Она понизила голос, и я не смогла расслышать её план, но выражения лиц её слушателей подсказали мне, что ничего хорошего она не замышляет.
Я незаметно отошла от куста и вернулась к нашей группе, как раз когда лейна Ирен предложила продолжить вечер в музыкальном салоне.
– Что ты узнала? – тихо спросила Лорен, когда мы следовали за хозяйкой обратно в дом.
– Ничего особенного, – так же тихо ответила я. – Просто обычные сплетни о «бедных лавенийках» и «тёмной магии». Но Селестия что-то замышляет, хотя я не расслышала детали.
– Тёмная магия? – переспросила Лорен с едва сдерживаемым смешком. – Серьёзно?
– Очевидно, я произвожу более устрашающее впечатление, чем думала, – улыбнулась я. – Не то чтобы я этим недовольна.
Музыкальный салон лейны Ирен был обставлен с тем же показным великолепием, что и остальной дом. В центре комнаты стоял изящный клавесин, инкрустированный перламутром, а вдоль стен были расставлены удобные кресла и диваны для слушателей.
– Лейна Селестия восхитительно играет на клавесине, – объявила лейна Ирен, когда мы расселись. – Не могли бы вы порадовать нас своим искусством, дорогая?
Селестия скромно потупила глаза, хотя было очевидно, что она готовилась к этому моменту:
– Если общество пожелает, я не смею отказывать.
Она грациозно опустилась на скамью перед инструментом и начала играть сложную мелодию, которую я узнала как «Лунную сонату» Аристея, известного солтеррийского композитора. Играла она действительно неплохо, хотя, на мой взгляд, слишком много внимания уделяла собственной позе и выражению лица, демонстрируя публике своё «глубокое переживание» музыки.
Когда она закончила, раздались аплодисменты, и лейна Ирен повернулась к нам:
– А может быть, лейны Андерсен тоже порадуют нас своими талантами? В Лавении, я слышала, особенно ценят музыкальное образование юных леди.
Я почувствовала, как напряглась Лорен рядом со мной. Музыка никогда не была её сильной стороной – она предпочитала стрельбу из лука и верховую езду любым изящным искусствам.
– К сожалению, я была слишком занята другими науками, чтобы посвятить достаточно времени музыке, – дипломатично ответила Лорен.
– А вы, лейна Амели? – с плохо скрытым торжеством в голосе спросила лейна Ирен, очевидно, полагая, что поставила нас в неловкое положение.
Я улыбнулась, поднимаясь с места:
– С удовольствием, лейна Ирен. Хотя должна предупредить, что мои таланты не в инструментальной музыке.
Я подошла к центру комнаты и на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями. А затем запела.
Это была старинная баллада о морской деве и рыбаке – печальная и тревожная мелодия, которой меня научила наша старая няня. Я пела на древнем наречии, почти забытом в Лавении, но звуки этого языка были настолько мелодичны, что не требовали перевода для понимания чувств, вложенных в песню.
Когда я закончила, в комнате повисла тишина. Я открыла глаза и увидела, что все гости смотрят на меня с выражениями, варьирующимися от удивления до откровенного восхищения.
– Это… необычно, – первой нарушила молчание лейна Ирен, явно озадаченная неожиданным поворотом событий. – На каком языке вы пели, лейна Амели?
– Это древнелавенийский, – ответила я с лёгким поклоном. – Язык наших предков, почти забытый в современной Лавении, но всё ещё сохранившийся в старинных балладах и песнях.
– Я никогда не слышал ничего подобного, – произнёс молодой человек с напомаженными волосами, и его голос звучал искренне впечатлённым. – Эта мелодия… она словно проникает прямо в душу.
Я заметила, как лейна Селестия поджала губы от досады. Очевидно, мой «варварский» талант не должен был затмить её безупречное, но безжизненное исполнение на клавесине.
– В пограничных провинциях сохранилось много древних традиций, – с улыбкой заметила я, возвращаясь на своё место рядом с Лорен, которая смотрела на меня с нескрываемой гордостью.
– Потрясающе, Амели, – шепнула она, когда я села рядом. – Ты никогда не говорила, что так хорошо поёшь.
– Ты никогда не спрашивала, – тихо ответила я, пожимая плечами. – К тому же, не только ты имеешь право на некоторые… скрытые таланты.
