– Какое удовольствие, – произнесла лейна Селестия, высокая блондинка с чуть раскосыми глазами, придававшими ей экзотический вид. – Мы столько слышали о вас.
– Надеюсь, не только плохое, – с улыбкой ответила Амели.
– О, разумеется, – вмешалась лейна Доротея, миниатюрная брюнетка с чересчур яркими румянами на щеках. – Хотя должна признать, некоторые истории кажутся… преувеличенными.
– Какие именно? – прямо спросила я, глядя ей в глаза. – У столичных сплетен есть свойство обрастать фантастическими деталями.
Лейна Доротея слегка смутилась от моего прямого вопроса:
– Ну, например, говорят, что на приёме у лейны Корины вы как-то… повлияли на лейну Джулию, из-за чего она высказала вслух все свои мысли, включая самые неприличные.
– Это нелепо, – вмешался Роберт, к моему удивлению. – Лейна Джулия просто выпила слишком много вина. Случается и с лучшими из нас.
– Разумеется, лейр Вайлиш, – тут же согласилась лейна Селестия, бросив на него кокетливый взгляд. – Мы и не думали обвинять ваших… родственниц в чём-то подобном.
Я заметила, как она сделала паузу перед словом «родственницы», словно подчёркивая, что наше положение в семье Вайлиш весьма условно.
– Сводные сёстры, – с улыбкой поправил Роберт, и в его голосе прозвучала странная нотка тепла, которую я раньше не слышала. – И должен сказать, они привнесли в нашу семью столько новых… впечатлений, что я не могу представить дом без них.
Селестия и Доротея выглядели удивлёнными такой защитой с его стороны, и я тоже была поражена. Неужели Роберт действительно начал считать нас частью своей семьи?
– Как… трогательно, – произнесла лейна Ирен, и её улыбка стала ещё более натянутой. – А теперь позвольте предложить вам освежиться. У нас сегодня вино из южных провинций, специально привезённое для этого вечера.
Слуга подошёл с подносом, на котором стояли бокалы с тёмно-рубиновой жидкостью. Я заметила, как лейны Селестия и Доротея переглянулись с едва скрываемым весельем, когда я взяла бокал, и это насторожило меня.
Амели, стоявшая рядом со мной, словно прочитала мои мысли и будто бы «случайно» задела мой локоть, заставив меня слегка наклонить бокал, и тихо произнесла:
– Ой, прости, сестра! Кажется, я немного пролила твоё вино. Позволь, я возьму тебе новый бокал.
Она ловко поменяла мой бокал на другой с подноса проходящего мимо слуги, делая это так естественно, что никто не заметил подмены. Кроме меня, конечно.
– Попробуйте вино, лейны, – предложила лейна Ирен. – Это особый сорт, немного терпкий, но с удивительным послевкусием.
Амели благодарно улыбнулась и сделала вид, что отпивает из своего бокала, хотя я видела, что её губы едва коснулись края. Я последовала её примеру, и действительно почувствовала лёгкую терпкость, но ничего необычного.
Зато лейна Селестия, сделавшая большой глоток из своего бокала, внезапно закашлялась, её лицо исказилось в гримасе отвращения.
– Что… что это?! – выдохнула она, оглядывая свой бокал. – Оно кислое, как… как уксус!
Лейна Ирен выглядела ошеломлённой:
– Не может быть! Это вино из лучших виноградников южного побережья!
Амели с невинным видом отпила из своего бокала и слегка нахмурилась:
– Действительно, немного терпкое, но вполне приятное. У вас, должно быть, чувствительный вкус, лейна Селестия.
– Или кто-то подменил её вино, – заметила лейна Доротея, бросив на нас подозрительный взгляд.
– Но кто мог это сделать? – удивлённо спросила Амели, и её глаза были такими искренними, что даже я почти поверила в её невиновность. – И главное, зачем?
– Действительно, зачем? – поддержал её Роберт, и в его голосе я уловила нотку… веселья? Неужели он понял, что произошло, и это его забавляло?
Лейна Селестия, всё ещё кривясь от отвращения, поспешила к ближайшему столику, чтобы поставить свой бокал.
– Прошу прощения, – произнесла она, едва сдерживая раздражение. – Мне нужно… освежиться.
