Иногда, только посадив свой почтовик, я каким-то седьмым чувством понимала, что, как бы мне не было хреново, от посещения злачных мест стоит отказаться. Чаще всего, поутру я узнавала о какой-нибудь серьезной драке и тому подобным неприятностям.
Сегодня чуйка молчала. И вообще, кроме моего почтовика были пристыкованы только два корабля: чей-то частный катер, явно шурфской сборки в дальнем от меня углу и скоростной сигарообразный красавец, вышедший из-под рук яоху. Я заметила его только тогда, когда уже практически подошла к дверям бара.
Корабли яоху были для меня недостижимой мечтой. Мало того, что эти красавцы носились по космосу быстрее всех известных мне аппаратов. Так еще и защищены были лучше всех. К пиратам такие корабли не попадали никогда. Космическим флибустьерам проще было взорвать такой кораблик, чем подобрать к нему ключ.
Все дело в том, что управлять таким кораблем можно было только лишь зная особый код. Своеобразный ключ зажигания. Или при помощи мысли, надев ажурный ментальный шлем.
Яоху очень неохотно продавали свои корабли другим расам. На вооружении у Альянса их тоже не было. А способности к ментальному управлению были только у яоху.
В академии мы изучали внутреннее устройство этих кораблей еще на первом курсе. У нас даже был один такой в качестве пособия. Стоял в ангаре, но не летал. Не было кода. Но ментальный шлем был в наличии. Похожий на купальную шапочку, сплетенную из узких гибких полос металла и датчиков.
Об этом никто не знал. Но однажды на третьем курсе, получив задание по психологии яоху, я пошла на корабль в поисках вдохновения. Задание вроде было не сложное. И ответ можно было найти в учебниках. Но за такой ответ обычно ставили самый маленький проходной балл. Мне требовался креативный подход. А в голову, как назло, ничего не приходило. Тогда я пошла на корабль яоху, в надежде, что в более привычной для этих инопланетников обстановке меня озарит.
Корабль никогда не запирался. Посещения не ограничивались. Зачем? Все равно ведь не взлетит. И стоял он в самом дальнем ангаре, словно совсем в охране не нуждался.
Я устроилась в кресле пилота, мечтая полетать на такой птичке. Озарение ко мне не спешило. Тогда я решила создать максимально приближенные для яоху условия и натянула на голову ментальный шлем.
Наверное, если бы я сделала это с мыслями о задании по психологии, ничего бы не случилось. А так как я была вся в розовых мечтах о прогулке по космосу на яохском красавце, то…
Натянув шлем, я услышала где-то глубоко в собственной черепушке бесцветный голос:
«Корабль готов к старту.»
Мне бы испугаться и сдернуть с головы чертову железку. Но вместо этого я браво скомандовала:
- Задраить люки!
В голове тихим шелестом пронеслось:
«Ваша команда не понятна. Повторите.»
Я повторила. А потом еще и еще. Только раза с шестого до меня дошло, что команды нужно отдавать мысленно. Как только я это сделала, начался предстартовый отсчет.
На легкую боль в висках я обратила внимание, когда она превратилась во всепоглощающую. Как-то очень так резко у меня потемнело в глазах. Ощущения были такие, словно мою несчастную черепушку давил огромный промышленный пресс, раскаленный до температуры сверхновой звезды. Очень смутно я понимала, что все-таки отдала команду подняться на два метра над полом ангара. Почему именно на два не было известно даже мне самой.
Я не знаю, чем бы закончилось то мое приключение, если бы за мной следом не увязался Вальтан. Он успел заскочить внутрь до того, как я отдала команду герметизации корабля. И сдернул с меня шлем, когда увидел насколько мне плохо.
Потом… Потом было бы смешно, если не было бы так страшно. Мы с Вальтом зависли в наглухо задраенном корабле на высоте два метра над уровнем пола. В принципе, не высоко. Можно было спрыгнуть. Но после этого скрыть от преподов мою выходку не будет никакой возможности. Да и чтобы спрыгнуть, нужно открыть хоть какой-нибудь люк.