Лейна Ирен, разочарованная тем, что её план выставить нас в невыгодном свете не удался, быстро перешла к следующему пункту программы – играм. Слуги внесли несколько небольших столиков, за которыми гости могли играть в карты, шахматы или «Морские пути» – популярную в Сольтерре настольную игру.
– Лейна Лорен, вы играете в «Морские пути»? – спросила лейна Доротея с притворной любезностью. – Это очень популярная игра в столице.
– Боюсь, я не знакома с правилами, – честно ответила Лорен.
– О, это так просто! – воскликнула Доротея, с плохо скрываемым торжеством в голосе. – Позвольте, я вас научу. Лейры Адриан и Фелиус, не присоединитесь ли к нам?
Двое молодых людей, которые, как я поняла, были в сговоре с Селестией и Доротеей, с готовностью подошли к столику.
Я заметила, как Роберт нахмурился, наблюдая за этой сценой, и неожиданно для всех произнёс:
– Я тоже присоединюсь. Давно не играл в «Морские пути». Лейна Лорен, позвольте мне быть вашим партнёром и помочь с правилами.
Лейна Доротея явно не ожидала такого поворота событий и выглядела слегка сбитой с толку:
– О… конечно, лейр Вайлиш. Какая честь иметь вас за нашим столом.
Они расселись вокруг игрального стола, и я решила остаться неподалёку, наблюдая за игрой и ожидая подвоха. Лейна Селестия и ещё несколько девушек тоже расположились рядом, делая вид, что просто заинтересованы в игре.
«Морские пути» оказались стратегической игрой, в которой нужно было прокладывать торговые маршруты между островами, избегая пиратов и шторма. Игроки объединялись в пары, и каждая пара представляла одно торговое государство.
Доротея быстро объяснила правила, намеренно делая это скороговоркой и путано, очевидно надеясь, что Лорен запутается и будет выглядеть глупо. Но Роберт неторопливо и ясно повторил каждое правило для Лорен, расставляя фигурки и показывая возможные ходы.
– Спасибо, Роберт, – сказала Лорен с лёгкой улыбкой. – Теперь всё понятно.
Игра началась, и сразу стало очевидно, что лейр Адриан и лейна Доротея, игравшие вместе, намеренно усложняли путь для команды Лорен и Роберта, используя все возможные уловки в рамках правил.
– Кажется, нам не везёт с погодой, – заметила Доротея с притворным сочувствием, когда в третий раз выставила карту «Шторм» на пути корабля Лорен и Роберта.
– В море всякое случается, – спокойно ответил Роберт. – Но хорошие мореплаватели всегда находят путь. Лорен, как думаешь, мы можем обойти шторм через Змеиный пролив?
Лорен внимательно изучила игровое поле и кивнула:
– Да, у нас достаточно провизии для такого крюка. И, кажется, там есть удобный остров для пополнения припасов.
Роберт одобрительно улыбнулся:
– Отлично замечено. Большинство новичков не обращают внимания на этот маленький остров, но он может спасти целую экспедицию.
Я видела, как лейна Доротея с каждым ходом становилась всё более раздражённой. План опозорить Лорен в игре, очевидно, не работал, во многом благодаря неожиданной поддержке Роберта.
В какой-то момент Селестия, не выдержав, подошла ближе к столу и «случайно» задела локтем бокал Лорен, стоявший на краю стола. Бокал опрокинулся, и вино пролилось на платье Лорен.
– О, какая неловкость! – воскликнула Селестия с фальшивым ужасом. – Лейна Лорен, я так неуклюжа! Позвольте помочь вам…
Она схватила салфетку и начала промокать пятно, но делала это так неловко, что только размазывала вино по ткани ещё больше.
– Благодарю, но я справлюсь сама, – сухо ответила Лорен, забирая у неё салфетку. – К счастью, платье тёмное, и пятно будет не так заметно.
– Лейна Селестия, – неожиданно произнёс Роберт, и его голос звучал холодно, – вы всегда такая неловкая, или только когда пытаетесь досадить членам семье Вайлиш?
В комнате повисла тишина. Все гости повернулись к нашему столику, шокированные такой прямотой наследника Вайлишей.
