, сколько своё личное.
— Даже представить себе не могу, чем было вызвано вчерашнее нападение, — начал я, — Но ещё одно дело, раскрытое по горячим следам, вам же точно не помешает? А если окажется, что заказчик покушения каким-то образом связан с запрещённым культом, то я вам просто завидую. Можете прослыть гением сыска и следствия!
— Скажете тоже… — польщённо пробормотал жандарм, но при это воинственно подкрутил прокуренный ус.
— Ваше Высокоблагородие, а давайте-ка мы сейчас заявление составим от имени потерпевшего, чтобы дело с покушением точно к вашему ведомству перешло, — начал стряпчий отрабатывать свой немаленький гонорар.
* * *
На обратном пути я успел заехать в Воксал и заказать там стол на обеденное время. Не всё же мне у Янковских нахаляву столоваться.
Моё сообщение о том, где мы сегодня обедаем, вызвало в семействе переполох.
Дамы заявили, что они решительно не готовы, ничего не успеют за два часа, а потом добавили, что им нечего надеть, но ни одна из них от приглашения не отказалась.
По российским меркам Саратов считается довольно крупным городом. Говорят, сейчас в нём проживает около ста тысяч. Но как по мне, слухи здесь распространяются с невероятной скоростью, пожалуй, превышающей скорость звука, а осведомлённость населения о происшествиях ничуть не хуже, чем в Быково, где все про всех всё знают.
Так я решил оттого, что в ресторации в нашу сторону чуть ли не пальцами указывали, а пара поддатых прилично одетых господ так и вовсе подошла к нашему столу и оба поблагодарили меня, что я опасность от города отвёл, уничтожив нежить и презентовали нам шампанское. Приятно. Причём, не только мне. Всё семейство Янковских купается в отблесках славы. А уж когда Погорелов прибыл, и я привстал, чтобы с ним раскланяться, страсти и вовсе накалились, так как слухи получили наглядное подтверждение.
На мой невысказанный вопрос жандарм лишь головой мотнул, дав понять, что ничего нового у него пока нет. Странно. Посмотрим, что дальше будет, может и стоит вмешаться.
Чем хороша жизнь провинциальных дворян — здесь никто никуда не торопится.
Оттого обедали мы долго. Часа через два я даже девушек быстренько выгулял, перед очередным десертом. Прошлись по местному парку, где они оказались впервые. На людей посмотрели и себя показали.
Вернув после прогулки порозовевших девушек за стол, я предложил Сергею Никифоровичу произвести сравнение цимлянского и судакского вина. В этом году, после появления в Крыму железной дороги, крымские вина начали активно пробиваться на рынок, и споры между знатоками, какое из них лучше, порой переходили в лёгкий мордобой, за отсутствием других аргументов.
А тут я тихо-мирно заказал по бутылке того и другого, из лучших, и мы с Янковским начали неспешную дегустацию, делясь впечатлениями и наблюдая, как дамы смакуют и обсуждают различные десерты, давая друг другу попробовать свой.
Недолго счастье длилось… Вскоре Лариса Адольфовна пожелала нам компанию составить. И составила же, дегустируя почти на равных… Пришлось для подтверждения благостных впечатлений повторить бутылочку крымского вина. Оно у нас стало лидером соревнования. Даже барышням по паре глоточков досталось. Чисто, посмаковать.
А я присматривался к сёстрам. Говоря точней, к их ауре, в которой я нашёл некоторые странности. Вроде бы, мелочи, но вот их характер…
Домой семейство Янковских вернулось, как после замечательно проведённого праздника, а на меня так и вовсе смотрели, как на родного.
Идея с дегустацией вин мне понравилась, а тут — рекламная акция в газете: поставщик испанского двора Зварыкинъ, обладатель тридцати золотых медалей, предлагает попробовать его ассортимент не за тридцать пять, а за двадцать пять рублей. Пятьдесят бутылок разных вин! Но доставка за счёт покупателя. Хотя, из Астрахани, да по Волге, этот пятипудовый ящик дорого не встанет. Заказ по доставке я оформил на Быковскую заставу.
* * *
Время до ужина было потрачено с пользой. Находясь в поддатом состоянии, я не стал рисковать и не кинулся ювелирно прокачивать каналы. Дураков нет. Ограничился общей интенсивной прокачкой. Как дополнение к вчерашним злобным и болючим методам оно даже крайне полезным выйдет. Поддержит и закрепит достигнутый результат.
Заодно отменилась и установка Печати, что пока не критично. Чисто теоретически, если повезёт, я смогу с ней усваивать Силу лучше. Этак процентов на десять — двенадцать, для начала.
Каким образом? Так ровно таким же, как мы перевариваем обычную пищу. Там тоже далеко не всё идёт в переработку, и далеко не в полной мере.
Никаких особых чудес моя новая печать не обеспечит, как и взрывного роста характеристик. Но путь к вершине состоит из множества малых шажков…
К тому же, общая прокачка давала свой бонус — укрепляла мой фундамент. Чем прочнее основа, тем выше можно выстроить здание. Пусть даже кирпичики пока кладутся медленно.
