– Так я и знал, что этот вечер будет подпорчен. Так всегда бывает, когда долго мечтаешь и загадываешь о чём-нибудь, – угрюмо отозвался он.
– Подпорчен? – изумилась Лиза. – Это замечательный вечер! Но если ты собираешься делать мне предложение, то уж будь добр рассказать обо всех скелетах, запертых в твоём шкафу.
– Некромант боится скелетов? – хмыкнул Велиор, поднимая голову.
– Я не боюсь, но хочу справедливости. Ты знаешь всё о моём прошлом, а я о твоём – недостаточно.
– Что ж, ладно, – грустно усмехнулся он и приступил к рассказу.
Девушка сосредоточенно замерла.
– На посвящении в Гильдии призывателей меня предупреждали о том, что прогулки по междумирью и общение с тенями требуют достойной оплаты. Но я не был готов к тому, что когда-нибудь тёмная магия отберёт у меня сразу двоих близких. Мой отец всегда был для меня примером. Он могущественный маг, и я не думал, что после смерти матери кто-то сможет пробиться к его сердцу. Ты ведь знаешь, что мы принадлежим к древнему и знатному роду, а потому всегда есть желающие оказаться поближе… Тем более теперь, когда отец служит алхимиком в королевском дворце в Фэите.
– Её звали Донния? – еле слышно вклинилась Лиза, не выпуская его руки.
– Да, мы были знакомы почти с детства, много времени провели в замке Хранителей, – дыхание эльфа постепенно выравнивалось, и говорить ему становилось легче. – Она стала жрицей в храме Ньир, её семья тоже со временем перебралась в столицу и поселилась неподалёку от дворца. Долгое время мы были только друзьями. У жриц всегда в достатке поклонников, а у меня после окончания Академии хватало поручений Гильдии. Я проводил в сумраке куда больше времени, чем в мире живых, а потому не особо задумывался о собственной семье… Но потом мы вдруг сблизились. Стали проводить вместе больше времени. Были дни и ночи, когда мы не расставались.
Девушка слушала внимательно и настороженно, в её взгляде не было ни излишнего любопытства, ни осуждения, лишь выражение переживания и участия.
– И вы вместе навещали твоего отца? – шёпотом предположила она.
– Да, – вздохнул Велиор. – Он довольно-таки мрачный тип и терпеть не может принимать гостей, но нам всегда был рад. Ради нас даже сдерживал свой скверный характер, пытался улыбаться и быть приветливым. Откуда же я знал, что дело было в ней, в Доннии? Как я мог заранее догадаться, что он задумал отобрать её у меня?
– Ты думаешь, он сделал это при помощи магии? – уточнила Лиза.
– Я знаю это! – с болью в голосе сказал эльф. – Вот только так и не выяснил, как именно ему это удалось. Приворотное зелье, или чары, или его любимые тени что-то нашептали в ухо Доннии, пока она спала. Как бы там ни было, я потерял её и возненавидел отца. Решил навсегда перебраться в Академию к Тэрону, потому что он оставался единственным существом, которому можно было доверять. А потом появилась ты.
Девушка улыбнулась:
– Ты всё ещё любишь её, Велиор?
– Нет, – глядя ей в глаза, ответил эльф. – Но предательство отца всё ещё отравляет меня, как долгоиграющий яд. И я пока не нашёл способа вывести эту дрянь из сердца.
– Знаешь, я ведь тоже думала, что родители предали меня, – сказала Лиза, поправляя оплывшую свечу и совсем забыв об ужине. – Когда хотели нацепить на меня миралитовые браслеты и выдать замуж. Когда выяснилось, что они всю жизнь скрывали моё происхождение. Но сейчас я понимаю, что они никогда не задумывались о том, что это может причинить мне боль. Они просто делали то, что считали правильным.
– Келлард, мой отец, считал правильным уничтожать инквизиторов из Ордена. Он создал несколько порталов на эту сторону гор и время от времени охотился за ищейками, устраивал им засады и ловушки. Это развлекало его. Он находил в этом некий смысл жизни. В Железной крепости, где его пытали, он видел, как над эльфами проводили жуткие эксперименты, – Велиор говорил тихо, так, чтобы слышала только его собеседница. – Несколько раз ему удавалось поймать кого-нибудь из искателей и утолить свою жажду мести. Я видел, что оставалось от этих людей. И видел, что душа моего отца давно поселилась во тьме. Донния никогда не выбрала бы его по доброй воле. Она светлый маг, прорицательница и лекарка, её магия чиста, как лесной родник, и в данном случае мне нравится глупая терминология людей в отношении «тёмных» и «светлых».
