— Если я тот, о ком говорят ваши песни, — осторожно произнес он, — тогда вы знаете, что я не желаю зла вашему народу.
Старик кивнул:
— Знаю. И если ты снова здесь, то времена действительно меняются.
Он повернулся к остальным рыбакам и что-то сказал им на их современном наречии. Те опустили оружие и расслабились.
— Мы покажем вам, где найти чистую воду, — сказал старик Виктору. — И расскажем о том, что творится в этих краях. О новых людях, что приходят с востока. О болезнях, поразивших некоторые деревни. О знамениях, которые видели наши шаманы.
— Я буду благодарен, — искренне ответил Виктор. — И если есть что-то, что мы можем сделать для вас…
— Просто сдержи обещание, Белый Волк, — серьезно сказал старик. — То, что дал нашим предкам. Защити детей леса и моря от войн и бедствий, что идут с новыми временами.
Виктор почувствовал тяжесть этих слов. Он смутно помнил то давнее обещание, данное полудюжине рыбачьих деревень много столетий назад. Тогда это казалось простым — помочь выжить горстке людей, научить их лучшим способам добывать пищу, защитить от враждебных соседей.
Но мир менялся. Северные племена становились все более организованными, превращались в королевства. С юга надвигалась христианская церковь, стремящаяся обратить язычников. С востока и юго-востока приходили степные народы. Маленьким финским племенам суждено было оказаться между молотом и наковальней.
— Я сделаю, что смогу, — наконец ответил Виктор. И оба они знали, что это не то же самое, что обещание защитить их.
* * *
Вернувшись к лагерю Рюрика с проводниками-финнами, Виктор обнаружил, что ситуация уже нормализовалась. Раненых перевязали, мертвых похоронили по обычаю, пленных отпустили с лодкой, как и было обещано. Рюрик организовал систему охраны и отправил группы за пресной водой.
— Вижу, ты нашел местных жителей, — заметил Рюрик, увидев спутников Виктора.
— Они сами нашли нас, — ответил Виктор. — Наблюдали за боем с холмов. Это рыбаки из финских племен, что живут на этих островах и побережье.
Он представил старика, которого звали Укко, и Рюрик приветствовал его с уважением, свойственным человеку, понимающему ценность местных знаний и дружбы.
— Скажи ему, что мы благодарны за помощь, — сказал Рюрик Виктору. — И что мы не задержимся здесь дольше необходимого, чтобы не тревожить их земли.
Когда Виктор перевел его слова, Укко внимательно посмотрел на молодого конунга:
— Спроси своего вождя, правда ли, что он идет основать новое королевство на землях словен?
Виктор перевел вопрос, и Рюрик кивнул:
— Да, если они примут нас. Мы не идем завоевателями. Мы ищем новый дом.
Укко выслушал перевод, затем медленно проговорил:
— Скажи ему, что к востоку от земель словен лежат наши древние святилища. Места, где духи наших предков говорят с нами. Пусть его люди уважают эти места и не тревожат их.
Рюрик, выслушав перевод, серьезно кивнул:
— Передай ему, что я уважаю верования всех народов и не позволю своим людям осквернять чужие святыни.
Укко, казалось, был удовлетворен этим ответом. Он что-то сказал остальным рыбакам, и те достали из мешков свои дары — вяленую рыбу, мед, целебные травы. Скромные подношения от бедного народа, но значимый жест доброй воли.
Рюрик, в свою очередь, распорядился принести для финнов подарки — железные ножи, отрезы ткани, соль — вещи, высоко ценимые в этих краях. Так был заключен неформальный союз, который мог пригодиться в будущем.
Вечером, когда рыбаки вернулись в свой лагерь, а люди Рюрика готовились к ночлегу, Виктор отвел молодого конунга в сторону для приватной беседы.
— Есть кое-что, что тебе следует знать, — сказал он тихо. — О засаде, о людях Ингвара.
Рюрик внимательно посмотрел на него:
— Я слушаю.
— Это не было случайностью, — серьезно сказал Виктор. — Они знали наш маршрут. Знали, что мы остановимся именно на этом острове.
— Предатель? — хмуро спросил Рюрик.
