Крайне важно было то, что я имел четкое представление о противнике. Умный, ловкий, знакомый с многим оружием и чертовски сильный — вот каким он будет. Но его кожа не будет состоять из теплого металла. Его руки не смогут схватиться за кромку Кладенца. У него нет глаз на затылке. А еще у него прекрасное обоняние, слух, и довольно плохое зрение. Воин, чудовище, но не маг и мыслитель — совершенно точно.
Когда меня нарядили в подобранный и модифицированный двойной хороший доспех, я слегка просел под его весом. Попробовал поднять щит и понял, что без усиления сделать этого не смогу. Но в данный момент это и не требовалось. И его, и Кладенец, и даже переделанный арбалет — все это несли спутники.
Стоило нам показаться на палубе, как по всему пирсу раздались недовольное рычание, улюлюканье и смешки. Волколаки видели меня раненным, видели, как я в старых повязках спускаюсь вниз и выхожу в доспехах, от которых все еще должно было пахнуть моей кровью. Этот ход посоветовала Арата. Как и многое из сделанного.
Приемы девушки нельзя было до конца определить как подлые. Но в хитрости ей точно не было равных среди моих знакомых. Разве что Хикару и демоны. Тем тварям можно было даже пальца в рот не класть — сожрали бы вместе с доспехами. Им это и так уже почти удалось. Хотя уверен, если они узнают о разрушении алмаза, рады тоже не будут. Все же это была реликвия от самого Востока.
Нарочно пригибаясь к земле, чтобы выглядеть слабым, я шел позади встретившей нас Дары. Дружок, на котором девушка обычно ехала верхом, в этот раз шел чуть сбоку. Со второго держался Акташ, уже оправившийся от ранений, с очищенной эликсирами кровью. Заклинания я использовать не мог. Выяснилось, что они отнимают слишком много сил. Но парочка была готова заранее. Мне даже сделали рисунок на перчатке.
— Сила стаи в мудрости ее вожака, — донесся до нас голос Белого волка, выступавшего на полянке, где меня уже ждал противник, — в послушании воинов и рабочих. В припасах на зиму для щенков и беременных, — я едва мог различить волхва через толпу, но он активно жестикулировал, и волколаки инстинктивно повторяли его движения, то поднимаясь, то припадая к земле.
Но мы не животные. Каждый знает, что любой обученный воин гораздо умелее того, кто использует только инстинкты. Что сталь прочнее шкуры. А в одиночку справится с врагом тяжелее, чем в плотном строю. Благодаря простым законам мы не только пережили холода, голод и нападения чужаков, мы приспособились. Стали сильнее. И теперь мы знаем, что даже раненый, отчаявшийся враг готовый просить помощи — опасен.
Сегодня один из наших лучших воинов сойдется с тем, кого мы недавно называли Альфой. Но кто есть Альфа? Старший воин, защитник народа. Воевода. И! — волхв высоко поднял палец, — наш родич. Все же остальные — лишь наемники. Представители, которые завтра испарятся. Уйдут прочь, как и Добрыня. Нам не нужен такой Альфа!
— Что он мелет? — ошарашенно проговорил я, глядя на жреца Мокоши, вокруг которого ликуя кричала толпа, — это совсем не то, о чем мы договорились. Он же настраивает волколаков против нас.
— Да, теперь придется собирать паровую машину в ускоренном темпе, — зло сказал Хатнак, сплюнув в притоптанную множеством лап траву, — вы уж, ваше сиятельство, победите…
— У него выбора нет, — хмыкнула Арата, — иначе и он, и мы все погибнем.
— Сегодня Серый Волчок, сын Серой Крови, сразится с умным, сильным и опасным врагом! — заканчивал свою речь волхв, — они будут драться не силой на силу. А всем, чем есть. Умом. Хитростью. Ловкостью! И оружием. Матриарх принесла богатое подношение, и я с радостью отдаю реликвию нашего народа в лапы Серых!
Толпа расступилась, давая мне проход на поляну. И я сумел рассмотреть своего врага. Закованный в отличный стальной доспех волколак возвышался над другими на целую голову. В его правой лапе красовалась перчатка с длинными, не меньше тридцати сантиметров, бритвенно острыми когтями. А у ног лежало три крупных лютоволка. Бой действительно не будет честным. Но говорить о перевесе в мою сторону теперь не приходилось.