– Когда-нибудь, – сказала Лиза, немного помолчав, – я бы хотела познакомиться с ними. Не потому что не верю тебе, а потому что вижу, что ты не до конца разобрался во всей этой истории. Я бы хотела помочь тебе, если позволишь. Тэрон говорит, что Гильдия призывателей до сих пор жива только благодаря взаимной поддержке.
– А ещё Тэрон говорит, что ты желторотый птенчик, которому неведом страх! – ответил Велиор, не в силах долго хмуриться, глядя на её лицо.
– Мне действительно не бывает страшно, когда я знаю, что вы рядом, – заявила Лиза.
– Я бы хотел быть рядом всегда, если ты позволишь, – сказал он. – Ты ведь так и не ответила на моё предложение. Ты согласна или нет?
– Я отвечу, когда вернёмся домой, – прошептала девушка, указав в сторону кухни.
Оттуда уже вынырнула разговорчивая хозяйка таверны с дымящимися тарелками в обеих руках и торопливо потопала по направлению к Велиору и его спутнице. Притихшая музыка вновь заплескалась весёлой мелодией, за одним из столиков гости принялись распевать эльфийские песни, кто-то пустился в пляс на небольшом пятачке золотистого света, и стало понятно, что со всеми сложными и серьёзными разговорами на этот вечер покончено.
Глава 31.2.
Они проскользнули через главный вход Академии за миг до того, как древний механизм внутри стены скрипнул и медленно выпустил из каменных недр тяжёлую чугунную решётку. Ограждение надёжно закрыло вход, а вслед за ним задвинулись и дубовые двери, вспыхнув магическими замками. Всё это означало наступление полуночи, времени, после которого студентам запрещалось покидать стены учебного заведения и разгуливать по городу.
– Никогда ещё не возвращалась так поздно, – прошептала Лиза, когда они шли, взявшись за руки, гулкими пустыми коридорами по направлению к своей маленькой башне. – Случается, что кто-то не успевает вернуться?
– Ещё бы, – улыбнулся эльф. – Когда я учился, то эта решётка была моей вечной проблемой. Думаю, ты догадываешься, что говорил мне в ту пору магистр Тэрон.
– Конечно, – засмеялась девушка, – что-нибудь вроде «сначала отрасти крылья, а потом гуляй по ночам».
– Да. Но уже на втором курсе мне удалось создать стабильный портал, и он всё пытался запретить мне его использовать, опасаясь за мою, кхм, целостность при перемещениях. Как видишь, его опасения были напрасными! – Велиор мимоходом добавил немного магии в несколько угасших светильников.
– Пожалуй, руки, ноги и голова с ушами у тебя действительно на месте, – хихикнула Лиза.
Эльф остановился и со смехом притянул её к себе:
– Очень скоро ты убедишься, что у меня всё на месте!
Девушка задохнулась от возмущения:
– Я ещё не сказала «да»!
Он коротко поцеловал её и заглянул в глаза:
– «Нет» ты тоже не сказала, а это значит, что у меня есть надежда.
В прихожей Лиза смиренно дожидалась, когда взволнованный эльф справится с тонкими кожаными шнурками её тёплой мантии и заледеневшими застёжками сапожек. Поначалу ей было трудно привыкнуть к его желанию помогать ей с одеждой, она стеснялась этого и старалась поскорее впрыгнуть в обувь и набросить накидку сама или так же быстро раздеться, но теперь ей даже нравился этот ежедневный ритуал. Вот уже две недели они возвращались с вечерней прогулки вместе, Велиор помогал ей раздеваться и, подхватив на руки, забирал в свою комнату. Они пили вечерний чай или подогретый лунный эль, подолгу целовались, устроившись в кресле, а после он нехотя отпускал её к себе.
Уходить всегда было трудно, прощание затягивалось ещё на час, поцелуи становились всё горячее, но неизменно наступала минута, когда влюблённые всё же отрывались друг от друга и расходились по комнатам до следующего свидания. «Сегодня всё будет по-другому», – думала про себя Лиза, и сердце замирало у неё в груди. Она не знала, как сказать ему о своём решении, но без этого разговора остаток ночи прошёл бы так же, как все предыдущие.
