Рюрик, тяжело дыша, вытер кровь с лица — не свою, а противника. Он подошёл к пленным:
— Кто ваш предводитель?
Пленники молчали, глядя на него с ненавистью. Тогда вперёд вышел Трувор, таща за собой раненого воина в богатом доспехе — того самого, кто командовал нападением.
— Вот их вожак, — сказал Трувор, бросая пленника к ногам Рюрика. — Зовут его Хальгрим. Был правой рукой Ингвара.
Рюрик внимательно посмотрел на пленника:
— Зачем вы напали на нас, Хальгрим? Ваш господин мёртв. Наш конфликт с ним умер вместе с ним.
Хальгрим сплюнул кровью:
— Ты убил нашего конунга. Думал, это останется без ответа?
— Я не убивал его, — спокойно возразил Рюрик. — Это сделал мой наставник, защищая невинных людей от похищения. Ингвар сам выбрал свою судьбу, когда решил напасть на беззащитных.
— Ложь! — прохрипел Хальгрим. — Ты заманил его в ловушку! Убил из трусости!
Виктор шагнул вперёд:
— Я был там. Я видел, как Ингвар и его люди устроили засаду у дома Хотена Славянского. Видел, как они ранили мирного торговца и пытались похитить его дочь. Я убил Ингвара в честном бою, один на один. И свидетелей этому немало.
Хальгрим посмотрел на него с ненавистью:
— Ты… Ты тот, кого называют Белым Волком. Говорят, ты не человек, а демон в человеческом облике.
— Говорят многое, — пожал плечами Виктор. — Но факты остаются фактами. Ингвар выбрал путь предательства и похищения, вместо того чтобы встретиться с Рюриком в открытом бою, как подобает воину. Он получил то, что заслужил.
Рюрик снова обратился к пленнику:
— У меня нет желания продолжать эту вражду. У тебя есть выбор, Хальгрим. Ты и твои люди можете принести мне клятву верности и присоединиться к нашей экспедиции. Или можете отправиться обратно к оставшимся сторонникам Ингвара с посланием: я не ищу вражды, но не боюсь её. Любой, кто придёт с миром, будет принят с миром. Любой, кто придёт с мечом, от меча и погибнет.
Хальгрим смотрел на Рюрика долгим взглядом, словно пытаясь оценить его искренность. Наконец он произнёс:
— Я передам твоё послание. Но не жди, что все примут его. У Ингвара был сын, Хедин. Он не успокоится, пока не отомстит за отца.
— Пусть приходит с открытым забралом, как подобает воину, а не прячется в засадах, как разбойник, — ответил Рюрик. — А теперь ступайте. Вам дадут лодку и провизию на обратный путь.
Пленных отпустили под охраной, чтобы они могли собрать своих раненых и похоронить мёртвых. Виктор и Рюрик отошли в сторону, чтобы обсудить произошедшее.
— Ты проявил мудрость, — сказал Виктор. — Милосердие может принести больше пользы, чем жестокость. Некоторые из этих воинов запомнят твое великодушие.
— А некоторые воспримут его как слабость, — мрачно ответил Рюрик. — Особенно этот Хедин, о котором говорил Хальгрим.
— Возможно, — согласился Виктор. — Но ты не можешь угодить всем. Важно, чтобы твои действия соответствовали тому образу правителя, которым ты хочешь быть.
Рюрик задумчиво кивнул. Затем его взгляд переместился к кораблям, где раненным оказывали помощь:
— Нам нужно осмотреть остров, найти пресную воду и убедиться, что больше нет засад.
— Я займусь этим, — предложил Виктор. — Трувор пусть останется здесь, с основными силами. Я возьму нескольких воинов и проверю остров.
Рюрик согласился, и вскоре Виктор уже поднимался по склону холма в сопровождении пяти опытных разведчиков. Остров был невелик — несколько миль в длину и ширину, поросший смешанным лесом, с несколькими холмами и небольшим пресноводным озером в центре.
Виктор внимательно изучал следы, оставленные людьми Ингвара. По всему выходило, что они прибыли на остров всего за день-два до флота Рюрика, специально чтобы устроить засаду. Это означало, что информация о маршруте экспедиции была доступна врагам.
