Я осторожно подошла ближе, протянув руку. Звезда фыркнула, но не отстранилась. Ее дыхание было теплым и спокойным. Я погладила ее по морде.
— Смотри, — начала объяснять Маратовна, — как седлать. Это важно, чтобы тебе было удобно, и чтобы Звезде не было тяжело.
Она показала, как правильно надеть седло, как затянуть подпругу, чтобы оно не сползало, но и не давило. Потом объяснила, как держаться в седле, как управлять поводьями.
— Если что-то пойдет не так, не паникуй. Звезда сама поймет, что делать. Просто держись крепче.
Я кивнула, стараясь запомнить каждое слово.
— Выезжаешь завтра на рассвете. А сейчас иди отдыхать.
Глава 25
Я стояла у окна, задумчиво глядя на то, как солнце медленно клонилось к закату, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Было тихо, слишком тихо для мира, где каждый шорох мог означать угрозу. Я только что закончила подготовку к отъезду: в рюкзаке уже лежало несколько бутылок воды, немного еды, сверток с одеждой и карта, грубо нарисованная Анной Маратовной, показывающая путь к Заряновке.
Вдруг в дверь постучали. Я напряглась, схватив нож со стола, и ощутила, как ладонь становится влажной от волнения. Маратовна, не спеша, направилась к входной двери. В тишине ее голос прозвучал тихо, но отчетливо:
— Варя, не подходи.
Сердце билось так громко, казалось, его слышно даже за дверью. Кто мог быть там? Мы не ждали никого. В нашем мире неожиданные гости редко приносили что-то хорошее.
Стук повторился.
— Кто там? — спросила Маратовна, ее голос был спокоен, но я знала, что она тоже напряжена. В руках она держала Олега.
Ответа не последовало. Только тишина, прерываемая легким шорохом, будто кто-то переминался с ноги на ногу.
— Варя, — снова прошептала Маратовна, не оборачиваясь, — приготовься.
Я кивнула, хотя она этого не видела, и медленно подошла к двери, держа нож наготове. Маратовна взялась за ручку, ее пальцы дрожали, но она не отступила.
— Кто там? — повторила она, на этот раз громче.
— Юра, — раздалось за дверью. — Где Варя? Мне нужно срочно ее увидеть.
— Шустрый, — сказала я, вздохнув с облегчением, но вновь напряглась: что он делает тут в такой час?
Я подбежала к двери и распахнула ее. Увидев состояние Юрки, я замерла на пороге: он был весь в крови, ссадинах и держался за бок, явно испытывая сильную боль. Он тяжело дышал и выглядел изможденным, словно несколько дней провел в бегах.
— Черт возьми, Юра, что случилось? — с ужасом спросила я.
— Они нашли нас, — выдохнул он, едва держась на ногах. — Теневое братство. Они ворвались в Логово… Герман пытался их остановить, но их слишком много. Они убивают всех, кто сопротивляется. Остальные… сбежали. Бандиты… сказали, что если ты не вернешься, они убьют всех.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Руки сжались в кулаки, а в голове пронеслась мысль: «Это из-за меня. Все из-за меня».
— Они окружили Логово. Мы даже не успели понять, что происходит… — Он покашлял, и на его губах появилась кровь. — Варя, они знают, что ты ушла. Они знают, где ты… Я еле добрался сюда, чтобы предуп…
Он не успел договорить. Из темноты раздался выстрел, и Юрка безжизненно рухнул на крыльцо.
Я застыла на месте, не в силах поверить в происходящее. Кровь Юрки растекалась по деревянным доскам крыльца. В ушах звенело от выстрела. Сердце бешено колотилось, и я едва могла дышать. Маратовна резко дернула меня за руку, оттаскивая от двери.
— Варя, быстро! — прошептала она, ее голос дрожал, но в нем звучала решимость. — Нам нужно уходить. Сейчас же!
Но ноги словно приросли к полу. Юрка, прежде такой живой и полный сил, теперь лежал бездыханный. Его слова эхом отдавались в моей голове: «Если ты не вернешься, они убьют всех». Я чувствовала, как вина и страх сжимают горло, но вместе с ними поднималась и ярость.
— Варя! — Маратовна тряхнула меня за плечо, заставляя очнуться. — Соберись! У нас нет времени!
