Рэм вздрогнул, когда поглотил энергию погибшего прямо через перчатку костюма, шестьдесят три единицы в актив. Аккуратно уложив покойника, Рэм спрыгнул вниз и направился к «войскам», изготовившимся к атаке. Начал он с самого серьезного и опасного бойца. Тот сидел, сжимая в руках револьверный ракетомет, такой же древний, как и эти руины, но его было вполне достаточно, чтобы повредить их транспорт. Он устроился за обломками, на которых пышно рос какой–то густой куст, и теперь ждал, когда ему скомандуют огонь, при этом дергано огладывался назад, лицо его было бледным, руки дрожали, похоже, он был наркоманом со стажем. Рэм не чувствовал никакой жалости к этим людям, да и можно ли было считать людьми? Они не представляли для него никакой угрозы, но они сами пришли, он их не звал. Как говорили древние на Земле? Тот, кто идет за шерстью, может вернуться стриженным.
На этот раз Рэм просто, походя, снес бандиту голову и пошел дальше. Следующая цель — тетка неопределенного возраста, уровень социальной угрозы одиннадцать. Никакой жалости, клинок пробивает голо, она хрипит, но Булавин зажимает ей рот, пока она не прекращает дергаться. Ее сосед что–то почуял и начал вертеть головой, пытаясь разглядеть происходящее во тьме с помощью своего потрепанного визора. Секунда, и вот он уже падает на землю. Штопор впитывает черную энергию и идет дальше.
— Рэм, — раздается в голове голос Граи, — это ведь бойня.
— Я их не звал, — отозвался Булавин и прикончил двух последних бандитов напротив входа. Шестеро в минусе, осталось столько же.
На ликвидацию остальных ушло меньше пяти минут, все закончилось быстро и кроваво.
Вернувшись за мальчишкой, Рэм закинул бесчувственное тело на плечо, заинтересовал его парашника, надо пообщаться. Пристроив пленника рядом с машиной, Булавин достал инъектор и вколол пленнику противошоковое, приводя того в чувство. Пока сопляк хлопал глазами, приходя в себя, деактивировал забрало и прикурил. Бросив взгляд на шкалу душ, Рэм удовлетворенно кивнул, неплохо подзарядился. До нового уровня не хватило всего одиннадцати единиц. За зачистку получил и новый «социальный уровень», теперь он добрался до девятнадцатого. Но больше всего порадовало системное сообщение: «Поздравляем, второстепенная способность «Тихое убийство» +1. Теперь вы сможете убивать ничего не подозревающего противника еще более эффективно. Открыто дополнительное умение — «Внезапная смерть», способность постоянного действия и не нуждается в активации. Устраняя ничего не подозревающего противника, вы получаете возможность видеть уязвимые точки его брони, удар в которые нанесет максимальные повреждения, которые приведут к неминуемой смерти. Также за ликвидацию в режиме «Тихое убийство» вы получаете вдвое больше социальных очков.
— Отличный перк, — обрадовался Рэм. — Жаль, «скрытность» не прокачивается под действием маскировочного модуля, только без него.
Глянув на счет, он равнодушно пожал плечами, за одиннадцать трупов ему начислили только три тысячи восемьдесят два социка. Да, копеечный результат.
— И что, ничего не екнуло? — мысленно спросил Хранитель, стоя у борта их транспорта.
— Не-а, — покачал головой Булавин, присаживаясь напротив трясущегося от страха мальчишки. — Убив этих, я кому–то спас жизнь. Заключение, перевоспитание с подобными личностями не работает.
— Ликвидаторы примерно так же размышляют, они охраняют покой общества. Они точно так же, как и ты, без эмоций устраняют угрозу.
Рэм замер, подняв голову, посмотрел в глаза андроиду.
— Все зависит от точки зрения.
Хранитель кивнул.
— Именно так, солдат.
Булавин как–то нервно отшвырнул окурок, посмотрел на пленника, слова зацепили, заползли в самое сердце, внушили сомнение в правильности действий, но что–то было не так с ними, где–то была ошибка, которую не мог найти логичный искусственный разум.
— Ты зачем сюда пришел? — спросил он, глядя прямо в светло–сиреневые глаза.
— Я не хотел, — заикаясь, произнес мальчишка.
— Врешь, сучонок, никто тебя не заставлял, я творю рожу читаю, как текст с экрана, причем текст, рассчитанный на ребенка. Ну, давай, наберись мужества, скажи, зачем сюда пришли одиннадцать человек на рассвете с оружием?