Глава 17
— Что будем делать? — спросила настороженно Арата, — можно попробовать устроить диверсию…
— Даже не думай. В прошлый раз это нам не особенно помогло, а теперь и точно прикончат всех. Есть только один вариант. Победить. Но ты права — ситуация непростая.
— Это теперь так называется? — оценивая моего противника одним глазом усмехнулся Макграг, — я бы по-другому это назвал — полный пиздец — самое то.
— Если все сработает, — проговорил я, беря из рук дварфов щит, — то справится можно. Где Трорин?
— Здесь я, — тут же отозвался мрачный Черный страж, — готов по вашей команде. Но больше трех минут гарантировать не смогу.
— Мне больше и не надо. Врубай, как только он направится в мою сторону. Можешь даже не ждать. Зелье?
— Вот, — подала мне готовый эликсир в красивой хрустальной бутылочке Арата, — но пережить одновременно откат от магии Жизни, ошейника и алхимии… Вряд ли это будет приятно.
— У нас другого выхода нет, — поморщившись, ответил я, вливая в себя светящуюся фиолетовую жидкость. Желудок обожгло чистым огнем, сдержать рвотные порывы было проблематично — организм упорно считал, что его отравили. И до определенной степени это было чистейшей правдой.
Хотя нам безусловно повезло, что среди сотен килограмм барахла, шмоток и юбок, полученных в результате разграбления лагеря жар-птиц, нашлись несколько действительно ценных вещей.
Например, это эпический эликсир, судя по описанию на этикетке, сделанный из крови наг. Трия такое не одобрила бы, но ее рядом не было. Правда, не скажу, что это было благо.
Я переживал за всех своих девушек, разбросанных по просторам Валтарсии. Кроме разве что Лиски, вернее Лисандры фон Вокра. Там я тоже переживал, что не успею прикончить ее до того, как умру сам. Собственно, эта тварь возглавляла мой список еще живых мертвецов, даже приемный отец и лорд Уратакоты были ниже.
А сейчас к нему вполне могли добавиться два имени. Белого волхва и Серой Крови. Ее сыночка если придется я собственноручно прикончу. Хотя хотелось бы соблюсти условия клятвы перед Святогором. Да и дел у меня еще было слишком много, чтобы так глупо погибать сейчас. А значит, нужно попытаться если не сгладить острые углы, то, по крайней мере, выиграть позицию.
Проверка интеллекта. База: 9 (+3 интеллект, −3 при смерти, +3 элита, +3 зелье, +3 усиление). Бонус: −10 толпа. Бросок: 3. Требование: 2. Успех.
— Братья! — как можно громче сказал я, — вызвавшись защищать матриарха мне хотелось войти в стаю, и я вошел в нее, получив в дар одну из дочерей — Дару Серую! При всех вас я обещаю, что постараюсь не убить наглеца, покусившегося на право зваться первым воином — Альфой.
— Ты и не сможешь, — рассмеялся Волчок, расправляя плечи, твою мать — метра полтора в них точно есть, — сегодня твой последний день на этом свете, чужак. Пора тебе кормить червей.
— Когда я одержу победу, то спрошу с каждого, кто оказался недостаточно дальновиден, — продолжил я, не смутившись, — вождь стаи, достаточно ли ты умна, чтобы возглавлять Томвов? Правильно ли ты оцениваешь своих друзей и врагов? Белый волхв, достойно ли ты служишь нашим общим богам? Блюдешь ли ты клятвы, которые взял на себя именем Святогора? Сможешь ли ты ответить перед его взором, когда он спросит?
Мой голос разносился по поляне все громче и увереннее. Всасываясь в стенки желудка, эликсир оказывался у меня в крови, разносился по органам и тканям. Он начал действовать не сразу, как большинство слабых зелий, но и продержаться должен был куда больше. Я невольно расправил плечи и выпрямился, а затем легко поднял над головой огромный башенный щит.
— Видите это? Сила, которой вы бросили вызов. Я избранник богов, сын матери земли и отца огня. Мое имя в миру — Добрыня. Но у меня множество и других имен, меня называли Грейстилом, Райни и даже Рейнхардом. Первожрецом самого верховного бога, повелителя и покровителя всех богатырей и блюстителя клятв — Святогора. Одумайтесь!