— Возможно, — кивнул Виктор. — Или очень хороший шпион. В любом случае, кто-то передал информацию о наших планах людям Ингвара.
Рюрик задумчиво потер подбородок:
— Мы обсуждали маршрут на совете перед отплытием. Там были только самые доверенные люди.
— И все же информация просочилась, — заметил Виктор. — Мы должны быть осторожнее. Возможно, среди нас действительно есть кто-то, работающий на наших врагов.
— Но кто? — Рюрик оглядел лагерь, где его люди готовили ужин, чинили снаряжение, ухаживали за ранеными. — Я знаю большинство этих людей много лет. Мы прошли вместе через множество испытаний.
— Не обязательно кто-то из твоего ближнего круга, — сказал Виктор. — Мог быть слуга, который подслушал разговор. Или кто-то из новых людей, присоединившихся к экспедиции перед самым отплытием.
— Таких немало, — задумчиво произнес Рюрик. — Особенно среди тех, кто пришел с Хотеном и другими торговцами.
— Я не хочу сеять подозрения без доказательств, — осторожно сказал Виктор. — Но нам нужно быть бдительными. Особенно когда мы достигнем земель словен и начнем переговоры с местной знатью. Там любая утечка информации может стать фатальной.
Рюрик решительно кивнул:
— Я поговорю с Трувором и Синеусом. Мы усилим охрану и будем внимательнее к тому, кто имеет доступ к нашим советам. А пока… пусть этот предатель, если он существует, думает, что мы ничего не подозреваем.
Виктор одобрительно кивнул. В очередной раз его ученик демонстрировал мудрость и хладнокровие, столь необходимые будущему правителю.
— Нам стоит изменить маршрут? — спросил Рюрик. — Если враги знают наши планы…
— Нет, — покачал головой Виктор. — Путь к устью Невы и далее по рекам — единственный практичный для такого большого флота. Просто будем готовы к новым засадам. И, возможно, стоит пустить ложный слух о наших намерениях, чтобы выявить предателя.
Рюрик заинтересованно поднял бровь:
— Что ты предлагаешь?
— Скажем одному-двум людям, что планируем серьезную остановку на одном из островов в устье Невы. На самом деле мы пройдем мимо без остановки. Если там нас будут ждать враги — мы будем знать, что информация просочилась, и сузим круг подозреваемых.
Рюрик кивнул:
— Хорошая мысль. Я скажу об этом Синеусу — он любит подобные интриги. Пусть организует эту проверку.
Они договорились о деталях плана, и Рюрик отправился искать брата. Виктор же остался стоять на берегу, глядя на темнеющее море. Где-то там, на востоке, лежали земли, к которым они стремились. Земли, полные возможностей и опасностей. Земли, которым суждено было стать колыбелью новой державы.
Если, конечно, они доберутся туда живыми.
* * *
### ХЕЛЬГА
Река Нева разворачивалась перед ними широкой сверкающей лентой. После двух недель морского путешествия, включая остановку на острове и несколько дней штормовой погоды, флот Рюрика наконец достиг устья великой водной артерии, ведущей в глубь восточных земель.
Хельга стояла на носу корабля, глядя на зеленые берега, поросшие густым лесом. Воздух здесь был иным — напоенный ароматами хвои, речной свежести, диких трав. Родные запахи, знакомые с детства, когда она путешествовала с отцом по торговым делам.
— Нравится вид? — спросил Рюрик, подходя к ней.
— Очень, — искренне ответила она. — Я была здесь несколько раз с отцом, но всегда в торговых караванах. Никогда — с таким флотом, с таким… предназначением.
Рюрик улыбнулся:
— Да, теперь все иначе. Мы идем не торговать и уходить, а строить и оставаться.
Он обвел взглядом реку и окружающие леса:
— Это только начало пути. Нева приведет нас к Ладожскому озеру, а оттуда по Волхову мы дойдем до земель ильменских словен.
— Если информация моего отца верна, — заметила Хельга, — в устье Волхова есть удобное место для первого поселения. Хорошая гавань, плодородные земли вокруг. Местные жители называют это место Ладога.