Я резко вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Нож все еще был в моей руке, и я сжала его так, что костяшки пальцев побелели. Маратовна уже была собрана. Ее движения были резкими, но точными, словно она давно готовилась к такому моменту. В одной руке она держала плотно набитый рюкзак, в другой — Олега.
— Через заднюю дверь, — приказала она.
Я чувствовала, как страх и растерянность начинают отступать под напором ее уверенности. Маратовна уже знала, что делать. Она всегда знала.
Я быстро забрала из комнаты свой рюкзак и накинула на плечи.
Мы выскользнули из дома, и холодный ночной воздух обжег легкие. Сарай, где находилась лошадь, был в нескольких метрах от дома, и мы, стараясь не шуметь, направились к нему. Каждый шорох, каждый треск ветки заставлял меня вздрагивать. Я оглядывалась, ожидая, что из темноты выскочат вооруженные люди, но вокруг пока было тихо.
Вдруг Маратовна остановилась и прислушалась. Я замерла, стараясь не дышать.
— Слышишь? — прошептала она.
Я наклонила голову и через мгновение уловила звуки шагов. Несколько человек приближались, двигаясь быстро и уверенно. Они были уже совсем близко.
— Они нашли нас, — прошептала я, чувствуя, как страх снова сжимает горло.
— Ну конечно, нашли, — раздраженно прошипела Маратовна. — Не просто так в голове твоего друга дыра.
Я промолчала, хотя ее слова причинили мне боль.
Маратовна схватила меня за руку и потянула за собой, указывая на узкую щель между сараем и забором. Я чувствовала, как колючие ветки кустарников царапают лицо, но не обращала на это внимания. Главное — не издавать шума.
Мы добрались до сарая и замерли, прижавшись к стене. Шаги приближались, и я слышала, как кто-то шепчет что-то своим спутникам. Их голоса были низкими, хриплыми. Я не могла разобрать слов, но тон был зловещим.
Маратовна прижала палец к губам, приказывая молчать. Мы затаились в тени, стараясь не выдать себя ни единым звуком. Лошадь внутри фыркнула, и я замерла, боясь, что она нас выдаст. Но, к счастью, животное быстро успокоилось.
Отодвинув доску, Маратовна открыла небольшой проход в сарай. Когда мы пролезли внутрь, Звезда, почуяв нас, тихо заржала, но Маратовна подбежала к ней, погладила по шее и прошептала что-то успокаивающее.
Тем временем шаги остановились прямо за стеной. Я слышала, как один из них что-то шепчет, а другой отвечает. Их голоса были настолько близко, что я могла различить отдельные слова.
— Проверь сарай, — раздался приказ.
Я замерла, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Маратовна опустила руку к поясу, где у нее был спрятан пистолет. Я сжала нож так, что пальцы онемели. Мы оба знали, что если они войдут, то драться придется до последнего.
Скрипнула дверь, и луч фонаря прорезал тьму. Я прижалась к стене, стараясь слиться с тенью. Лошадь снова фыркнула, на этот раз громче. Я услышала, как один из мужчин ехидно засмеялся.
— Тут кто-то есть, — сказал он, и его голос был полон уверенности.
Маратовна резко вскинула оружие, выстрелив в силуэт у двери. Грохот выстрела эхом разнесся по сараю. Я видела, как фигура дернулась и осела, сраженная пулей. Лучи фонарей, метались и ослепляли меня, заставляя еще сильнее прижаться к стене. Второй мужчина, словно ошеломленный произошедшим, замер. Затем раздался яростный крик, и он бросился на нас. Я ринулась навстречу, вонзив нож в его бок, но он успел перехватить мою руку. Его пальцы сжались, словно тиски, выбивая оружие. Зарычав, он приблизился, и его лицо, искаженное гневом, оказалось так близко, что я почувствовала зловоние его дыхания. Собравшись с силами, я ударила противника коленом в живот, и хватка ослабла. Воспользовавшись моментом, я вырвалась, подхватила нож и, не медля, ударила вновь. Лезвие вошло глубже, вызвав сдавленный стон, и он отпустил меня. Тело рухнуло на пол, а я, дрожа от выброса адреналина, отпрянула.
— Идем, — сказала Маратовна. — Их может быть больше.