В общем, мы просидели пленниками яохского корабля около часа. На наше счастье, в ангар никто не заходил. Немного придя в себя и собравшись с духом, я снова натянула ментальный шлем.
Во второй раз последствия были уже не такими ужасными. Наверное, потому, что я сразу стала мысленно отдавать приказы системе корабля. Мне удалось посадить его и разгерметизировать без особого ущерба для собственного здоровья. Только голова поболела пару дней. Да Вальт орал на меня, как ненормальный. Но куратору не сдал.
Все это промелькнуло в моей голове моментально при виде яохского красавчика. Грустно, но мне на таком не летать никогда.
***
Обычно, все припортовые кабаки похожи друг на друга, как братья-близнецы. Полутемное прокуренное помещение. Часто, не очень чистое. Контингент, далекий от благонадежности. И спиртное рекой. Различие было в мелких деталях. Где-то уважали азартные игры. Где-то кабак совмещали с домом радости, и доступные девочки разных рас и разной степени одетости шныряли по бару в качестве официанток. Иногда в припортовых барах можно было прилично поесть. Иногда там встречались приличные инопланетники. В одном из таких баров я познакомилась с Враном. Который стал моим первым мужчиной.
Это случилось на пятом году моей службы в Галактической почтовой. Флан уволился, я мне в напарники достался игумар, не желающий со мной разговаривать. К концу четвертого месяца нашего совместного рейса у меня развилась настоящая депрессия. Я получила отрицательный ответ на запрос в академию по поводу местонахождения моих друзей. Игумар со мной не разговаривал. Мне было очень тоскливо, когда во время одной из стоянок в баре ко мне подсел арлинт, назвавшийся Враном. Мы немного пообщались. Вран пристально и жадно смотрел на меня, постоянно прикасаясь к моей руке. Для меня это было какое-то извращенное удовольствие. Глаза Врана не имели таких родных золотистых искорок. Но, если закрыть глаза, можно было на мгновение представить, что рядом со мной Вальтан. Вальтан, которого я скорее всего никогда больше не увижу. Космос слишком велик для случайной встречи.
Когда Вран открыто предложил мне подняться к нему в номер, я не колеблясь согласилась. Для кого себя беречь?
Вран был по-своему нежен, не спешил и уделял время и мне. Но все равно, я ничего в тот раз не почувствовала. Никакого райского наслаждения, никакого запредельного удовольствия, о которым иногда сплетничали знакомые девчонки в академии. Только короткая вспышка боли. А потом непонятное и странное ощущение теплой струйки, которая осторожно пробралась куда-то вглубь груди.
На утро Вран исчез. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. У самой отлет был назначен на завтрашнее утро. Мы не обещали друг другу ничего. А даже если бы Вран и что-то попытался бы пообещать, мне это было не нужно. Вран не Вальтан. И от его взгляда мое сердце не спотыкалось на ходу, и не таяло липкой лужицей.
С тех пор я периодически с кем-то сходилась на одну ночь. Выбирая всегда в партнеры арлинтов, внешне наиболее походивших на людей.
Бар, в который я только что вошла, выгодно отличался от увиденных ранее тем, что был чист и хорошо освещен. Я хмыкнула. Приятный бонус. Помещение было почти пустое. Мне сразу стало понятно, что сегодня праздновать свой день рождения я буду одна. Ни одного арлинта в поле зрения не было.
Вообще, бар был очень маленьким. Пять столиков, да барная стойка во всю стену справа от входа. Самый дальний стол занимали два шурфа. Очевидно, с виденного мною корабля в противоположном углу посадочной площадки. Да у стойки топтались килл и фарн.
Я огляделась. Официантки видно не было. Значит, самообслуживание. Ну и ладно. Сама возьму, не гордая.
Бармен-килл, как я подозревала, был по совместительству и хозяином данного заведения. Уж очень пристальным взглядом он меня одарил. Я поприветствовала его кивком и попросила:
