— Нет, он просто… эээ… нервничает перед атакой, — рассеянно ответил я, покосившись на Кота и телепатически послав ему картинку, как Энигма пинает его по мягкому пузу. Предостережение, так сказать. — Так, ладно, прекращаем разговоры. Готовность пять минут.
* * *
С какой целью мы вообще оказались здесь? Тут требуется небольшое отступление. После битвы у Лепестка (которую успели с лёгкой руки какого-то барда окрестить «битвой Божественной Кары») боевые действия ненадолго затихли. Оптимисты и самые ярые верующие заговорили о полноценном мире… но уже спустя пару недель эти разговоры заглохли. Боевые действия возобновились вновь, просто в более… холодном формате. Масштабные битвы превратились в сотни мелких стычек — чтобы в случае случайного убийства обладающего проклятие упало лишь на небольшую группу людей.
Да и сами стычки стали куда более осторожными — с тщательной разведкой, чтобы случайно не наткнуться на чужих обладающих, ставших невольными живыми щитами для своих соратников, с маскировкой своих собственных обладающих, (чтобы противник и сам опасался наткнуться на них в любом случайном отряде), с крайне ограниченным применением массовых заклятий, с морем диверсий и пакостей…
Собственно, ради одной из них мы здесь и находились. Чуки Камата — экономически важный объект для гномов (по крайней мере, стал таковым в последний год). Убивать простых рудокопов мне претило, но если сделать всё правильно, то жертв должно быть по минимуму. К сожалению, эффект от этого если и будет, то не особо большой на общем фоне. Запас прочности у всех был ещё большой, а с учётом снижения общего накала эта тягомотная война на истощение могла длиться ещё годы и годы. По крайней мере, конца этому болоту, затянувшему всех вокруг (включая меня) не было видно даже на горизонте.
Последнее раздражало меня всё больше. Я устал. Не впервые — после Лепестка я плюнул на всех и взял двухмесячный отпуск, и это даже помогло, но… вскоре усталость вновь начала копиться. Не только от войны, но и от постоянных тренировок: чем дальше, тем сложнее становилось удерживать баланс чжэн-ци от падения. Даже два года были практически чудом — последние полгода я жил в режиме «ещё чуть-чуть и точно всё». Но потом выходило так, что можно и ещё чуть-чуть, и ещё немного, и ещё… и вот я здесь. Это задание точно будет последним. Война, конечно, на этом не кончится, но вот моё в ней участие — да. Как по мне, свой долг перед Леварисом я отдал сполна. Могу и отдохнуть. А если высокому начальству это не понравится… ну, пусть скажут мне это в лицо. Всё равно рычагов влияния на меня у них толком нет уже около года.
Я банально стал слишком сильным. Физически, магически… даже социально: Альт с Сильфией таки обдумали мою старую идею и помаленьку организовали закрытое общество для бывших и текущих обладающих. Пусть лишь для людей, да и сама идея в процессе сильно поменялась… но всё же — использовать нас друг против друга стало гораздо, гораздо сложнее. Не невозможно — обладающие тоже люди, со своими слабостями и желаниями, с друзьями и роднёй, с покровителями в верхах, которым зачастую сложно отказать… но в мире в принципе очень мало невозможных вещей.
Что же до меня — моей последней слабостью были системные откаты. Эту слабость я убирал последние полтора года, плотно взявшись за изучение рунной магии. Пока выходило, мягко говоря, не идеально, до Римана с Пушистиком мне всё ещё очень и очень далеко. Впрочем, на текущий момент и этого было достаточно, чтобы закрыть основные пробелы.
Мотнув головой, я выбросил из головы лишние мысли.
Своё импровизированное убежище мы уже покинули, подобравшись поближе ко входу в шахту и укрывшись в небольшом каменном распадке. Ночи в горах тёмные — хоть глаз выколи, так что заметить нас было довольно сложно. Тем не менее, ночное зрение — навык популярный. Да и в целом, лучше перестраховаться.
