Теперь, после того, как меч разгорелся, а щит был поднят, нашлось гораздо меньше тех, кто готов был насмехаться надо мной. Матриарх смотрела с прищуром достаточно наглым и уверенным, чтобы сказать: «Она не рассчитывала на мою победу». А вот волхв чуть прижал уши и отодвинулся. Интересно, он рассказал Серой Крови, о магии, которую узнал? Что-то сильно сомневаюсь, ведь он из другой стаи.
— Стая! — проговорила волчица на троне громовым голосом, — все вы будете свидетелем, как один из ваших братьев сразится с чужаком, если его друзья попробуют вмешаться — убейте их! — вот и все, теперь ее план был понятен.
— Твой сын тоже не собирается драться в одиночку!
— Это его право, как вожака, привести с собой младших. Если у тебя такие найдутся — можешь позвать их на помощь, — отмахнулась матриарх. Что ж, один у меня точно есть…
— Хватит пустого трепа, — усмехнулся Волчок, — пора умирать.
— Ты даже не представляешь на сколько. Даже не представляешь.
Сражаться на полную силу и убить или пытаться сохранить ему жизнь? Вопрос даже не стоял. Я для себя твердо решил — биться будем насмерть. А уж если он в процессе выживет — это его проблемы. По крайней мере, в клятве говорилось про «жив», а не про «цел». Без рук, ног и хвоста — это знаете тоже вполне себе. Вот только без толку. Уж лучше смерть.
Волколаки взвыли, все вместе, и лютоволки врага бросились в мою сторону. К счастью, Трорин успел вовремя, и доспех стал совершенно невесомым за секунду до столкновения. Здоровенные звери готовы были вцепиться мне в глотку, но дорогу им преградил Акташ вместе с альфой и сукой, которая держалась чуть в стороне.
По рядам зрителей прошло недовольное рычание. Звери встали как вкопанные напротив друг друга. Драться один на один с сильными сородичами, и напасть гурьбой на одного — две совершенно разные вещи. Волчок взревел, бросаясь в атаку вслед за своими питомцами, собираясь вступить в рукопашную. Но в мои планы это не входило.
Проверка атаки. База: 25 (+1 знакомое оружие, +1 точность, +1 удобство, +5 мортирка, +3 восприятие, +5 поиск уязвимостей, +3 усиление, +3 зелье, +3 элита). Бонус: −22 (-4 эпик, −4 выносливость, −4 эликсир, −3 превосходный доспех, −2 естественная броня, −5 отличный башенный щит). Бросок: 4. Требование: 2. Легендарно!
Воткнув горящий клинок в землю, от чего она мгновенно зашипела, я вскинул к плечу переделанный арбалет и послал болт. Противник лишь оскалился, прикрывшись щитом, и набрал скорость. Именно то, что мне было нужно. Фитиль опустился на скрытую полку с алхимическим порошком, и меня на несколько секунд оглушило взрывом, а поляну заволокло черным дымом. Но даже это не заглушило вой боли первенца Серой крови.
Удивительно, но он еще был жив. Левая лапа волколака представляла из себя сплошное месиво из крови, шерсти и мяса. Огромный щит тянул остатки вниз, и кожа рвалась от его веса. Было совершенно очевидно, что больше ему в этой битве ничего не светит. Но я недооценил противника. Взвыв, он обрубил собственную окровавленную лапу и бросился вперед на трех оставшихся. Взбешенные ранением вожака лютоволки бежали следом.
Он был силен, без сомнения. Могуч, как рокочущий камнепад. Вот только воде наплевать сколько камней в нее упадет, это лишь поднимет ее уровень, а волны — пройдут. Я не собирался встречаться с ним в прямом лобовом столкновении, даже с ослабленным. Одно движение — и у башенного щит появляются подпорки снизу. Со стороны врага и его матери это было незаметно — но я даже отошел чуть назад, и не зря.
Волчок обрушился на щит со всей яростью, рассчитывая стереть меня в порошок, раздавить как валун, покромсать на куски. Не знаю и не хочу знать, из чего его когти на перчатке, но отличную толстую сталь он разрезал, как лист пергамента. Вот только враг явно рассчитывал меня зацепить, а для этого нужно было сделать еще шаг и послать руку назад. Но я был быстрее, и глаз еще действовал.
Проверка атаки. База: 25 (+3 подмастерье клинков, +1 огонь, +1 вибрация, +3 Кладенец, +3 сила, +5 поиск уязвимостей, +3 усиление, +3 зелье, +3 элита). Бонус: 13 (-4 эпик, −4 выносливость, −4 эликсир, −3 превосходный доспех, −2 естественная броня, +2 серьезное ранение, +2 застали врасплох). Бросок: 2. Требование: 4. Божественно!
