Петра положила голову мне на плечо и тихо-тихо спросила:
— Почему за нами до сих пор никто не пришел?
Я сама задавала себе тот же самый вопрос. Возможно, вторая группа тоже влипла в неприятности. Вдруг, они так же как и мы, не могут никуда выйти. Или… Они все мертвы. Мне не нравилось ни одно из этих предположений, и тем более не хотелось вселять в сердце Петры страх, поэтому я честно ответила:
— Я не знаю. Вета говорила, что экспедиция займет два-три дня. Может, поэтому…
Она вздохнула.
— Варь, помнишь, нам говорили про разведчика? Почему он сказал, что тюрьма пустует? Разве он не знал, что здесь кто-то есть?
Хороший вопрос. Я почувствовала себя матерью, чье дитя задает неловкие вопросы, на которые не так-то просто найти ответ.
— Их всего двое… было. Возможно, разведчик их просто не заметил. Территория выглядит заброшенной.
— А что, если их было больше?
Меня бросило в жар. А вот это мне в голову не приходило. Ведь правда, здесь могло быть больше людей. Мы ведь не знали про Дэна, пока не столкнулись с ним нос к носу. От этих мыслей стало дурно. Во рту пересохло еще больше.
Мы сидели на жестком диване, тесно прижавшись друг к другу. Неопределенность терзала. Сейчас, ночью, пугал каждый шорох, каждый звук. Даже поднявшийся за окном ветер казался предвестником беды. К тому же усилилось беспокойство за Руслана после разговора с Петрой. Мысли о том, что он встретится еще с одним преступником, не давали покоя.
Время снова замедлилось. Вновь длительное ожидание сводило с ума. Хотелось действовать, что-то предпринять, пойти за Русланом в конце концов. Но я не знала, куда он направился, а бродить по темной тюрьме я не горела желанием. Я взглянула на Петру, сложившую миниатюрные руки с длинными музыкальными пальцами на колени. Глаза закрыты. Казалось, она спит. Но по ее грустным вздохам я понимала, что это не так. Она стала мне как сестра, которой у меня никогда не было. Хотелось защитить ее, уберечь от всех напастей. На время я забыла, что самая большая ее напасть — это я. Ведь именно из-за меня она очутилась в этой зловонной дыре. И подверглась издевательствам со стороны Дэна. Что именно там происходило, я не осмеливалась спросить, но догадалась, когда увидела, в каком виде она вернулась.
Я аккуратно обняла Петру и мысленно пообещала себе, что больше не дам ее в обиду. Слишком дорога она мне стала. Возможно, и Фраг был также близок Дэну. Тогда в темноте тюремных камер мне стало понятно, что он не был шестеркой Дэна. Он был другом. Возможно, единственным в жизни.
Уставшая и измотанная, я мечтала погрузиться в сон и забыть обо всех проблемах и тревогах. Однако, как только я закрыла глаза, внезапно услышала шаги. Тихие, приглушенные шаги, доносившиеся из темноты.
— Варя, — тихо произнесла Петра.
— Это Руслан, — ответила я, не чувствуя уверенности.
— А если нет?
Она отодвинулась от меня и замерла. Стараясь не шуметь, я встала с дивана и медленно подошла к рюкзаку с оружием. Достала мачете и направилась к источнику звука. Шаги казались все ближе и ближе, и моя тревога только усиливалась. В голове крутились самые ужасные сценарии.
Я прислушалась. Шагов уже не было. Вместо этого послышались приглушенные шорохи. Медленно, шаг за шагом, я продвигалась по коридору. Мой рассудок был на грани срыва, и я чувствовала, что с каждым моим движением в темноте все больше теряла самообладание.
Вдруг из темноты совсем рядом вырос силуэт. До боли знакомый, но я так испугалась, что замахнулась мачете. Мужчина отскочил.
— Мышка, полегче, — раздался голос Руслана.
Я опустила трясущиеся руки и с облегчением вздохнула.
— Это ты? — зачем-то спросила я.
— Ты ожидала гостей?
Руслан усмехнулся и подошел ближе. Обнял меня свободной рукой. Я прижалась к нему, словно в последний раз.
— Я боялась, что это может быть очередной преступник, — честно призналась я. — Я боялась, что тебя могут убить.
Я так устала от борьбы за выживание, от бесконечного дня, от жуткого заточения, что в этот момент мне хотелось быть просто маленькой девочкой. Утонуть в объятиях стоящего рядом мужчины и наконец-то почувствовать себя в безопасности. Руслан, будто прочитав мои мысли, поставил вещи на пол и сильнее прижал меня к себе. Так мы стояли некоторое время. Когда эмоции улеглись, Руслан взял меня за руку, собрал с пола наши вещи, и мы направились к Петре, которая все еще сидела на диване, обняв колени.
— Где вы были? — спросила она со вздохом облегчения.
— Я искал нам ужин, — ответил Руслан, протягивая пакеты. — Вот, этого нам хватит.
При виде еды желудок скрутило, рот наполнился слюной. Мы ели на фоне тусклого света фонариков с таким удовольствием и аппетитом, будто это было лучшее лакомство в мире.
— Я вот еще что нашел, — с самодовольной улыбкой провозгласил Руслан.
В его руках была початая бутылка виски неизвестной мне фирмы. С сомнением взглянув на находку, я сказала:
— Не думаю, что сейчас нам это нужно.
— Мышка, не будь такой нудной. Нам нужно расслабиться.
— Дай, — Петра протянула руку.
Руслан наполнил три пластиковых стаканчика янтарной жидкостью. Запах ударил в нос, заставив поморщиться. Петра выпила залпом, не морщась, легла на диван и отвернулась. Я сделала маленький глоток. Горячая волна прокатилась по телу, согревая изнутри. Виски медленно, но верно делало свое дело. Я почувствовала, как напряжение отступает, а на его место приходит какое-то странное, беззаботное спокойствие.
— Ложись спать, мышка. Нам предстоит трудный день.
— А ты?
— А я буду охранять ваш сон.
Я легла рядом с Петрой и обняла ее. Она вздрогнула, но руку не убрала. Прижавшись к подруге, я крепко уснула.
Одинокий воин стоял на вершине горы, окутанный густым туманом.
Его тяжелое дыхание смешивалось с холодным воздухом, а в глазах светилась решимость. Он крепко сжимал горящий пламенем меч.
На мгновение повисла зловещая тишина. Время словно замедлилось в ожидании безжалостной схватки. Воин чувствовал, как напряжение наполняет его тело, а сердце бьется сильнее. У него остается только один выбор — победить или погибнуть.
И тут из-за пелены тумана появились первые силуэты восставших тварей. Их глаза были пусты и лишены жизни, а тела, покрытые гноящимися язвами, источали отвратительный запах гнили. Воин не испытывал страха перед этими созданиями ночи. Он был готов.
Битва началась.
Сражение было жестоким и беспощадным. Воин отбивался от атак множества синих тварей, уродливых и безжалостных. Точными смертоносными ударами рубил руки, ноги, головы. Монстры падали замертво, но на их место приходили новые.
Когда последний враг был побежден, воин остался один на вершине горы. Его меч тускнел, а туман постепенно рассеивался.
— Илья! — позвала я. Но он меня не слышал. Хотелось подбежать к нему, но ставшие вдруг чужими ноги не шевелились. — Илья!
Он обернулся. Улыбнулся так нежно и тепло.
— Тебе надо идти, мышка, — сказал он.
— Не называй меня так! — в отчаянии крикнула я, пытаясь добраться до Ильи. Сделав шаг, я упала. — Илья, помоги!
— Мышка, вставай. Пора идти.
— Нет, Илья. Не бросай меня снова! Пожалуйста. Илья!!!
— Мышка, вставай.
Глава 15
Я резко открыла глаза и увидела перед собой Руслана. Он смотрел на меня со странным выражением, разгадать которое спросонья я не смогла.
— Нам пора, — сказал он, схватил рюкзак и ушел.
Я села на диване. После сна немного трясло. Я вытерла мокрые от слез щеки и посмотрела на Петру, стоящую возле окна, за которым уже светало.
— Ты в порядке? — спросила я. Голос звучал глухо, будто из пустоты.
Петра медленно повернулась, и я увидела ее бледное лицо. Она кивнула, но не произнесла ни слова. В ее взгляде была такая пустота, что я почувствовала, как сжалось сердце. Я знала, что она пережила. Я видела это в ее глазах, обведенных темными кругами.