— Меня для прикрытия взяли, Скара охранять, я щиты могу ставить мощные, — разревелся он. — Убивать они шли, — глотая сопли, проревел он. — Машина хорошая, модуль, здесь это все имеет цену не малую. Может, еще что. Для Скара, главаря нашего, личное оскорбление, когда что–то хорошее и такое нужное находится в чужих руках.
Рэм поднял голову и посмотрел на Хранителя.
— Вот в чем разница. Я убиваю плохих людей не потому, что человек думает иначе, а потому, что он мразь, и сильно зажился на этом свете. Причем не я к ним прихожу, они сами ко мне идут.
По лицу андроида, которое отлично держал в повиновении Искусственный Разум, нельзя было понять, устроил ли его такой ответ, но это пошатнуло его логическое построение.
— К чему ты вообще завел этот разговор?
Несколько секунд синт молчал, потом, наконец, решил прояснить.
— Можешь назвать это банальным тестированием. Вы, люди, легко ломаетесь. У вас сбиваются нравственные ориентиры, и мне было важно понять, насколько ты в своем уме, мне очень не понравился этот тревожный звоночек с резней. Ликвидаторы уже не раз ради могущества шли подобной дорогой. Но ты пока что действуешь в интересах дела.
— И насколько я нормален?
Хран несколько секунд смотрел ему в глаза.
— Пока все в рамках твоего психологического профиля.
И, развернувшись, андроид направился к Грае, которая хоть и слышала весь разговор, но предпочла не встревать. А может, они договорились провести этот тест совместно. Что–то изменилось в поведении ИРа за тот момент, что он обрел тело. Причем поменялось не только поведение. Рэм посмотрел вслед Хранителю, и тут до него дошло — глаза. Глаза андроида теперь имели серебристую радужку, как у Граи, это говорило о наличии души.
— Интересно, очень интересно, — пробормотал Булавин себе под нос и вернулся к прерванному допросу.
Рэм пристально посмотрел на таращащегося в ужасе паренька.
— Ответишь честно, отпущу, — наконец, произнес он.
Парень закивал так активно и так быстро, что Штопор начал опасаться, как бы голова не оторвалась.
— Итак, вопрос первый — сколько всего людей в банде, ждать ли повторного нападения?
— Нет, есть еще шестеро, но они базу охраняют, — парень вроде даже как успокоился и прекратил пускать сопли и заикаться. — Не будешь охранять, другие захватят, тут народ лихой, слабые не выживают.
— Понятно. Второй вопрос — что случилось странного за последнее время, какие новости приходили в вашу отхожую яму?
Парень задумался.
— Ну, самая свежая — ликвидаторы поселок зачистили, банду контрабандистов, он дальше по дороге, всего тридцать километров, Свободный назывался. Там мужик авторитетный управлял, Трэгом звали.
Рэм со всей дури саданул кулаком в борт машины. У мальчишки оказалась отменная реакция, еще мгновение назад там была его голова, которую он чудом сумел убрать из–под удара, причем сам не понял, как. Тяжелый транспорт качнулся на всех своих шести колесах.
Грая вскочила и в одно мгновение оказалась за спиной у Булавина, она прекрасно слышала, что сказал пленник. Руки девушки обхватили плечи Рэма, стараясь удержать от немедленной расправы. Он дернулся, сверля налитыми кровью глазами мальчишку, словно он виноват в случившемся со Свободным. Мальчишка бы непременно обоссался от страха, если бы не сделал это, еще когда его схватили, и сейчас он пытался протиснуться между колесами, стараясь убраться от этого страшного человека в костюме ликвидатора.
— Рэм, — выкрикнула Грая, привлекая к себе внимание. — Спокойно, — теперь уже зашептала синта ему в ухо, — не надо, он не виноват, он не при чем, это Архонт. Он ответит. Ответит за все. Успокойся. Да помогите же мне.
Оба брата, вбежавших в руины с трофеями в руках, растерянно таращились на синту, которая теперь пыталась удержать вырывающегося Булавина. Тут к ним подскочил Хранитель и ткнул инъектором в незащищенную шею Булавина. Штопор вздрогнул, ноги подкосились, и он опустился на грязный пол. Регенерация, дожигая остатки мутантской энергии, успешно справилась с успокоительным за считанные мгновения, но этого хватило, чтобы Рэм остыл.
