– «Лейна Ирен д’Арвер имеет честь пригласить лейну Лорен Андерсен, лейну Амели Андерсен и лейра Роберта Вайлиша на вечер изысканного общения для молодых леди и джентльменов столицы…» – прочитала Амели, разворачивая карточку, и посмотрела на меня с удивлением. – Но тебя и Хэмонда не приглашают?
– Это «молодёжный» приём, – пояснил Роберт, который завтракал с нами в то утро. – Лейна Ирен устраивает их раз в месяц для молодых людей из высшего общества. Это считается честью – получить такое приглашение.
Я заметила, как Лорен подняла бровь, явно не впечатлённая этой «честью».
– И почему же нас пригласили? – спросила она, намазывая масло на тост. – Мы едва знакомы с этой лейной Ирен.
– Вы произвели… впечатление на высшее общество, – дипломатично ответил Роберт. – После двух нашумевших приёмов вы стали своего рода сенсацией сезона. Лейна Ирен, как одна из главных законодательниц мод и хозяйка самых изысканных салонов, не могла не заметить вас.
– Скорее, не могла упустить возможность лично оценить «лавенийских выскочек», о которых все говорят, – сухо заметила Лорен.
– Возможно, – не стал спорить Роберт, и его прямота меня удивила. – Но в любом случае, отказаться от этого приглашения было бы стратегически неверно. Лейна Ирен имеет огромное влияние. Если вы хотите закрепить своё положение в обществе, вам стоит появиться на этом вечере.
– А ты тоже пойдёшь? – спросила Амели, взглянув на него с нескрываемым любопытством.
– Придётся, – вздохнул Роберт. – Раз уж меня пригласили вместе с вами. Хотя обычно я избегаю этих сборищ. Слишком много пустой болтовни и фальшивых улыбок.
– Не могу не согласиться, – кивнула Лорен, и на мгновение между ней и Робертом возникло редкое взаимопонимание.
Я переглянулась с Хэмондом, который, как и я, заметил это неожиданное единодушие.
– Думаю, вам действительно стоит пойти, – сказала я своим дочерям. – Но будьте осторожны. Раз уж вы привлекли такое внимание, нужно ожидать и повышенного… интереса к вашим словам и поступкам.
– Не беспокойся, мама, – улыбнулась Амели с тем особым блеском в глазах, который всегда заставлял меня нервничать. – Мы будем очень, очень осторожны.
Особняк лейны Ирен располагался в самом престижном районе столицы, на холме с видом на королевский парк. Когда мы подъехали к величественным воротам, кованным в виде виноградных лоз, меня слегка встревожил масштаб события, которое лейна назвала «скромным вечером для молодёжи». Возле ворот уже выстроилась целая вереница карет, а многочисленные фонари и факелы освещали дорожку, ведущую к дому, как будто это был не частный приём, а королевский бал.
– Ты уверен, что это обычный вечер? – тихо спросила я у Хэмонда, когда наш экипаж остановился у подножия широкой мраморной лестницы.
– Для лейны Ирен это, пожалуй, действительно «скромно», – с лёгкой иронией ответил он. – Её приёмы для взрослых гостей ещё более впечатляющие.
– Мне это не нравится, – призналась я, наблюдая за тем, как мои дочери готовятся к выходу, поправляя причёски и платья. – Слишком много внимания к ним сразу после прибытия в столицу.
– Я понимаю твоё беспокойство, – Хэмонд мягко сжал мою руку. – Но Роберт будет с ними. А он, при всей своей сложности характера, очень хорошо разбирается в столичном обществе и его подводных течениях. Он не допустит, чтобы твоих дочерей опозорили или подвергли опасности.
– Надеюсь, что так, – вздохнула я, не совсем уверенная в том, что Роберт действительно захочет защищать интересы моих дочерей, учитывая его первоначальное отношение к нам.
Лорен и Амели вышли из кареты, сопровождаемые Робертом, который, к моему удивлению, выглядел почти… покровительственно по отношению к ним. Он предложил руку сначала Амели, помогая ей спуститься по ступенькам, а затем Лорен, хотя та, как обычно, предпочла обойтись без помощи.
– Будьте осторожны, – напомнила я им. – И если что-то пойдёт не так, немедленно отправляйте посыльного.
