Профессор вздохнул и продолжил:
— Теперь понимаете, что использовать в бою мёртвых можно, но управлять ими быстро и чётко очень сложно. Это годы практики. Каждый приказ требует концентрации, и, если вы отвлечётесь хотя бы на мгновение, контроль может быть потерян.
Я задумчиво кивнул, понимая, что методы артефакторной некромантии сильно ограничены.
— А что насчёт скорости выполнения команд? — спросил я.
— Скорость выполнения зависит от силы связи с мёртвым и качества артефакта, — ответил профессор. — Чем лучше артефакт, тем быстрее и точнее выполняются команды.
Я уже проверил это здание с помощью стихии Земли — под ним находилось если не кладбище, то какой-то склеп, где было несколько десятков мёртвых. Их присутствие я ощущал отчётливо, словно они находились совсем рядом, хотя были погребены глубоко под землёй.
— Профессор, а вы можете мне продемонстрировать поднятие мёртвых? — спросил я и внимательно поглядел на профессора.
Он смутился, но, подумав, кивнул:
— Хорошо, пойдёмте.
Профессор направился к небольшому алтарю в углу комнаты, достал древний артефакт и открыл неприметную дверь, ведущую вниз. Спускаясь по каменным ступеням, я замечал, как воздух становился всё более тяжёлым и холодным.
Мы спустились под здание и оказались в большом древнем склепе. Тусклый свет магических ламп освещал каменные стены и многочисленные могилы.
— Этому склепу несколько сотен лет, — произнёс профессор, оглядываясь вокруг. — Мы редко им пользуемся для поднятия мёртвых. Тем не менее я покажу вам, как это делается, чтобы удовлетворить ваше любопытство.
Профессор вытянул перед собой древний артефакт, украшенный странными рунами. Я подошёл ближе, наблюдая за его действиями. Профессор начал читать заклинание, активируя артефакт. Воздух в комнате стал гуще, наполняясь энергией смерти.
— Сейчас я подниму одного мертвеца, — пояснил профессор, — но предупреждаю: это будет непросто.
С одной из могил медленно поднялась каменная крышка. Мертвец, словно против своей воли, отодвинул плиту и встал. Его движения были неестественными, медленными и неуклюжими, будто каждая клеточка тела сопротивлялась возвращению к подобию жизни.
— Вот видите, князь, — устало произнёс профессор, утирая пот со лба, — даже такое простое действие требует огромных затрат энергии и времени.
Я молча кивнул, размышляя о том, насколько примитивными казались эти методы по сравнению с моими собственными способностями. В моих руках искусство некромантии было куда более тонким и эффективным инструментом, но я понимал: для большинства магов такой способ был единственным доступным путём в мире некромантии.
Мертвец стоял неподвижно, ожидая дальнейших указаний, а я продолжал наблюдать за профессором, оценивая его мастерство и понимая, сколько ещё тайн скрывает это древнее искусство.
Глава 9
— Вы удовлетворили своё любопытство, князь? — спросил профессор, вытирая со лба выступивший пот.
— Вполне, — ответил я, задумчиво глядя на неподвижного мертвеца. — И понимаю, что, к сожалению, я зря выбрал этот предмет. Возможно, стоит сменить его на другой.
Профессор вздохнул:
— А я вам говорил, что это сложная наука. Чтобы стать некромантом высокого уровня, надо посвятить этому всю свою жизнь. А ещё надо хорошо знать рунологию и артефакторику.
Он отдал приказ мертвецу, и тот, двигаясь с той же неестественной медлительностью, медленно улегся в свою могилу. Каменная плита с глухим стуком закрылась над ним.
— Видите, князь, — продолжил профессор, — даже такое простое действие требует колоссальных затрат энергии и времени. Без глубокого понимания всех аспектов некромантии, рунологии и артефакторики вы едва ли достигнете значительных успехов в этом искусстве.
Я кивнул, размышляя над его словами. Хотя я и обладал гораздо более продвинутыми навыками в некромантии, его слова были справедливы для большинства магов. Возможно, стоит действительно пересмотреть свой выбор предметов и сосредоточиться на тех, которые принесут больше практической пользы.