Выглянув наружу, я поймал взглядом огромную дыру входа в рудник и щелчком пальцев запустил внутрь рунный конструкт. Пусть ночью работа затихает, но отдельные энтузиасты предпочитают работать именно в тёмное время суток — меньше шума, можно спокойно поискать более выгодные жилы. Так было раньше, так происходит и сейчас — я вижу на площадке перед входом парочку отдыхающих от жары шахтёров.
Конструкт был, в общем-то, простеньким, но маны жрал просто немеряно. Пять сотен единиц маны как с куста — и земля под ногами начала едва заметно подрагивать. В шахте, ближе к непосредственно развёрнутому конструкту, это чуть более заметно, конечно, но даже там эффект минимален — максимум, пылью с потолка припорошит. Но этого должно быть более чем достаточно, чтобы любой благоразумный че… гном перепугался до мокрых штанов и рванул к выходу.
Следующие пятнадцать минут я неторопливо восстанавливал потраченную ману, наблюдая за выскакивающими из шахты горняками. Те собирались на площадке перед рудником, махали руками, что-то бурно обсуждали, но возвращаться обратно не торопились. И правильно…
Дождавшись, пока моя мана почти полностью восстановится, а поток рудокопов иссякнет, я использовал очередное заклинание. На этот раз — системное.
Дрожь Земли:
Ранг заклинания: 11.8
Затраты маны: 450
Откат: 18 часов
Длительность: 12 минут
Дальность: 280 метров
Радиус: 1200 метров
Сила землетрясения: 140 у.е.
Стихия: Земля
Да, за два года бонусы от «Громовержца» и Жертвы превратили меня буквально в оружие массового поражения. Подобных заклинаний я насобирал около десятка, пусть и далеко не все успел прокачать. Тот же Поцелуй Солнца я в итоге поднял всего на пару уровней и бросил — слишком муторно и ситуативно. А вот Шторм так и остался в списке моих любимых, добравшись до пятнадцатого уровня, но последнее время, когда я плотно взялся за гномов, ему пришлось потесниться. Дрожь Земли в горах была прямо-таки ультимативным заклинанием, пусть и приходилось каждое применение рассчитывать с большой осторожностью — чтобы и цель задания выполнить, и без лишних жертв обойтись, и себя самого ненароком не завалить сошедшей лавиной.
Увы, были у этого заклинания и минусы — как бы не вычислялись эти «условные единицы», но в чистом поле их было слишком мало для хоть какого-нибудь ущерба вплоть до уровня эдак восьмого. Максимум — получалось разрушить пару слишком халтурно построенных домишек или свалить с ног вражеский отряд. Впрочем, последнее было даже удобно — массовое, но не убийственное заклинание, без риска случайно убить чужого обладающего, было зачастую крайне полезным. Но вот после того, как сила землетрясения перевалила за сотню единиц, оно действительно начало… трясти.
Только вот я помню крепкие своды Чуки Камата, прекрасно державшиеся с незапамятных времён без всяких креп. Даже текущей силы могло не хватить, чтобы нанести руднику хоть какой-то существенный ущерб. Поэтому, поразмыслив, я влил в заклинание аж тройную порцию маны. Да, трата полутора тысяч практически опустошила мой родной резерв, но зря я, что ли, Кота с собой брал? Его резерв, пусть и не дотягивал до моего, но уже давно перевалил за пять сотен, а это неплохой такой объём — большинство молодых магов даже таким похвастаться не могут.
БУМ!
Демоны, кажется, переборщил…
— Валим, валим! — уже не заморачиваясь скрытностью, я в панике вскочил, закинув фамильяра на плечи. Кот в ужасе вцепился в меня коготками и обвил хвостом мою шею так, что я закашлялся. Земля под ногами ходила ходуном, удерживаться на ногах получалось с большим трудом, но как только Энигма схватила меня за руку и мы провалились в тень, стало гораздо легче.
— Ты что сделал⁈ — крикнула девушка, пока мы огромными прыжками улепётывали в сторону заранее разведанной тропы, по которой собирались отходить. — Никогда же так сильно не трясло!
— Я раньше и не перегружал его так сильно! — рявкнул я, оглядываясь назад. Вход в рудник медленно рушился прямо на наших глазах, да и внутри, я уверен, творилось то же самое. Что ж, одно можно сказать с уверенностью: задание выполнено.
