Холли было любопытно, что именно может побудить человека сделать столь щедрое и внезапное предложение. Сентиментальный порыв или желание покрасоваться?
– Вопрос не только в доме как таковом, – проговорила Тэсса, кусая губы, – а еще и в том, кто возьмет опеку над ними, если тетя не найдет в себе сил на воспитание племянниц.
– Какая отвратительная женщина, – немедленно осудил ее Уильям, отчего сразу потерял в глазах Холли набранные было очки, – разве можно обижать детей?
Тут глаза у Фанни вспыхнули недобрым азартом.
– А знаете что, Уильям, вы попейте пока чаю с Тэссой, – сказала она, – а я скоро вернусь.
Холли обожал ее, и не только за радующую глаз яркость нарядов, а еще и из-за того, что Фанни было не все равно.
Он улыбнулся и приготовился ждать дальше.
Всегда приятно посмотреть, как иллюзии о милых беззащитных крошках разбиваются о знакомство с мелкими злодейками.
Фанни вернулась буквально через двадцать минут, за которые Уильям успел рассказать Тэссе сюжет книжки, которую читал (что-то про космических пиратов), и выпить чашку чая. И привела за руки рыжих сестер.
Они были насупленными, а у Лагуны покраснели глаза и распух нос.
– Лагуна, ты ревела, что ли? – бросив на них мимолетный взгляд, тут же спросила Тэсса.
Сестры переглянулись.
– Я Мэлоди, – возразила Лагуна, – так и знала, что вы нас перепутаете!
– Вот уж глупости, – отрезала Тэсса, – я уже, кажется, говорила, что никогда вас не перепутаю.
С точки зрения художника близняшки разительно отличались друг от друга.
– А по мне, они как две горошины в стручке, – заметил Уильям, со сдержанным интересом разглядывая девчонок.
Они посмотрели на него с совершенно одинаковым пренебрежением.
– Где тетя Джулия? – спросила Мэлоди, дернула сестру за рукав, и они уселись вдвоем в одно кресло.
– Утром она ненадолго проснулась, – отозвалась Фанни, – позавтракала и снова легла в кровать.
– То есть она все еще не дала деру? – недоверчиво уточнила Мэлоди. Казалось, она разочарована таким поворотом дел.
– Дай ей немного времени, – утешила ее Фанни, – может, она сбежит от вас завтра.
Лагуна вдруг всхлипнула и испуганно закрыла обеими руками рот.
Мэлоди сердито пихнула ее локтем в бок.
– А скажите, милые дамы, – чуть заискивающе заговорил Уильям, как любой взрослый, который редко видит детей и понятия не имеет, что с ними делать. «Милые дамы» немедленно закатили глаза. – В каком доме вам бы хотелось жить?
– С круглыми дверями, – немедленно ответила Лагуна, будто много об этом думала, – как в Шире. И чтобы вокруг сновали хоббиты, которые не любят путешествовать.
– И что в этом интересного? – немедленно возразила ей Мэлоди. – Идеальный дом – это ходячий замок Хаула. Сегодня ты в одном графстве, завтра в другом. Не надо собирать вещи каждый раз, когда пора бежать от обиженных соседей.
– И часто вам приходилось бежать? – спросила Фанни.
– То и дело, – совсем по-взрослому вздохнула Лагуна, – я сто раз говорила Мэлоди, чтобы она не выпячивала свои таланты.
– Какой от них прок, если надо прятаться и во всем себя ограничивать?
– А какой прок все время переезжать? В предпоследней школе у меня даже подруга была.
– Зачем тебе дружить с каким-то ничтожеством?
И только Холли собрался заключить сам с собой пари, подерутся ли девицы на полном серьезе, как Уильям-воздушный-шарик медленно и торжественно всплыл вверх на добрый ярд.
– Что вы делаете? – взвизгнула Мэлоди. – Перестаньте немедленно!
– Кажется, я немного проголодался, – виновато объяснил Уильям, – может, у кого-нибудь найдется немного крекера или шоколадка?
– Конечно, – заторопилась Фанни, – я сделаю сэндвичи.
– Не спеши, – попросила Тэсса так, как только она это и умела. Вроде бы вежливо, но все понимали, что это приказ. – Уильям, вам удобно в таком положении?
– О, мне-то вполне. Понимаете, другие люди начинают нервничать.