— Осмотритесь внимательно, — сказал он своим спутникам. — Ищите любые признаки лагеря, лодок, других людей.
Разведчики рассредоточились, обшаривая побережье и лес. Виктор же направился к самой высокой точке острова — скалистому утесу, с которого открывался вид на окружающее море. Поднявшись туда, он увидел, что их флот отлично просматривается с этой позиции, как и прибрежные воды на многие мили вокруг.
И что-то еще привлекло его внимание — тонкая струйка дыма, поднимающаяся из леса на противоположной стороне острова. Кто-то развел костер, и это явно не люди Ингвара — те были уже пленены или мертвы.
Виктор быстро спустился с утеса и отправился проверить источник дыма, двигаясь бесшумно, как хищник. Чем ближе он подходил, тем отчетливее слышал звуки — потрескивание костра, тихий разговор на незнакомом наречии, напоминающем финский.
Осторожно раздвинув ветви, он увидел маленькую поляну, на которой расположился лагерь из трех шалашей. У костра сидели пятеро мужчин, судя по одежде и внешности — рыбаки или охотники из местных финских племен. Они негромко переговаривались, поглядывая в сторону моря, где виднелись корабли Рюрика.
Виктор мог бы уйти незамеченным, но решил, что знакомство с местными жителями может быть полезным. Он вышел на поляну, держа руки на виду, чтобы показать мирные намерения.
— Приветствую вас, — сказал он на древнем финно-угорском наречии, которое выучил еще столетия назад.
Рыбаки вскочили на ноги, хватаясь за ножи и копья. Один из них — седой старик с изрезанным морщинами лицом — что-то резко сказал, и остальные застыли, не атакуя, но и не опуская оружия.
— Я пришел с миром, — продолжил Виктор. — Я из флота, который вы видите у берега.
Старик прищурился, изучая его, затем ответил на том же древнем наречии, с сильным акцентом:
— Ты говоришь на языке предков. Кто ты, светловолосый великан?
— Путешественник, — просто ответил Виктор. — Я был в ваших землях много лет назад. Научился вашему языку.
Он сделал паузу, затем добавил:
— Мы не хотим войны с вами. Мы лишь ищем пресную воду и место для отдыха перед продолжением пути.
Старик переглянулся с остальными рыбаками, затем медленно опустил копье:
— Мы видели бой на берегу. Вы сражались с другими северными людьми.
— Да, — кивнул Виктор. — Они устроили нам засаду. Старая вражда.
— Северные люди всегда воюют друг с другом, — заметил старик с неодобрением. — А мы, дети леса и моря, страдаем от ваших войн.
Виктор не стал спорить — слишком часто прибрежные племена становились жертвами набегов викингов и других северных воинов.
— Мой вождь, Рюрик, не ищет войны, — сказал он вместо этого. — Он ведет свой народ на восток, чтобы основать новую землю, где разные племена могли бы жить в мире.
— Красивые слова, — ответил старик. — Но я стар и видел много северных вождей. Все они говорят о мире, а несут войну.
— Этот — другой, — возразил Виктор. — Я знаю его с детства. Учил его. И я не учил его быть завоевателем или тираном.
Старик изучал его долгим взглядом, затем неожиданно сказал:
— Я знаю, кто ты. Белый Волк. Тот, кто не стареет. Древние песни говорят о тебе.
Виктор замер. Он не ожидал, что его могут узнать в этих краях. Слишком давно он здесь не появлялся.
— Наши предки пели о великане с волчьими глазами, который приходил из-за моря много поколений назад, — продолжил старик. — Он научил их строить лодки и ловить рыбу в глубоких водах. Он лечил больных и защищал от врагов. А потом ушел, пообещав вернуться, когда наступят новые времена.
Старик шагнул ближе к Виктору:
— Ты похож на него. Очень похож.
— Много светловолосых великанов приходило на эти берега, — уклончиво ответил Виктор. — Истории имеют свойство преувеличивать.
Но старик покачал головой:
— Нет. Песни описывают тебя точно. Глаза цвета зимнего льда. Волосы как первый снег. И голос, который говорит на языке предков, который уже почти забыт нами самими.
Виктор понял, что отрицать бесполезно. В маленьких племенах устные предания могут сохраняться удивительно точно на протяжении многих поколений.
