- Командор, у него оружие!
Тран среагировал с молниеносностью змеи. Я еще не договорила фразу, а его рука уже отбрасывала меня в сторону. Я впечаталась спиной в стену рядом с открытым лазом, но боли не почувствовала. То ли адреналин, гуляющий в моей крови, сгладил ощущения, то ли Тран осторожничал со мной.
С киллом командор не церемонился. Пилот еще только до половины вытащил из кармана оружие, а Тран уже изо всех своих немаленьких сил впечатывал кулак ему в челюсть. Голова килла рефлекторно дернулась вверх, запрокидываясь от силы удара. Но, к сожалению, пилота это не остановило. Он только тряхнул пару раз головой, словно ему что-то попало в ухо. А потом бросился к открытому люку ремонтного лаза. И это стало его ошибкой.
Тран не раздумывая атаковал его со спины. Но, то ли расстояние подвело командора, и удар оказался слабым. То ли килл в последний момент отклонился. Но заметного ущерба пилоту Тран нанести не смог. Килла наказали космические боги.
На входе в люк он вдруг споткнулся. Мгновение балансировал на краю, цепляясь за раму входа. Но вот по «телу» корабля пробежала очередная волна дрожи. Метал выскользнул из пальцев килла, и пилот головой вперед влетел в разинутый зев люка. Мы с Траном застыли. Несколько долгих секунд была тишина. А потом до нас долетел глухой звук удара. Пилота живым мы уже явно не увидим. Я содрогнулась. Это какую силу воли надо иметь, чтобы падать, не издав ни звука?
Тран глухо выругался и взял меня за локоть:
- Идем, Крис. Прости, но рефлексировать некогда. Я сильно подозреваю, что на мостике сейчас нет пилота. Кроме тебя и этого п..., эм, неумного, на борту еще один пилот – молоденький фарн, полгода назад окончивший академию. Я в очередной раз просчитался.
Я безвольно позволила командору увлечь меня за собой. В голове роилось тысячу и одна мысль. Сколько тут еще предателей? Что нас ждет впереди? Я уже не сомневалась, что на корабле имела место диверсия. Думаю, Тран тоже пришел к подобным выводам.
На мостике была тихая паника. Фарн, вчерашний выпускник, а ныне стажер-пилот встретил меня со смесью ужаса и облегчения в глазах. Я молча проскользнула на место второго пилота и привычно активировала панель. Разноцветные огоньки индикаторов весело забегали взад-вперед, поочередно извещая о готовности приборов и узлов к работе. К тому моменту, когда я застегнула последнюю липучку на вирт-перчатках, все было готово. И виртуальный штурвал призывно вынырнул из ниоткуда прямо передо мной. Годы, прошедшие со дня выпуска из академии, не прошли для меня бесследно. Ладони уверенно легли на положенное место. И… провалились. Виртуальный штурвал не работал.
Я прикусила губу и встретилась взглядом с парнишкой-фарном. Черт, даже имени его не знаю! Надежда в его глазах медленно таяла.
Автоматически перезапустила систему и вновь активировала штурвал. Впрочем, уже заранее зная результат. По неизвестной мне причине корабельный мозг блокировал все попытки вмешаться в управление кораблем. Я взглянула на дисплей, выписывающий намеченный маршрут и пройденный путь. И замерла. Лайнер все еще находился на намеченной траектории. Но его нос медленно сворачивал в сторону. Угол поворота пока был небольшим. И не очень заметным не посвященному. Но он был. Нас куда-то вело.
Я склонилась к панели поближе. Над головой раздался тихий голос Трана:
- Ты тоже заметила отклонение?
Я кивнула. И добавила:
- Ничего не могу изменить. Штурвал не работает.
Я попробовала ввести координаты для прокладки нового курса и просто обомлела, когда поперек дисплея полыхнула оранжевым злая надпись: «Запрещено!». Тран со свистом втянул ноздрями воздух:
- Тааак! Есть какие-то варианты решения проблемы? Любые?
Я даже рта не успела открыть, как с рабочего места штурмана раздался встревоженный вскрик:
- Командор Тран, включились все вспомогательные двигатели по левому борту! Мы поворачиваем!