– В таком случае, может, вы повисите немного так? Ужасно хлопотно, наверное, все время что-то есть?
– Да, очень хлопотно, и к тому же вредно для фигуры, – обрадовался Уильям, – правда, бывают некоторые проблемы с передвижением. Обычно я просто дрейфую в воздухе без какого-либо рулевого управления.
– Ну, – воскликнула Фанни чрезвычайно воодушевленно, – к счастью, у нас целая деревня людей, которым вовсе не сложно переместить соседа из точки А в точку Б. Просто скажите, куда вы хотите попасть.
– Я могу, – краснея и запинаясь, пролепетала Лагуна, отчего Мэлоди побледнела от злости, – ну, быть волонтером. Перемещать из точки А в точку Б.
– Собакой-поводырем! – выпалила Мэлоди. – Совсем спятила?
Лагуна вздрогнула и на всякий случай села от сестры подальше.
Уильям виновато сопел.
Холли, очарованный увиденным, вскочил на ноги.
– Потрясающе, – сказал он, – добро и зло с одинаковым лицом. Отличит ли их кто-нибудь друг от друга? Я уже трепещу оттого, каким величайшим шедевром это будет! Не могли бы вы немедленно покинуть мою мастерскую?.. Кыш!
* * *
Было уже совсем темно, когда Бренда Ловетт убедилась, что обе девочки спокойно спят, после чего вышла из дома. Она уверенно, не спотыкаясь, миновала ночную деревню, вышла к узкой лесополосе, отделявшей Нью-Ньюлин от трассы.
Там, в кустах, что-то громко дышало, пахло мокрой землей и опавшими листьями.
– У нас вырос зуб, – сообщила темноте Бренда, – человеческий. Аппетит хороший, растем не по дням, а по часам. Не тревожься за дитя, стало быть. И шла бы ты отсюда, а то у нас, почитай, настоящий инквизитор живет. Пусть и на пенсии, а все-таки.
Ей было ответом лишь громкое дыхание.
Повздыхав, Бренда принялась рассказывать о том, как Жасмин ловко швыряется игрушками.
Глава 7
Дебора Милн пребывала в ужасном расстройстве.
Еще вчера ее жизнь казалась простой и приятной: они с мужем Билли проводили свои дни в безделье и праздности, преспокойно прожигая проценты с его вложений. Жители Нью-Ньюлина считали особенностью их пары мохнатые ушки в полнолуние, но это было не совсем правдой. Удивительной способностью Билли являлась его удачливость во всем, что касается денег.
Он буквально чуял прибыль.
Дебора же в совершенстве умела тратить деньги.
Идеальный брак.
Когда-то она была нищей охотницей за деньгами, окружившей себя роскошью вовсе не по карману.
С Билли они познакомились на одном из приемов для толстосумов, куда Деборе удалось пробиться хитростью и пронырливостью. Она вела охоту на будущего мужа прицельно и расчетливо, а потом случился тот пикник в горах и встреча с неизвестным чудовищем, изменившая их обоих.
Теперь они оба реагировали на полную луну – не только повышенной волосатостью, но и ощутимым беспокойством, переходящим в бессонницу и тревогу.
Дебора никогда не признается в этом Билли, но она была рада тому, что они оказались вдвоем в тех горах. Общая беда сплотила их и приблизила марш Мендельсона.
И все текло просто отлично, пока Тэсса Тарлтон не спихнула на их попечение двух рыжих сестричек.
Дебора достаточно долго прожила в Нью-Ньюлине и прекрасно понимала, как тут все устроено. Если не проявить сейчас характер, то эти сиротки останутся в ее доме очень надолго.
А это было абсолютно неприемлемо.
Не для того она столько сил положила, приучая к себе скудного на эмоции Билли, чтобы их жизненный уклад можно было так грубо нарушить.
Нет, действовать нужно незамедлительно.
Воспользовавшись тем, что Фанни забрала девочек в гости к Тэссе, Дебора решительно вышла из дома, торопливо дошла до пансиона и, не обращая внимания на бардак, царивший в холле, поднялась наверх.
– Джулия! – крикнула она, на мгновение растерявшись от вида совершенно одинаково закрытых дверей в коридоре. – Джулия, добрый день!
В одном из номеров что-то грохнуло и затихло.
Отзываться на ее приветствие никто не спешил.