– Конечно, мама, – успокоила меня Амели, улыбаясь так невинно, что это только усилило моё беспокойство. – Мы просто проведём приятный вечер в обществе столичной молодёжи. Что может пойти не так?
Роберт хмыкнул, очевидно, разделяя мои опасения относительно этой «невинности».
– Я прослежу, чтобы они вели себя… подобающе, – сказал он, и в его глазах промелькнула искра, которую я не смогла расшифровать. – И привезу их домой до полуночи.
Мы с Хэмондом наблюдали, как они поднимаются по лестнице к дверям особняка, где их встречали ливрейные слуги. Когда они скрылись внутри, и наша карета тронулась с места, я не могла не испытать смутного предчувствия беды.
– Они будут в порядке, – попытался успокоить меня Хэмонд, видя моё беспокойство. – Твои дочери уже доказали, что умеют постоять за себя.
– Знаю, – кивнула я. – Но именно это меня и беспокоит. Их способы «постоять за себя» иногда оказываются… чрезмерно эффективными.
Хэмонд рассмеялся, и я не могла не улыбнуться в ответ, хотя тревога не покидала меня.
Лорен
Когда мы вошли в особняк лейны Ирен, я сразу поняла, что этот вечер будет испытанием. Просторный холл, отделанный золочёными панелями и украшенный фресками, изображающими сцены из жизни древних богов, уже был полон гостей – молодых людей и девушек в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет, одетых в последние модные наряды, держащихся с той особой столичной небрежностью, которая выдаёт многие часы тренировок перед зеркалом.
– Что-то мне подсказывает, что мы здесь не просто для светской беседы, – тихо сказала я Амели, заметив, как несколько девушек в углу холла переглядываются, глядя в нашу сторону.
– Очевидно, – согласилась Амели, поправляя локон, выбившийся из сложной причёски. – Но разве это не делает вечер интереснее?
Я знала этот блеск в её глазах и надеялась, что она положила в секретный кармашек своего платья какое-нибудь особо «интересное» зелье.
Дворецкий провёл нас через холл в просторную гостиную, где группа молодых людей уже рассаживалась вокруг низких столиков с напитками и закусками. Музыканты в углу комнаты наигрывали лёгкую мелодию, создавая атмосферу непринуждённости, но я чувствовала напряжение в воздухе, словно перед грозой.
– Лейны Андерсен, лейр Вайлиш, – объявил дворецкий, и все головы повернулись в нашу сторону.
На мгновение наступила тишина, а затем к нам быстрым шагом направилась хозяйка вечера – лейна Ирен д’Арвер, женщина лет тридцати пяти с идеальными чертами лица, которые, однако, казались немного… неестественными, словно застывшая маска.
– Мои дорогие! – воскликнула она, широко раскрывая руки в театральном жесте. – Какая радость, что вы смогли присоединиться к нам! Столица только и говорит о прекрасных лейнах из Лавении, покоривших наше общество.
– Благодарим за приглашение, лейна Ирен, – ответила Амели с безупречной вежливостью, хотя я видела, как уголок её рта дрогнул в еле заметной усмешке. – Ваш дом великолепен.
– О, это всего лишь скромное убежище для светских встреч, – отмахнулась лейна Ирен, хотя в её глазах читалось удовлетворение от комплимента. – Лейр Вайлиш, – она повернулась к Роберту, – как приятно видеть вас в нашем кругу. Вы так редко посещаете подобные собрания.
– У меня обычно много дел, лейна Ирен, – сухо ответил Роберт. – Но ради таких особых гостей, – он кивнул в нашу с Амели сторону, – я готов сделать исключение.
– Как мило с вашей стороны, – проворковала лейна Ирен, и в её взгляде промелькнуло что-то расчётливое. – Позвольте, я представлю вас некоторым гостям.
Она провела нас через комнату, делая остановки у разных групп молодых людей. Каждый раз представление сопровождалось любопытными взглядами и слишком учтивыми улыбками, за которыми я чувствовала скрытое недоброжелательство, особенно со стороны девушек.
– Лейна Селестия, лейна Доротея, – представила нас лейна Ирен двум изысканно одетым девушкам, чьи идентичные причёски с мелкими локонами делали их похожими на фарфоровых кукол. – Позвольте познакомить вас с лейнами Лорен и Амели Андерсен, нашими гостьями из Лавении, и лейром Робертом Вайлишем, которого вы, конечно, уже знаете.