В этот момент распахнулись двери и на мостик влетел чумазый Вальтан. Огляделся, и широким шагом направился к нам:
- Что происходит? Не работает ни один лифт! Я сюда еле добрался. Но при этом все системы жизнеобеспечения функционируют в штатном режиме. Даже смотровые окна открываются. Такое ощущение, что можно все, кроме перемещения по кораблю!
Командор прикрыл глаза и глухо ему ответил:
- Еще нельзя управлять кораблем.
Вальтану словно под дых дали. Несколько секунд он ловил воздух открытым ртом, смешно выпучив глаза. А потом еле слышно выдавил:
- Пираты?
Я затаила дыхание. А командор устало провел рукой по лицу, словно снимая паутину, и сказал:
- Кажется, на этот раз все будет намного сложнее. Для пиратов такая диверсия слишком сложна и филигранна.
- …Дуран?!
- Боюсь, что да. – Тран немного помолчал, а потом отдал приказ: - Командор Ольвир, начинайте подготовку к эвакуации. Здесь оставаться нельзя. Если, конечно, нет желания стать подопытным материалом у свихнувшегося генетика.
Вальтан молча уставился на командора. А я решила рискнуть и неуверенно предложила:
- Командор Тран! Есть один вариант. Нет никакой гарантии, что получится. И, кроме того, это не законно. Но…
У Трана моментально загорелись глаза:
- Действуй, Крис! Сейчас не до законности методов. Если выберемся, я со всем разберусь.
Я сомневалась в разумности подобного шага, но послушно потянулась к панели управления.
Про эту фишку мне рассказал в свое время Хи. Многоуровневый мультифункциональный ключ писал он сам. Именно благодаря этому ключу Хи смог сбежать от пиратов. Этот ключ позволял взламывать защиту электронного мозга почти любой сложности. Хи испытывал ее на военном шаттле. Раз там получилось, значит, должно сработать и тут. Мои пальцы забегали по клавиатуре.
Не знаю, сколько я потратила времени на взлом искусственного интеллекта. Когда последняя оболочка упала, и я устало выпрямила спину, наш лайнер отклонился от курса почти на сорок пять градусов. Я встретилась взглядами с Траном, как бы спрашивая разрешения. Он кивнул. И я ввела команду-блок.
Несколько секунд ничего не происходило. А я настолько живо представила, как по каналам бежит импульс введенного приказа, что в какой-то момент сама информационным сгустком полетела к серверам электронного мозга. Секунда. Другая. Третья. А потом сам собой активировался виртуальный штурвал, словно приглашая взяться за него. Пропала пугающая надпись про запрещение. Я поспешила исправить курс и выровнять положение звездолета относительно проложенного маршрута.
Звездолет слушался, но очень тяжело. Неохотно, лениво, он лег на прежний курс. Тран отдал приказ рассчитать новый курс и увеличить скорость, чтобы сократить время пути. Работа закипела. Команда облегченно выдохнула.
Как оказалось, преждевременно. Не успели штурманы ввести полностью новые данные, как вдруг в помещении засветилась призрачным голубоватым светом вся проводка. Кое-где приборы заискрили. Кто-то вскрикнул. Фарн-стажер рядом со мной испуганно вскочил со своего места. Но не успели мы до конца осознать новую напасть, как звездолет содрогнулся. А потом еще раз. И еще раз. По коридорам прокатился жуткий низкий гул. Из некоторых панелей повалил дым.
На пару секунд воцарился хаос. Который очень быстро прекратил Тран, гаркнув во всю мощь легких:
- Успокоились! Все! Провести диагностику! Доложить о повреждениях!
Спустя несколько минут стало понятно, что доступ к электронному мозгу и управлению кораблем заблокирован. Наглухо. Пропал и не отзывался виртуальный штурвал. Не открывались диалоговые окна. И только дисплей, отвечающий за фиксацию пройденного пути, словно насмехаясь, демонстрировал как лайнер вновь начал поворачивать нос в сторону от курса. Добил нас вскрик инженера –техника:
