С рычанием забравшись на обочину, грузовик покатил по трассе на восток, и почти сразу навстречу попалась небольшая колонна из уазика "патриота" и двух армейских "Уралов". Патруль.
Тормозить нас служивые для проверки не стали, проехали мимо.
Серый перебрался ко мне, разложил карту и спросил:
— Куда дальше?
Я достал собственную карту и посветил фонариком, пытаясь разобраться в пометках.
— Сейчас проедем поворот на Песчаный, — решил некоторое время спустя, — и справа будет съезд на заброшенный проселок. Нам туда.
— Ясно, — кивнул старший охранник и по рации передал мои слова водителю.
До съезда добрались быстро, минут за двадцать, только вот заброшенный проселок оказался не таким уж и заброшенным. Скорее, наоборот, ездили по нему много и часто. Дорога была разбита колесами, в подмерзшей грязи виднелись четкие отпечатки протекторов автомобильных покрышек.
Серый присмотрелся к ним и решил:
— Вчера кто-то проехал, на. Снежком ночью припорошило.
Дуб встал рядом с ним и засомневался:
— Почему именно вчера, а не раньше?
— Раскиснуть следы не успели.
— Ну может быть…
Я огляделся по сторонам и поморщился. Мне все это откровенно не нравилось.
— На границе кондукторов прошляпили? — предположил Напалм.
Но Серый так не считал.
— Какой им прок на легковушках сюда кататься?
— Тоже верно, — кивнул я и попросил Лику: — Давай в кузов.
Ведьма спорить не стала, и я вместо нее забрался в кабину и уселся там рядом с водителем. Гусь завел двигатель, и грузовик покатил по проселку, разбрызгивая колесами дорожную грязь. Очень скоро открытое пространство осталось позади, и мы начали петлять по лесу. Ям и луж попадалось с избытком, но "шестьдесят шестой" легко преодолевал препятствия.
Еще бы он забуксовал! Если уж легковушки проехали…
Грузовик удалился от трассы километров на пять, когда дорога вильнула, выворачивая к небольшой заимке. Небольшой, но очень неплохо укрепленной.
Поселение ограждал высокий забор из вкопанных в землю бревен, поверх его тянулись витки "егозы" с накопителями Иванова — Гольца, на дереве темнела сложная вязь защитных заклинаний. Из-за ограды высовывались крытые профнастилом крыши и железный бак водонапорной вышки с шестом то ли громоотвода, то ли рации. Но не бак конечно же — судя по прорезям в металле, там местные обитатели обустроили нечто среднее между наблюдательной вышкой и укрепленной огневой точкой. И кусты вокруг вырублены, незаметно не подберешься.
Автомобильные следы вели прямиком к укрепленным стальными листами воротам, а дорога уходила дальше в лес, но кто-то не поленился положить поперек ее сучковатое бревно…
Грузовик замер на опушке, Гусь огляделся и спросил:
— Оттянем бревнышко, и дальше?
— Совсем сдурел, что ли? — хмыкнул я. — Люди старались, укладывали, а мы возьмем и оттянем? Не просто же так надрывались, еще пальнут.
— И что делать?
— Пусть из кузова, кроме Серого, Дуба и Клопа, никто не показывается. А ты встань так, чтобы обратно развернуться смог. Мало ли что… — предупредил я, распахнул дверцу и выпрыгнул в дорожную грязь.
Оглядел фуфайку и остался увиденным доволен. Успел замызгать, новенькой она уже не казалась. Штаны с ботинками и того больше ухомазданы. Борода, вязаная шапочка, разгрузка с "сайгой". Нормально выгляжу, авторитетно.
К бревну я не пошел, направился сразу к воротам заимки. Несколько раз приложил ботинком по доскам, подождал и крикнул:
— Отворяйте ворота!
Наемники выбрались из кузова и рассредоточились вокруг грузовика. Все в камуфляже и с оружием. Внушают, короче.
Не услышать меня местные обитатели точно не могли, но во дворе было тихо, поэтому я набрал полную грудь воздуха и рявкнул:
— Хозяева! Есть кто живой? Открывайте, а то спалим на хрен ваше незаконное строение!
Тогда уже отодвинулась в сторону задвижка смотровой щели.
— Чего надо? — спросили из-за ворот.
— Патруль, — не моргнув глазом, соврал я. — Старший разведгруппы Леднев Александр Сергеевич.
— Как Пушкин? — пошутил невидимый собеседник.
— Стихов не пишу, стрелять умею.
— А документики есть?
Стоять перед воротами, из-за которых вполне могли пальнуть, было на редкость неуютно, но я ничуть не смутился и презрительно хмыкнул:
— Шибко грамотный, што ле? Читать умеешь?
— Обучили.
Тогда я достал карту и зашуршал ее листами.
— Объясни тогда, грамотный, почему эта халупа у меня на карте не отмечена?
— А мне почем знать?
За время службы в Патруле пришлось всякого повидать, поэтому я сделал лицо кирпичом и нахраписто выдал:
— Грамотность тебе повысить? Легко! Сейчас мотанемся до опорника, и будешь ордер читать. Так, значит, да?
Человек за воротами не нашелся что ответить и замолчал, потом уже без былой самоуверенности произнес:
— Охотники мы. Летом здесь живем. Как снег сходит, так и приезжаем…
— Ты мне еще историю сотворения мира расскажи! — перебил я собеседника. — Офигеть, как интересно послушать!
— Чего надо? — вздохнули за воротами.
— Открывай!
Лязгнул засов, в приоткрывшуюся калитку выглянул бородатый мужичок средних лет, в распахнутой фуфайке и меховой шапке с завязанными на макушке ушами. Оружия он на виду не держал, но у дома стоял мордоворот с двустволкой. Через мощную грудь был протянут патронташ, на поясе висел немалых размеров тесак.
— Чего вам? — спросил бородатый.
— Посторонись! — Я бесцеремонно отодвинул его с дороги, шагнул за ограду и огляделся. Автомобилей нигде видно не было. — Охотники, значит?
Сбоку у сарая стоял еще один парень, этот был вооружен карабином СКС.
— Охотники, — подтвердил мужик.
— И округу знаете?
— Знаем…
— Отлично! — Я приложил к воротам свою карту с отметкой Патруля "Только для служебного пользования", разгладил ее и ткнул пальцем в наше местоположение. — Заимка тут?
— Тут, — подтвердил бородатый.
Я провел пальцем по ниточке дороги и спросил:
— Здесь проехать можно?
— Смотря куда.
— До Границы доедем?
Мужичок замялся, тогда подал голос громила с двустволкой.
— Завязнете, — пробасил он.
— Пожалуй, что завязнете, — подтвердил бородатый.
Вскоре после заимки дорога раздваивалась, ответвление уходило в сторону от окна к отмеченному на карте мосту через реку. Туда я и ткнул.
— А сюда доедем?
— Вряд ли, — засомневался мужичок. — Дороги не просохли еще.
Я вздохнул и принялся сворачивать карту.
— Ладно, попробуем. Бревно с дороги убирайте.
— А это не мы! — быстро ответил громила.
Я шагнул со двора на улицу, обернулся и честно признался:
— Да по фигу кто. Следить за территорией надо! Давайте, руки в ноги и пошли! Я за вас свою работу делать не буду! Шнеле, шнеле! Арбайтен!
Охотники переглянулись, но решили на конфликт не нарываться, и молодые парни отправились убирать бревно с дороги. Бородатый мужичок остался у ворот и спросил:
— А вам зачем туда?
— Погранцы северореченских на пропускном кошмарят, пришла информация, что те напрямик через Границу где-то здесь полезут. К востоку болота, к западу болота, а тут и дорога, и мост. — Я выдал эту историю и уставился на бородача. — А сами-то откуда будете?
— С Выселок мы, — быстро ответил мужичок. — Каждое лето сюда…
— Да по фигу! — вновь оборвал я собеседника. — Видели кого на днях?
— Нет.
— Если что — сообщайте на опорник. — Я указал на антенну. — Частоты знаете?
Мужичок промычал что-то неразборчивое, но тут просигналил грузовик. Я увидел, что дорога свободна, и зашагал к машине.
— Не шалите тут! — крикнул напоследок и махнул рукой наемникам. — Погнали!
А когда те забрались в кузов, подошел к откинутому пологу тента и негромко произнес:
— Аккуратней. Один точно колдун.
— Может, превентивно завалим? — предложил Клоп.