— Благодарю вас за демонстрацию, профессор, — сказал я, собираясь уходить. — Ваши знания действительно впечатляют, даже если методы кажутся несколько… устаревшими.
Профессор улыбнулся, не уловив скрытого смысла в моих словах:
— Рад был помочь, князь. Если передумаете, моя дверь всегда открыта для вас.
Я задумался, внимательно смотря на профессора:
— Профессор, если вы пообещаете мне, что всё, что вы увидите, останется между нами, я вам кое-что покажу. Вашего обещания мне будет достаточно, надеюсь, вы человек слова, и мне не потребуется брать с вас клятву стихий.
— Князь, я прекрасно знаю, кто вы, и видел вашу дуэль. Нарушать данное вам обещание себе дороже. Так что обещаю, но, если вы сможете удивить меня, я принесу вам клятву стихий, чтобы самому уберечь себя от искушения кому-то что-то рассказать, — засмеялся профессор.
— О, профессор, поверьте, вы удивитесь. Давайте отойдём к дверям, — мы отошли к самым дверям, и профессор с нетерпением спросил:
— Что вы хотели мне показать, князь?
— Смотрите не на меня, профессор, а внутрь этого прекрасного склепа, — я указал рукой, и глаза профессора округлились от удивления и страха.
Мёртвые вставали из своих могил, с грохотом отодвигая плиты, и выстраивались рядами. Один из них подошёл ко мне, я влил в него ману, и его тело стало обретать прежний вид. Это был молодой красивый мужчина. Он встал на одно колено и произнёс:
— Мы готовы служить вам, повелитель.
И остальные мёртвые опустились на одно колено.
Профессор побледнел и схватился за сердце:
— Но как… как вы это сделали? Без единого заклинания, без артефактов…
— Успокойтесь, профессор, — я взял его за руку и немного подлечил, приводя его тело в нормальное состояние и успокаивая.
Профессор глубоко вздохнул, чувствуя, как возвращается его обычное состояние.
— Спасибо, князь. Вы, оказывается, ещё и хороший целитель, — нервно хохотнул профессор и, внимательно посмотрев на меня, начал произносить клятву стихий. — Без неё никак, князь. Но теперь я уверен, что никому ничего не расскажу. Я думаю, и ректор принёс вам такую же клятву. Верно?
Я кивнул:
— Да, ректор тоже принёс клятву. Не стоит всем подряд знать, на что я способен.
— Ваши способности… они невероятны, — прошептал профессор, всё ещё находясь под впечатлением.
— Мои верные воины, спасибо, что откликнулись на мой зов. А теперь спите спокойно, — произнёс я, и мертвецы, словно по команде, встали и, поклонившись, разошлись по своим могилам.
Профессор смотрел на эти действия широко раскрытыми глазами. Его эмоции бурлили, и я понимал, что, вернувшись в аудиторию, мне придётся ещё многое ему рассказать, чтобы он удовлетворил своё любопытство.
— Князь, — наконец произнёс профессор, — я не могу поверить своим глазам. То, что вы показали… это превосходит все мои представления о некромантии.
— У каждого свои тайны, профессор, — улыбнулся я. — Но я рад, что вы оценили мои способности.
— Оценил? — профессор покачал головой. — Это мягко сказано. Теперь я понимаю, почему вы интересовались некромантией. Ваши методы… они совершенно иные.
— Да, иные, — согласился я. — Но это не значит, что ваши методы бесполезны. Они могут быть полезны многим другим магам.
Профессор кивнул, всё ещё находясь под впечатлением. Его глаза всё ещё блестели от изумления, а руки слегка дрожали.
— Я буду ждать наших следующих занятий, князь. Теперь они станут для меня по-настоящему интересными, — произнёс он, всё ещё не отойдя от увиденного.
— Договорились, профессор, но учить меня будете артефакторике, а не некромантии, — улыбнулся я, направляясь к выходу из склепа. — Ваши знания в этой области действительно ценны, и я хочу их получить.
Профессор на мгновение замер, переваривая мои слова, а затем его лицо озарилось улыбкой.