Клинок вошел в запястье волколака, когда тот отдернул лапу вверх. Собственными усилиями он лишь помог мне разрубить руку вместе с оружием.
Но я не стал останавливаться на достигнутом. Крутанувшись, я сделал подшаг и обрушил клинок сверху вниз, отрубая плечо вместе с остатками лапы. Чудище прыгнуло вперед, оскалившись, в последней звериной попытке достать меня зубами. Но его силы оказались на исходе. А может просто боль и кровотечение давали о себе знать. Но жалеть зверя я не собирался.
Двух взмахов хватило мне для того, чтобы обрубить обе оставшиеся конечности, а затем я прижег клинком рану, оставшуюся от выстрела мортирки. Весь бой занял меньше минуты. Противник был жив.
Его питомцы лежали в лужах собственной крови, сраженные Акташем и его сородичами. Волчица умудрилась завалить особенно здорового лютоволка, вцепившись ему в глотку исподтишка. Вожак получил пару новых ран, а альфа не пару, но они были живы. А я с огромным трудом смог скрыть ликование. До последнего не мог поверить что все получится, но и оставлять все в таком виде — нельзя. Эта в любой момент может ударить в спину…
— Твоя клятва исполнена, — нехотя сказала Серая кровь, — мой… обрубок еще трепыхается. Можете убираться на все четыре стороны.
— Нет! — крикнул я в ответ, от чего матриарх вскинула брови. Но удивилась не только она.
— К-как нет? — пробормотал ошарашенно Трорин. Арата смотрела на меня, как на полного идиота. Дара тоже близко, но с примесью восхищения.
— Как Альфа стаи Серых, доказавший свое право, я заявляю, что ты не способна управлять нашим народом. Ты не знаешь своих новых друзей и врагов. Ты не обладаешь достаточной мудростью, чтобы возглавлять стаю и город! Для меня ты больше не вожак. Спускайся с трона или выстави любого другого защитника. В любом случае тебе на нем не место!
— Ты забываешься! — прорычала волчица, — никогда еще чужак не сидел на троне Тамвова! И этого никогда не будет! Каждый брат в стае встретит тебя клыками!
— А я говорю не только от своего имени. Белый, наш договор исполнен, она твоя!
— Что-о? — взревела волчица, с места прыгая в сторону волхва. Право сильного, она была все еще значительно моложе полностью седого, но еще крепкого волка. Но тот не даром сидел на своем месте. Мне показалось, что я даже заметил вспыхивающие в воздухе знаки. Усиление себя. Очищение. Исцеление. Когда они сшиблись — были равны. Но лишь на секунду. До того, как волхв дотянулся до Серой. Проклятье — именно так мы назвали это.
Схватка волчицы и Белого была куда длиннее и менее зрелищнее. Они дрались, как и положено волкам. Зубами, когтями, яростью и хитростью. А еще магией. Через несколько бесконечно долгих минут Серая отпрыгнула от тела жреца. Сделала несколько неуверенных шагов и повалилась в лужу собственной крови, текшей из ее разорванного горла.
Вымазанный в красном с ног до ушей волхв с трудом поднялся, зло посмотрел на меня. Но потом сделал именно то, что я от него все это время ждал. Поднялся и сел на трон. По рядам волков прокатились недовольное рычание и чихающее гавканье. Недовольство недавних победителей — Серой стаи, всех, кто успел уже совершить союзы с ними, создать семьи, росло, как лавина.
Глава 18
— Тихо, — сказал вполголоса Белый. В начале мне показалось, что его никто не услышал, но толпа как-то странно начала успокаиваться, волнами. И тут мой нос защипало. Запах, примешенный к гари, крови и смерти. Нечто новое, мною неизведанное. И довольно противное к тому же. Не моча, но… выделения скажем так.
— Ты не можешь нами командовать! — крикнул один из Серых, мощный большой волк.
— Могу, — так же тихо ответил волхв, — и буду. Потому что у меня не осталось выбора. Тридцать лет я избегал этой участи, всегда проживая в городе. Но теперь из-за единственного нарушившего гармонию чужака, — Белый замолк, показав старые стертые временем зубы, — слушайте все. Он лихорадка, он болезнь. Кто его тронет или тронет его братию — погибнет. То, что его — его. То, что наше — наше. Всем понятно?