Она удалилась, сопровождаемая лейной Доротеей, которая бросила на нас последний подозрительный взгляд.
Как только они отошли на достаточное расстояние, лейна Ирен повернулась к нам с куда менее дружелюбным выражением лица:
– Странное совпадение, не правда ли? Тем не менее, я надеюсь, что вечер будет приятным для всех нас. Позвольте, я покажу вам сад – там сейчас особенно красиво в свете фонарей.
Мы последовали за ней через стеклянные двери на широкую террасу, с которой открывался вид на изысканный сад, с геометрически правильными дорожками, фигурно подстриженными кустами и мраморными статуями.
– Что это было? – тихо спросил Роберт, когда лейна Ирен ненадолго отвлеклась, чтобы отдать распоряжения слуге. – Тот трюк с вином.
– Понятия не имею, о чём ты, – невинно ответила Амели. – Видимо, лейне Селестии попался плохой бокал. Такое случается.
– Разумеется, – сухо произнёс Роберт, но уголки его губ дрогнули в еле заметной улыбке. – Как и «заразные» голубые пятна на коже, и внезапные приступы правдивости…
– Ты что-то хочешь сказать, Роберт? – спросила я, внимательно глядя на него.
Он выдержал мой взгляд, и в его глазах я увидела неожиданное уважение:
– Только то, что, похоже, вечер будет… интереснее, чем я ожидал.
Глава 18
Амели
Сад лейны Ирен был действительно впечатляющим – каждая клумба, каждый куст, каждая статуя словно кричали о богатстве и утончённом вкусе владелицы. Но эта красота казалась мне холодной и неживой, как и улыбка нашей хозяйки.
Пока Лорен вела светскую беседу с лейной Ирен и Робертом, я внимательно наблюдала за другими гостями, разбившимися на небольшие группы по саду. В одной из таких групп я заметила лейну Селестию, которая, очевидно, оправившись от «винного инцидента», что-то горячо обсуждала с несколькими девушками и молодыми людьми. Они то и дело бросали взгляды в нашу сторону, иногда сопровождая их приглушённым смехом.
Я медленно двинулась в их направлении, делая вид, что просто прогуливаюсь по саду, восхищаясь цветами. Приблизившись достаточно, чтобы слышать их разговор, я остановилась за высоким кустом, притворяясь, что изучаю редкую разновидность роз.
– …и представляете, они явились на приём к герцогине в самых простых платьях, почти без украшений! – говорила лейна Селестия своим слушателям. – Бедные лавенийки, видимо, не могут позволить себе достойный гардероб после того, как их отца казнили за измену.
– Говорят, они полностью разорены, – подхватила другая девушка, которую я не знала. – И этот брак с лейром Вайлишем – просто отчаянная попытка спасти остатки своего положения.
– Но как Хэмонд Вайлиш мог согласиться на такой мезальянс? – удивлённо спросил молодой человек с напомаженными волосами. – Его семья одна из древнейших в королевстве!
– Очевидно, вдова нашла способ… убедить его, – с многозначительной улыбкой ответила Селестия. – Говорят, лавенийки владеют тайным искусством обольщения и даже колдовства.
– Колдовства? – переспросил кто-то из слушателей. – Ты серьёзно, Селестия?
– А как ещё объяснить случай с лейной Джулией? – парировала Селестия. – Или эту странную эпидемию синей кожи, которая поразила именно тех, кто высказывался против лавенийцев?
Я едва сдерживала улыбку, слушая эти дикие теории. Если бы они только знали, насколько близко к истине подошли в своих безумных предположениях!
– А младшая, Амели, – продолжала Селестия, – говорят, она постоянно варит какие-то странные зелья. В Лавении многие практикуют тёмную магию, особенно женщины из пограничных провинций.
– И что ты предлагаешь? – спросил тот же молодой человек с напомаженными волосами. – Если они действительно владеют колдовством, с ними лучше не связываться.
– Глупости, – отмахнулась Селестия. – Настоящего колдовства не существует. Это просто совпадения и ловкие трюки, чтобы запугать наивных. Нам нужно показать этим выскочкам их место, и я знаю, как это сделать…
